Семьи будущего: Какой будет семья будущего и почему естественность традиционного брака — миф

Содержание

Какой будет семья будущего и почему естественность традиционного брака — миф

Часто считают, что традиционность навсегда отмечена знаком качества и забетонирована в опыте поколений. Зачастую знак равенства между традиционным и хорошим ставят «по умолчанию». Но стоит вспомнить хотя бы, что насильственные браки на Кавказе — это дань традиции, и равенство перестает быть очевидным.

Еще один «железный» аргумент — это естественность, спорить с ним так же сложно, как с родительским «мама сказала», то есть почти никак. Семью принято считать естественным воплощением наших природных инстинктов.

На деле же, при любом разговоре о традиционных ценностях за скобки выносится долгая история брачных отношений — с полигамией, многоженством (реже — многомужеством), браками по расчету (а еще точнее — по воле родителей), полным бесправием женщины и другими прелестями традиционного уклада.

Любовь оказалась центральным элементом семейных отношений не так уж давно.

Чего стоит высказывание Монтеня: «Удачный брак, если он вообще существует, отвергает любовь и все ей сопутствующее; он старается возместить ее дружбой».

Сейчас браки по расчету существуют, но оцениваются с презрением, а семью превозносят как союз двух любящих людей. В эпоху Монтеня брак считался надежным в той мере, в какой исключал любовь.

Привычную форму брак приобрел только в прошлом веке. Нуклеарная семья: гетеросексуальная пара с одним или двумя детьми — феномен XX столетия.

Гетеросексуальные отношения всегда выстраивались вокруг социальных институтов, связанных с деторождением — продолжения рода, наследования, передачи собственности. Как часть социального порядка брак был основан скорее на рациональном расчете, исключая такой анархический по своей природе элемент, как любовь. Основная цель семьи в такой ситуации — поддержание социального порядка и демографической политики государства. Автономия чувств идет вразрез с его интересами.

В негосударственных обществах люди живут в сложных родоплеменных структурах, далеких от всем привычной моногамной семьи.

Парные отношения, которые мыслятся западной культурой еще от Адама и Евы, долго не были нормой, а формы брака всегда различались между культурами.

Многоженство встречалось в Древнем Египте, Месопотамии, Иране и Индии, а в мусульманской культуре сохраняется и по сей день. Полиандрия — то есть многомужество — хоть и значительно реже, но все же имела место. Например, в индуистских и буддистских общинах в Гималаях несколько братьев традиционно женились на одной невесте. Обычай служил чисто практическим целям: он позволял братьям сохранить унаследованную землю, а не дробить ее между всеми родственниками на крошечные части. Традиция просуществовала вплоть до XX века и сошла на нет только, когда экономика позволила от нее отказаться.

В Ветхом Завете не единожды встречаются упоминания этого явления. У царя Соломона было 700 жен и еще 300 наложниц. Послужной список царя Давида получился не столь внушительным: с точностью он включает 18 женщин разного статуса — жен и наложниц.

Исключением не стали и праотцы еврейского народа Авраам и Иаков — оба они были многоженцами. В Библии прописан и принцип левирата — он делает многоженство обязательным для тех, чей брат оставил вдову без наследника.

В Древней Греции многоженство считалось недостойным варварским обычаем, но «поход налево» оставался абсолютно легитимной практикой. Законный брак служил сугубо продолжению рода.

Одновременно открыто существовала культура блудниц-гетер. Она не была простым аналогом проституции. Жены не имели права голоса и во всем подчинялись мужу. Статус же гетеры давал женщине независимость и свою порцию «паблисити».

Гомосексуальность для греков была нормой, если не сказать институциональной практикой. Она носила педагогический характер: эротические отношения зрелого мужчины были допустимы только с юношей, зачастую — его учеником. Бисексуальность была нормой и в Риме.

Ужесточение семейного кодекса приходит на смену удовольствиям уже в эпоху Средневековья.

Деторождение оказывается в центре сексуальной политики церкви. Cемейные отношения целиком и полностью подчиняются демографическим запросам. Аборты приравнивались к убийству, а прерванный половой акт считается страшным грехом. Этот запрет восходит еще к библейскому эпизоду, связанному с Онаном. Обычно его интерпретируют как недопустимость мастурбации, хотя речь здесь идет, на самом деле, об отказе исполнить обычай левирата.

«И сказал Иуда Онану: войди к жене брата твоего, женись на ней, как деверь, и восстанови семя брату твоему. Онан знал, что семя будет не ему, и потому, когда входил к жене брата своего, изливал [семя] на землю, чтобы не дать семени брату своему. Зло было пред очами Господа то, что он делал; и Он умертвил и его».

Отношения начинают строиться вокруг акта деторождения. Удовольствие же становится случайным бонусом, а то и совсем исключается из семьи.

«Современный» тип государства и города появляется в Средневековье. Тело, по мнению медиевиста Жака Ле Гоффа, становится центральной метафорой его институтов. Оно же, как описывал Мишель Фуко, «подчиняется отношениям власти» Тело вписывают в политику и контролируют в государственных целях.

Этот контроль — не только наказания, но и «инвестиции» в жизнь и рождаемость. Места любви в этой схеме немного, а семья в ней служит утилитарным целям. Зачатие считалось единственной целью секса. Даже в рамках законного брака «слишком пылкая любовь к жене» оставалась «прелюбодеянием», как утверждали церковники.

Узы брака должны были стать стоп-сигналом для желания — прежде всего, желания женщины. То, что негласно позволялось мужчинам, для женщины лежало в зоне табу, прежде всего, из-за ее репродуктивной функции. Только во второй половине ХХ века внимание смещается с рождения детей на отношения внутри пары.

К тому же долгое время брак оставался скорее дипломатическим решением: его заключали, чтобы установить связи, выгодные для семей жениха и невесты — заключить перемирие или стратегический союз, поправить дела поиздержавшегося рода или завладеть новым имуществом.

Мезальянсы не были допустимы, а с мнением брачующихся — особенно невесты — мало кто считался. Если мужчина мог жениться по любви, то женщина оказывалась в куда более уязвимом положении: и юридически, и материально она зависела сначала от отца, а затем — от мужа.

Например, американки не могли владеть собственностью до середины XIX века: даже доходы работающей женщины целиком принадлежали ее мужу.

Акт «передачи» девушки из отцовского дома в мужнин мало чем отличался от культуры обмена женщинами в первобытных племенах. Как заметил антрополог Клод Леви-Стросс, брак выступал способом установить дипломатические связи между ними. Женщина в этой схеме была фигурой обмена. Любовь начала проникать в брак с конца XVIII века. Англия сделала поворот в сторону супружеской любви в эпоху королевы Виктории.

Впрочем, брак по любви еще долгое время оставался в статусе work-in-progress: даже не находя «свою половинку», женщина была вынуждена выйти замуж. К тому ее подталкивало общественное мнение и отсутствие равных с мужчиной прав: она неминуемо нуждалась в покровительстве, по крайней мере до тех пор, как женщины не обрели свой голос в движении суфражизма.

Привычная всем модель: мужчина-добытчик, женщина-домохозяйка и несколько детишек — это и есть нуклеарная семья, которую обычно называют традиционной. Но семья, как и любой социальный институт, не замирает во времени и пространстве — скорее, наоборот, она изменяется вместе с обществом и зависит, прежде всего, от экономики. Нуклеарная модель стала порождением индустриальной эпохи. Для эпохи доиндустриальной были характерны большие семьи: люди жили на земле, а для ее обработки требовалось много рук. Индустриальный переход со всеми вытекающими — развитием городов, заводов и фабрик — требовал от людей большей мобильности. Постепенно они перебираются в город, где их ждет ускоренный ритм жизни, фордовский конвейер и «малогабаритки» вместо родных гектаров земли. Неминуемо меняется и структура семьи: молодые пары отделяются от родителей и ограничиваются несколькими детьми, разные поколения перестают жить вместе, семья становится меньше.

За идиллическим фасадом 50-х скрывалась непривлекательная изнанка: «синдром домохозяйки» — депрессии и нервные срывы женщин, буквально запертых в «золотой клетке», — был повсеместным.

Впрочем, пытаться вернуться к этой модели можно примерно с тем же успехом, как уговаривать пересесть с автомобиля на конного извозчика. То есть можно сколь угодно говорить об экологичности этого способа передвижения, но прогресс остановить невозможно, как и повернуть время вспять.

Это еще не значит, что по семье пора петь панихиду: индустриальная эпоха не искоренила большие семьи, но они перестали быть повсеместной нормой. Эпоха с приставкой «пост» породила огромное пространство выборов: нуклеарная модель может быть лишь одним из них, но не всеобщей универсалией. Чтобы вернуть ей доминирующую роль, пришлось бы заморозить развитие человечества. Семья нуклеарного типа была идеальным решением для массового и централизованного общества.

По мере распада традиционного уклада общество все больше атомизируется. Там, где есть индивидуальность и свобода передвижения, появляется и разнообразие — единая для всех норма утрачивает свою силу.

Семья перестает быть экономической единицей выживания. Если еще полстолетия назад она была насущной необходимостью: например, французские женщины получили право работать без разрешения мужа только в 1965 году, да и ведение быта в одиночку было затруднительным до изобретения мультиварки и стиральной машины, — сейчас практическая компонента брака все больше отпадает. Люди могут жить поодиночке.

Со второй половины ХХ века семья перестает быть детоцентричной: фокус внимания смещается с детей на отношения между партнерами.

Бейби-бум послевоенных 50-х годов породил безусловную ценность ребенка: даже испытав серьезный кризис отношений, родители не разводились ради детей, ради них же могли отказаться от карьеры. Студенческие бунты 1968-го и сексуальная революция, эпоха эклектики и распада старого социального порядка — это и кризис буржуазной семьи.

Индивидуализация значит, что человек уже не готов жертвовать собой — карьерой, успехом и даже сиюминутным удовольствием — ради запросов социума или государства.

По мнению психолога Дэвида Элкинда, семья становится взрослоцентричной: родители готовы переехать в другой город ради карьеры, пусть даже для детей это — не самая комфортная ситуация, а могут и просто развестись — воспитать ребенка в одиночку становится экономически возможным. К тому же развитие контрацепции породило и культуру чайлдфри.

Решение обменяться кольцами становится все более свободным выбором. Мы можем оставаться одиночками или находить партнеров — одного избранника или оставить отношения открытыми.

Обратной стороной медали становится тирания выбора: бесконечная тревога о правильности наших решений.

Романтическая жизнь XXI века — это по большей части серийная моногамия: периодическая смена партнеров вместо одного брака на всю жизнь. Сталкиваясь с бесконечным выбором: от сортов сыра на полке универмага до эмоциональных привязанностей — мы старательно пытаемся найти лучшее.

Психоаналитики отмечают неспособность современных людей к длительным любовным отношениям. Кажется, в атомизированном мире защитные механизмы невротиков и страх перед близостью перешли на все общество в целом. Какие перемены к этому привели, а главное — что за этим стоит?

«Культура окончательно превратилась в нарциссическую, куда менее озабоченную любовью и желанием, а куда более — поиском быстрого удовлетворения», как об этом пишет психоаналитик Рената Салецл. Или мы научились мыслить настолько рационально, что отвергаем миф о «единственном и неповторимом»? Но факт остается фактом — романтические отношения меняют свой формат, а люди все меньше спешат скрепить себя узами брака, как не стремятся и завладеть имуществом или обрести стабильность.

«Отсутствие обязательств — новая волна в отношениях», — характеризует современность Салецл. Причина тому — смещение возрастных границ.

Вопрос «кем я стану, когда вырасту» перестает быть стыдным даже в тридцать лет.

Традиционнов взросление было отмечено освоением главных социальных ролей: работника, супруга и родителя. Миллениалы же тратят намного больше времени на учебу, поиски себя и выбор партнера. Это реакция на новую реальность: перед нами слишком много способов проживать жизнь, чтобы к двадцати годам наверняка знать подходящий.

У нас есть возможность в одночасье сменить работу или место жительства (вплоть до другой страны), а запрос на новые профессии рождается с такой скоростью, что, получая образование, мы не знаем, будет ли оно актуально к моменту выдачи диплома. Человек испытывает неуверенность, а вслед за этим — откладывает важные решения. К тому же меняется и тип социализации: она все больше уходит в интернет. Виртуальные знакомства не просто подменяют реальные: исследователи замечают, что в интернете снижается и способность к эмпатии. Человек больше погружается в себя, нежели выстраивает зрелые эмоциональные контакты.

Возродить брак образца 50-х значило бы «насильственно вернуть женщину на кухню» и «запретить противозачаточные средства и исследования по половой биологии, которые способствуют независимости женщин и внебрачному сексу, что дает возможность ослабить связи семьи», как с иронией отметил социолог Элвин Тоффлер.

Для этого необходимо и снизить уровень экономического развития, чтобы люди просто не смогли выживать поодиночке. Слишком похоже на выдержку из антиутопии, чтобы быть правдой. Впрочем, именно так действует логика консервативного поворота. Мобилизация пролайферов, исключение ЛГБТ-людей из брачных отношений, «закон о пропаганде нетрадиционных семейных отношений» и проникшая в школы консервативная риторика о многодетных семьях — попытка государства отбросить общество к точке, которую оно уже прошло.

Вступая в игру против низовой модернизации — то есть устремлений самого общества, — государство обречено на провал. Чем больше государство «настаивает» на официальных браках, тем чаще люди не заключают их вообще.

По мере того, как семья отдавала свои функции другим институтам: образование — школе, заботу о здоровье — больницам, ее утилитарное значение уступало место любви. Конечно, любовь — весьма хрупкая основа для семьи, но сейчас она — пожалуй, единственное оправдание союза двух людей.

Там, где есть любовь, государству делать нечего — автономное, если не сказать, анархическое, это чувство не вписывается в государственную нормативность. То есть государство может сколько угодно препятствовать гомосексуальным бракам, но оно никогда не запретит любить, может предлагать материнский капитал и наращивать патриархальную риторику, но не заставит людей изменить свой личный вектор развития.

Какая семья заменит нуклеарную? На смену штампу в паспорте придут контракты, регулирующие имущественные отношения партнеров? Или брак сохранит себя как символический жест? Вопрос — даже не в форме партнерства, а в разнообразии вариантов.

Самое определенное, что можно предположить, — спустя время мы не найдем преобладающей модели семьи, вместо этого — множество индивидуальных траекторий. Гостевой брак как эффект ускоренного ритма жизни, индивидуализма и все большей экономической независимости от другого, моно- или полиамория, жизнь с партнером своего или противоположного пола и даже отказ от романтических отношений — палитра выборов становится шире, как и само понимание семьи. Борьба за гендерное равенство, новые ценности, стирание границ личного и рабочего пространства — все это меняет и характер наших отношений.

Никто не говорит, что семья умрет, скорее — изменится до неузнаваемости, когда в ее эпицентре останется только частное — то, что долгое время отодвигалось на периферию.

Семья будущего. 7 путей развития семейных отношений | Отношения

Сейчас с семьей и отношениями в паре происходят процессы, которые уже через 30–40 лет могут оставить нуклеарную семью XX – начала XXI века просто историческим фактом. Давайте представим себя футурологами и попробуем предсказать, что ждет парные отношения в будущем. По какому пути будет развиваться ваша семья?

Я никогда не думаю о будущем. Оно приходит само достаточно скоро.
Альберт Эйнштейн

1-й путь. Открытая система.

Это уже происходит, и главный инструмент – социальные сети. Нет-нет, речь не идет о массовом «выносе сора из избы». Но, зайдя на страницу любого пользователя, можно узнать, кто его партнер, чем он увлекается, что партнеры делают вместе, какой стратегии придерживаются в воспитании детей, какой юмор им нравится.

При желании социально-психологический портрет совершенно незнакомой пары можно составить за полчаса. Хорошо это или плохо? Вопрос так не стоит. Это происходит, вот и все.

2-й путь. Без формальностей.

Скорее всего, институт «официального брака» с регистрацией в органах ЗАГС уйдет в прошлое. И традиции пышных свадеб, где невеста похожа на торт со взбитыми сливками, а жених мается в «бабочке», также канут в Лету. Уже сейчас молодые люди предпочитают небольшую вечеринку с друзьями и немедленный вылет на отдых. Но так как имущественные вопросы очень важны, будет принята некая простая юридическая «точка отсчета» для отношений. Не исключено, что это будет объявление на страницах в соцсетях. Возможно, распространится система контрактов, и никто их не будет считать «унижением» или «недоверием».

3-й путь. «Зачем мы вместе?»

На данный момент семья уже во многом потеряла свою экономическую роль. Женщины образованны и успешны в карьере наравне с мужчинами. С распространением систем дистанционной работы они практически не выпадают из профессиональной деятельности и материального обеспечения даже во время беременности и первых лет жизни ребенка. А значит, роль мужчины как добытчика в этот период, да и в принципе, значительно снижается.

Женщины все чаще задумываются, нужен ли им муж, помощи от которого гораздо меньше, чем затрат на его «обслуживание». Дамы становятся все более независимыми, и, чтобы оставаться вместе, нужно будет найти очень серьезные аргументы. Взаимодействие партнеров будет продолжаться по несколько лет только в том случае, если оба партнера будут видеть больше «плюсов», нежели «минусов».

4-й путь. К совместности – через раздельность.

Сейчас одной из главных психологических тем в обществе является тема самопознания. Это уход от коллективистской культуры. Если раньше мысль «ладно я, зато семье хорошо» была лидирующей, теперь все меняется. Простой пример: до сих пор еще жива фраза «а тебя муж (жена) отпустит?». И если раньше люди всерьез над этим задумывались, то сейчас чаще всего через секунду слышен ответ «а как он(а) может не отпустить?».

Уже через несколько лет люди будут лучше осознавать свои чувства, желания и ожидания, в том числе от отношений. И договариваться придется на новом уровне. Компромиссы останутся, но они станут другими – через выстраивание парных принципов взаимодействия, уважение и своих чувств, и чувств партнера. Многое уйдет из «слепой зоны», и если компромиссу будет место, то только через осознание того, что он нужен.

5-й путь. Больше гибкости.

Скорее всего, каждый из партнеров сохранит свой гендер только в области сексуальных отношений. В остальном – в занятости, карьере, быту, воспитании детей гендерные стереотипы будут размыты. Уже сейчас много пар, где у женщины лучше получается материально обеспечивать семью, а у мужчины – вести хозяйство и воспитывать детей. Только сейчас оба в паре испытывают общественное давление, выражаемое вопросами: «А что это он так, а ты все тащишь?»

В будущем за людьми будет окончательно признано право заниматься тем, что у них лучше получается. А также укрепится норма хорошего тона не лезть в чужую жизнь с советами. Но с «трутнями», просто пролеживающими диван, будут расставаться гораздо легче и без особых моральных терзаний.

6-й путь. Отношения без насилия.

Это уже происходит. Флешмоб #янебоюсьсказать, взорвавший соцсети летом 2016 года, показал это. Женщины больше не готовы терпеть ни физического, ни морального насилия. Есть изменения и в воспитании детей: отношение к физическим наказаниям становится все более непримиримым.

Ту же тенденцию можно заметить и по отношению к животным. А если учесть интерес к себе и своим внутренним процессам, направленность на самоуважение, то после периода борьбы любые насильственные действия станут просто «неприличными», на новом уровне войдут в супер-эго каждого. Люди не станут терпеть насилие в отношении себя (ни мужчины, ни женщины). Для того, чтобы быть в паре, нужно будет обладать гораздо большим миролюбием и уважением к другому, чем сейчас.

7-й путь. Семейные бизнесы.

Несмотря на то, что семья сегодня теряет свою экономическую функцию, в будущем вполне вероятно ее укрепление, но уже на совершенно особенном уровне. Уже сейчас хорошо заметны небольшие семейные предприятия, продвигающие себя через соцсети: кто-то варит сыр, кто-то делает сувениры, кто-то организует семейные школы. В настоящее время это происходит скорее стихийно. Но в будущем не исключено, что пары будут создаваться также на основе профессиональной совместимости для организации таких производств.

Самые смелые футурологи говорят о том, что некоторые пары будут передавать на воспитание своих детей в профессиональные семьи. Члены такой семьи будут иметь функции, взаимно дополняющие друг друга: педагог, психолог, повар, учитель. Скорее всего, профессиональные семьи будут состоять из нескольких взрослых (а не пары), и воспитывать также своих детей. Эта система позволит сократить количество детей-«отказников», а также дать родителям, которым не нравится процесс воспитания детей, возможность для альтернативного подхода в этом вопросе.

Может быть и так

 

  • Толерантное отношение к однополым парам, в том числе воспитывающим детей.
  • Сексуальные отношения будут связаны с большей готовностью к расставанию. Мы вряд ли придем к полигамии, но, скорее всего, у каждого будет больше партнерских отношений («браков») в течение жизни.
  • Воспитание детей будет оставаться в приоритете. Возможно, именно это будет оставаться основой для парных отношений. Но при расставании будет гораздо меньше переживаний. Бывшие жены и мужья будут нормально общаться, беря на себя заботу о детях. Дети не будут жить с обоими родителями, но общаться будут регулярно. Слово «безотцовщина» уйдет в прошлое.
  • Значительная доля дистанционных отношений, где люди будут много общаться, пить «вместе» чай, даже заниматься сексом, не имея при этом общего хозяйства и находясь на разных концах света. Это будет считаться вариантом нормы. Также распространение этой формы парных отношений станет регулятором перенаселенности Земли.

 

Автор статьи основывает выводы на многолетнем опыте психологического консультирования и наблюдения за социально важными тенденциями. Описанные изменения являются вероятными. Произойдут ли они в полной мере – время покажет.

Похожее

Полезно? Поделись статьей в Вконтакте или Фейсбук в 1 клик!

18. Семья будущего.

Вы и ваша семья: Руководство по личностному росту

18. Семья будущего

Прежде чем говорить о том, какой может быть семья в будущем, я хочу затронуть несколько глубоко укоренившихся в наших умах представлений, которые нам следует изменить ради семьи будущего.

Мужчина и женщина одной расы, вероисповедания и возраста, здоровые умом и телом женятся, когда им становится больше 20-ти, сохраняют верность друг другу, заводят детей, воспитывают их, выходят на пенсию и умирают. Если кто-то из супругов умирает, оставшийся супруг вправе создать другую семью. Некоторые же по гроб жизни носят в душе свое горе. Так принято, и вам это знакомо. Развод воспринимается как неудача или несостоятельность. Внебрачные дети — «незаконнорожденны». Тот, кто хочет жить с человеком своего пола, — гомосексуалист или лесбиянка. Люди, женатые несколько раз, — невротики. Те, кого привлекают групповые браки, — сексуальные монстры.

Но что если действия, которые мы заклеймили как «аморальные», на самом деле являются лишь свидетельством того, что человеческие существа сильно различаются? Кто-то разводится раз за разом: может быть, это люди, чей интерес к супругу(е) длится недолго, и из-за этого они меняют своих партнеров одного за другим? Что, если вместо того, чтобы называть это недостатком, мы воспримем это просто как вариант человеческой натуры? Такие люди могут ограничивать сроки своих брачных контрактов, например от 1 до 5 лет. Если после этого срока контракт не продлевается, следовательно, его можно расторгнуть. Может быть, супруги, которые имеют сексуальные связи на стороне, вовсе не являются «изменниками», а всего лишь людьми с человеческими потребностями? В конце концов, полиандрия и полигамия — одни из самых уважаемых форм брака. И почему не иметь групповых или коммунальных браков? Когда вы допускаете это, брак просто легализует отношения между взрослыми мужчиной и женщиной, что дает им право на определенную собственность и определенную гарантию защиты от эксплуатации. Но почему идет такое жесткое ограничение до одного мужчины и одной женщины в качестве супругов? Если мы честны по отношению друг к другу и по-настоящему ответственны, мы не эксплуатируем и делимся друг с другом справедливо.

В конце концов, зачем полностью развитым людям обязательно жениться? Может быть, полезно было бы разобраться, что именно вы чувствуете в данный момент времени, выяснить, с чем можете справляться, оставаясь свободным и ответственным за себя, и составить подходящий план.

Лишь немногие формы сосуществования людей, которые я назвала, являются по-настоящему новыми. Если вы читаете на эту тему, то время от времени встречаете описание этих форм. Я думаю, в более зрелом обществе акцент ставится на нахождении людьми как можно больше творческих путей для получения радости и удовольствия от жизни и наполнения ее смыслом. Люди могли бы сами составлять себе брачные контракты, им вовсе необязательно писать их под чью-то диктовку.

Дойдя до завершающей главы этой книги, я почувствовала сильнее, чем когда-либо: то, что я желаю людям, возможно. Иногда я думаю, как было бы хорошо, если бы однажды ночью случилось чудо, и наутро все проснулись совсем другими людьми. Это почти фантастика, но вполне реальна для каждого из нас. И здесь я думаю обо всех тех местах нашего общества, где живет человек: о семьях, пансионах, тюрьмах, больницах и др., где люди работают над собой, чтобы радикально измениться.

Однако дело здесь не в чуде. Такое изменение каждый из нас должен испытать на себе. Мы начали с того, где мы были, и дошли сюда. Если что-то в этой книге затронуло вас, вы должны почувствовать то же самое.

Один факт абсолютно бесспорен. Нынешний взрослый человек сидит на плечах того, кем он научился быть в детстве. Детство — это время, когда закладываются жизненные принципы, а закладываются они людьми, на ком лежит ответственность воспитания. Таким образом, сегодня — это «детство» будущего.

Будут ли семьи в будущем? Пока люди начинают свой жизненный путь в качестве младенцев, у людей не пропадет стремление растить детей, а, следовательно, и создавать семьи. И покуда будет оставаться необходимость растить детей, мы будем иметь проблемы формирования набора убеждений и установок, которые согласовываются с любыми представлениями о том, что такое быть человеком. Очевидно, что нового человека будут формировать убеждения, которые поддерживаются уже сформированными взрослыми.

Вы почти дочитали эту книгу, и поэтому, думаю, вам известны мои мысли о том, что такое хороший опыт воспитания.

Если люди, как я надеюсь, почувствуют возможность того, что значит честно и до конца быть человеком и узнают, как усовершенствовать способы сделать это, семью ждет светлое будущее, и осуществится мир, которому до сих пор был неведом размах такого масштаба. Растет число людей, кому известно, что значит чувствовать тотально, по-настоящему, любить и быть любимым, быть эффективным и ощущать, что этот мир самый лучший, потому что ты здесь живешь. Однако число таких людей слишком мало по сравнению с тем, каким оно могло бы быть. Порой меня посещает чувство страха и сомнения, когда я думаю, на кого будут похожи люди будущего, если они растут в новых воспитывающих семьях, существующих в контекстах воспитания. Все, что мы реально должны делать с этим — честно и последовательно отвечать на все, что вытекает из данных обстоятельств.

Далее, мы должны двигаться к более гуманному воспитанию детей, меняя некоторые убеждения и установки в контексте, который позволяет развиваться взрослым, чтобы они одновременно со своим ростом руководили развитием собственных детишек. Это означает, что с самого рождения дети рассматриваются как люди и получают человеческое обращение. То есть, к ним относятся как к целостным личностям, которые чувствуют, видят и действуют с позиции собственного развития. Они рассматриваются как индивидуальности, ни в чем не похожие ни на одного другого человеческого существа. То же самое справедливо и для их родителей.

Эти люди должны быть решительными, здоровыми, сильными, энергичными и привлекательными, способными использовать свой интеллект, чтобы изменения в их мире неминуемо наступили, сделав его новейшим. Они должны быть готовыми брать инициативу в свои руки конструктивно, не ожидая, что кто-нибудь сделает за них то, что нужно, чтобы затем свалить на него ответственность.

Очевидно, эти люди должны быть честными и находчивыми. Они не будут съеживаться от ожидания критики в свой адрес, а, наоборот, будут искать ее и только приветствовать.

Эти люди будут ценить свое тело и понимать его внутренние процессы, так что никогда не позволят себе плохо обойтись с собственным телом, равно как с чужим. Они по-настоящему познают свою сексуальность и ее ценность, как важную и прекрасную часть их самих.

Это будут люди, которые легко устанавливают контакт с собственными чувствами, глубоко убежденные, что именно чувства являются ключом к человеку.

И я знаю, что в руках таких людей реальные общечеловеческие проблемы — такие, как нищета, невежество, социальная и физическая жестокость — наконец, разрешатся. Новейшая семья расширит маленький мир вокруг отдельной семьи, так что возможности найдутся для каждого. Например, я вижу семьи, которые будут принимать детей из других семей и образовывать что-то наподобие коммун, где удобно будет для всех. Это случится из понимания того, как лучше использовать групповую поддержку, так чтобы каждый индивид в группе мог максимально обогатиться. Мужчины получали бы больше контактов с мужчинами, женщины женщинами, а дети — с другими детьми. Это не утопия прошлого, где люди строили «идеалистичные» планы того, как люди должны сосуществовать вместе. Это будут люди, которых объединяет попытка сделать жизнь богаче для каждого и в то же время для себя, и отчасти понимающие, что разнообразие важно для дополнительного стимулирования жизни.

Я убеждена, что многие семьи совершенно зря остаются одинокими, не находя себе подобных. Например, в отдельной семье только один взрослый человек — женщина. Действительно ли она может получить все, что ей требуется, чтобы познать себя как полноценно функционирующую женщину, от своей роли жены и матери? То же самое справедливо для взрослого мужчины. Что касается детей, то они тоже одиноки, за исключением двойняшек. Человеческие существа социальны. Реализация индивидуальности в отдельной семье крайне затруднительна. Я думаю, важность именно этого понимания подтолкнула многих людей к экспериментированию с коммунами и различными брачными структурами.

Мы имеем примеры детей, воспитанные разными людьми: тетями, дядями, соседями, гувернантками, и почти в каждом случае качество воспитания зависело не от того, кем приходились эти люди ребенку, а от их взаимосвязей с другими родительскими фигурами, а также от того, насколько воспитание из других рук одобрялось. Человеческие существа изменчивы. Моя вера в то, что человек может многое, практически безгранична. За последние 50 лет произошло столько глобальных изменений, касающихся взаимоотношений в семье, что они просто несравнимы со всеми теми переменами, которые произошли до этого. Если в следующие 50 лет произойдет столько же перемен, то к 2020 году семейный уклад будет выглядеть совсем иначе.

Мы получили огромное количество новой информации о природе человека, например о физиологии человека, но гораздо больше о его психологии.

За многие годы наработаны совершенно новые подходы к специфическим семейным проблемам. Развод стал в большей мере одобряемой социальной мерой, чем личной трагедией. Контрацепция, свободные аборты, семейное планирование, уход с работы, смена работы, открытый разговор на тему секса, противозачаточные средства, более агрессивная позиция женщины, увеличение мест женской работы, изменения в официальных сроках вступления в совершеннолетие, перемены в сфере обучения, увеличение среднего срока жизни — все это по-своему влияет на изменение ситуация в целом.

По-видимому, уже можно говорить, что заложено новое основание для того, чтобы еще больше ценить человеческое существование. И эти изменения готовят почву для новых перемен.

В свете всего этого к чему нам стремиться? Человек должен стать более ответственным, чтобы выбирать; он должен планировать свою жизнь, исходя из собственных потребностей, а не чужих планов на его счет; он должен понимать, что люди разные настолько, насколько их сходства предсказуемы.

Я думаю, мы на пороге новой эволюции в истории человечества. Возможно, никогда раньше человек не был так удручен и неудовлетворен, как сегодня. Повсюду огромные районы с людьми, требующими перемен. Основная тема — отстаивание чувства собственного достоинства; контекст необходимости любви и нового воспитания очевиден. Видимо, мы станем свидетелями того, как будет положено начало искоренению взаимоотношений, построенных на силе, диктате, повиновении и стереотипах. Если окончательное решение не слишком близко, то только потому, что вокруг еще не достаточно много людей, чтобы вносить изменения. Человечество погубит не ядерная война, а недоверие во взаимоотношениях, неприязнь, негуманные отношения друг к другу, которые разделяют людей на имущих и неимущих, управляющих и управляемых, вызывают огромное человеческое неуважение, попирание чувства собственного достоинства.

Старые, традиционные, укоренившиеся, широко распространенные человеческие установки отживают свой век. Вопрос стоит так: либо умрут старые установки и появятся новые, либо наша цивилизация не выживет. Я за то, чтобы цивилизация выжила и обрела новые ценности человеческого бытия. И очень надеюсь, что вы тоже.

Семья будущего — Прошлое и будущее

Понятно, что семья будущего будет заметно отличаться от нынешней семьи. Так, типичным примером семьи недалекого будущего, по мнению доктора философских наук Павла Тищенко, может стать пара однополых граждан, воспитывающая троих детей, зачатых с помощью экстракорпорального оплодотворения и выношенных суррогатной матерью. По мнению российского ученого, начался новый этап сексуальной революции, который он назвал «редеконструкцией сексуальности». Разделению человеческой сексуальности на два не связанных между собой блока способствуют такие биомедицинские технологии, как совершенствование методов контрацепции, экстракорпоральное оплодотворение и «искусственная матка», которая может появиться уже в самом ближайшем будущем. Не менее шокирующие прогнозы приводит в свое книге «Футурошок» известный американский футуролог Алвин Тоффлер, который выделяет несколько форм семейных отношений в будущем.

Бэбиториум

Благодаря новым технологиям рождения становится возможным заранее установить пол ребенка и даже запрограммировать его конкретные параметры. Возможность купить сперму и эмбрион, обеспечить себе двойню или тройню, имплантации эмбриона суррогатной матери, выращивание детей in vitro — все это уничтожает обаяние беременности и родов, ведет к исчезновению культа материнства. Генетически не исключено двойное отцовство. Поскольку эмбрионы можно приобрести в любом возрасте, то возможны малолетние и престарелые родители с собственными младенцами.

Профессиональное родительство

Детей больше нельзя доверять дилетантам. Дипломированные профессиональные родители возглавят хорошо оплачиваемые многопоколенные семьи, принимающие по долгосрочным контрактам на воспитание детей. По мере выпуска одних, такие семьи принимали бы других детей.

Модульная семья

Удачливые специалисты и менеджеры больше не отождествляют себя с семьями. Прибывая по приглашению корпорации на новое место занятости и не рассчитывая работать здесь более года, они поселяются в семью с вакантным местом отца семейства. Эта семья предоставляется корпорацией и работает на корпорацию.

Гостевые браки

Супружеские отношения будут занимать не все время, а проходить сеансами. Несколько раз в неделю, в месяц, или даже в год муж и жена живут вместе, семьей. Все остальное время каждый из них свободен от рутины повседневных обязанностей и живет своей жизнью.

Экстерриториальные браки

И у нее, и у него — свой дом, совместное хозяйство они не ведут. Встречаются на работе, вместе ужинают в кафе, проводят отпуск вдвоем, ходят в гости друг к другу. Такие браки ограничивают возможность партнеров вмешиваться в привычки и стиль жизни друг друга, увеличивают потенциал их самореализации, но и создают определенные сложности в воспитании детей и уходе за ними.

Совокупная семья

Две разведенные пары с детьми вновь вступают в браки, вводя детей от обоих браков (как и взрослых) в новый, расширенный тип семьи. Сейчас полагают, что 25 % американских детей являются или скоро будут членами таких семей. Такие семьи со многими родителями могут стать основной формой семьи будущего. Распространение этого типа семьи сопровождается увеличением случаев завязывания половой связи между приемными родителями и неродными детьми. При растущей временности последовательных моногамных браков клан «полуродных» детей приобретает не только множество «полуродных» родителей, братьев и сестер, но и бесчисленное множество тетей и дядей, бабушек и дедушек.

Таким образом, с учетом всего многообразия форм естественного и искусственного родства каждый человек оказывается в перекрестье множества соперничающих семейных систем. Сбывается мечта великого русского мыслителя Н. Ф. Федорова. Приходит конец сиротству. Начинается безграничное родство…

Красная книга. Институт семьи исчезнет из-за технологий

Семья всегда будет основой общества, писал в XIX веке Оноре де Бальзак. Заблуждение классика можно понять: он не мог предвидеть, что когда-нибудь в мире появятся ювенальные службы, однополые браки, искусственное оплодотворение и социальные сети. Институт семьи еще рано заносить в Красную книгу, но социальные процессы и технологические прорывы уверенно подводят его к этой черте. Попробуем рассмотреть будущее семейных отношений с точки зрения функций, которые они традиционно выполняют в обществе.

Продолжение рода

Главное предназначение семьи — продолжение рода, и именно с этой стороны ей грозит основная опасность. Заключается она в том, что институт отцовства и материнства в обозримом будущем может превратиться в чистую формальность — темпы развития биотехнологий вполне позволяют предположить такое развитие событий.  Еще на предварительном этапе нежелательные сочетания, чреватые физическими и умственными отклонениями, будут вычисляться и отбраковываться по результатам анализов ДНК. Более того, в перспективе ученые обещают возможность создавать младенцев с запрограммированными характеристиками. В результате родительские функции могут свестись к элементарному донорству — зачатые в результате искусственного оплодотворения эмбрионы будут выращиваться в биокапсулах, имитирующих матку и после условного рождения передаваться родителям.

«Нам, пожалуйста, мальчика с IQ 180, цвет кожи — белый, волосы кудрявые и нос как у Майкла Джексона. Готово? Заверните, пожалуйста». Возможны и более радикальные варианты. Не так давно в лаборатории Филадельфийского института были выращены жизнеспособные и репродуктивные «мультимыши», родителями которых являлись одновременно несколько самцов и самок. После этого кто может поручиться, что в скором будущем на свет не появятся мультилюди?

Реклама на Forbes

Воспитание детей

Современным миром правят профессионалы: чем сложнее деятельность, тем больше знаний навыков и умений она требует. При этом формированием человеческой личности — пожалуй, самым сложным и тонким видом деятельности из всех существующих — занимаются миллиарды дилетантов-родителей. Устранить этот диссонанс может институт профессиональных родителей, возникновение которого социологи предсказывают в недалеком будущем.

Семейные пары с профильным теоретическим образованием и практическим опытом будут брать на постоянное воспитание детей, родители которых не горят желанием обременять себя этой нелегкой работой. В результате профессиональные отцы и матери получат постоянный источник дохода, а биородители — возможность продолжать учиться, строить карьеру, путешествовать, в общем, жить в свое удовольствие, не отвлекаясь на потомство.

В еще более отдаленном будущем воспитание и образование детей могут быть переданы искусственному интеллекту.

Интимная жизнь

Не подкрепленный необходимостью продолжения рода секс — слабая основа для института семьи. Даже если рассматривать его исключительно как источник удовольствия, нет никакой уверенности, что он навсегда сохранит привлекательность для человеческого рода. Те же биотехнологии, подкрепленные экспансией трансгуманистических идей, могут превратить естественный сексуальный акт в атавизм. Для этого вполне достаточно небольшого устройства, воздействующего на соответствующие центры удовольствия. Та самая ситуация, когда не только третий, но и второй лишний.

Материальная зависимость

Процесс выравнивания прав и уровня доходов между полами уже сейчас ставит эту составляющую семейных отношений в разряд несущественных. Мало ли среди ваших знакомых семей, где основным поставщиком материальных благ является женщина? Наверняка достаточно. Еще более стремительными темпами растет количество самодостаточных индивидуалистов-одиночек. Так что брачный союз, основанный на распределении ролей «кормилец семейства — хранительница очага» можно смело отправлять на свалку истории уже сегодня.

Любовь, эмоциональная привязанность

Человек — существо непостоянное, а любовь и влечение — слишком хрупкие субстанции, чтобы стать надежным базисом для супружеских отношений в постиндустриальную эпоху. Автоматизация производственных процессов уже освобождает нас от необходимости физического труда, развитие технологий искусственного интеллекта в ближайшей перспективе может избавить от труда умственного. Без привязки к рабочим местам люди будут все чаще менять профессии, места жительства, друзей и сексуальных партнеров. Оформление отношений в таких условиях очень быстро превратится — уже превращается — из традиции в забавную редкость.

Трансформация семьи

Чтобы выжить в условиях стремительно меняющегося мира, семье придется подстраиваться под новые условия. Как это будет происходить?

До начала постиндустриальной эпохи этот институт трансформировался только количественно: от доиндустриальной семьи (прародители-родители-дети-внуки) к индустриальной (родители-дети). Сегодня семья меняется на уровне формы: к традиционному браку уже добавился однополый. В будущем, считают социологи, количество семейных форматов будет только расти. По их оценкам, скоро может появиться временный брак, изначально запрограммированный на расторжение отношений, когда они утратят актуальность. Не исключено введение института пробного брака — несколько месяцев испытательного срока позволят молодоженам решить, готовы ли они окончательно узаконить взаимоотношения.

Прогнозируется бурный рост и последующее узаконивание коммунальных браков, объединяющих в семью нескольких людей, связанных общими делами или интересами. Это может быть семья-коммуна ученых, работающих над долгосрочным исследовательским проектом. Коллективный брак любителей сноубординга, приверженцев вегетарианства или поклонников джаза. Семейное объединение нескольких пожилых граждан, предпочитающих коротать свой век в компании духовно и физически близких людей.

Богатый ассортимент. Что же выбрать?

Идеи, изложенные выше, ни в коем случае не претендуют на истину в последней инстанции. Это не более чем взгляд заинтересованного неспециалиста на будущее общественного института, который сравнительно недавно считался основой основ человеческой цивилизации. Сегодня этот институт на наших глазах превращается в факультатив, завтра станет раритетом.

Прогресс торжествует. Гименей нервно курит в сторонке.

Георгий Бовт о том, что останется от семьи в будущем — Газета.Ru

Европейский суд по правам человека в очередной раз покусился на наши скрепы. Рекомендовал признать однополые браки. Разумеется, тут же нашлись неравнодушные по должности люди, которые дали отпор. Да и вообще у нас есть Конституция, где черным по белому написано: брак – это когда Он и Она. Тут бессмысленно спорить. Да и не только в этих вопросах «гей-Европа» нам не указ.

Однако ж посмотрим, как обстоят дела в той самой «крепости», которую мы защищаем от вражеских гей-нападок. Что происходит с семьей как институтом? А то происходит, что с ней, на самом деле, давно многое пошло не так в современном мире. Не только у нас. И не только в тех странах, где разрешены однополые браки или союзы. Слишком многое пошло наперекосяк с тех пор, как капиталист Энгельс, мечтавший о коммунизме (тоже ведь своего рода извращение, согласитесь, понятие извращений и нормы вообще постоянно меняется у людей в процессе эволюции), написал свой канонический труд «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Если бы Энгельс ожил и оглянулся вокруг, он «семьей» то, что сейчас ею часто называют, наверное, во многих случаях не признал бы. Сплошное извращение, сказал бы он. И написал бы сиквел: «Исчезновение семьи, частной собственности и государства».

На поверхности лежат цифры. В нашей стране распадается уже не каждый второй брак, а три четверти из них (данные 2020 года, в 2019 – 65%). 50 на 50 – это было 30 лет назад, на закате СССР, а 70 лет назад распадалось лишь 4% браков. Есть регионы, где разводятся практически все (Магаданская область – 86%). Примерно треть семей из 17 млн имеющихся в нашей стране – это семьи с матерями-одиночками, еще 600 тыс. – где детей воспитывают отцы-одиночки. Наверное, рядом там еще болтаются какие-то временные сексуальные партнеры из разряда «не пришей кобыле хвост». Маета эта в общем довольно широко распространена и хорошо представима: пришел – ушел, дал денег – не дал денег, напился – не напился, изменил-не изменил, бьет «моих детей» – не бьет, относится по-человечески, и на том спасибо. Бросил(а). Все на времянку. Квазисемейное кочевье такое.

Число одиноких людей, которые живут вдали от родственников или вообще их не имеют, в России составляет около трети населения. Причем пенсионеры из них – лишь половина. Этим людям не с кем поговорить, они никому не нужны. О них некому позаботиться. И им – не о ком. Это, как и другие вышеперечисленные явления, не наше уникальное «достоинство». Во всем мире все чаще именно так. Скажем, доля одиночек в «бездуховной» Америке ровно такая же. Интересно, что там же почти треть мужчин в возрасте от 18 до 24 лет вообще не занимаются сексом (хотя, казалось бы, самый возраст). Таких исследований у нас я не встречал (наверняка еще и не признаются), однако явление налицо: многим просто в лом. Гаджеты и порно интереснее.

Малейшие обязательства и любой эмоциональный напряг – нисколько не интересны, разве что быстрый перепих от скуки. Все менее интересна семья как форма организации своей жизни – это обременительно. Трудоемко. Дорого. А надо – чтоб легко по жизни. В моде – отношения без обязательств. Да и вообще отношения без отношений: как минимум, пятая часть миллениалов не имеет не то что семьи, но и даже ни одного-единственного друга.

Секс и семья, веками шедшие рука об руку, развелись еще во времена сексуальной революции, которая к нам пришла лишь позже, но своих вождей и жертв тоже поимела.

Во времена Энгельса семья воспринималась как институт сохранения, преумножения собственности и передачи ее по наследству. Кстати, в «Манифесте Коммунистической партии» он на пару с Марксом призывал вообще отменить право наследования, а обучение детей (еще одна важная функция семьи) полностью передать государству. Теперь брачные контракты, все более входящие в моду (у тех, кому есть что делить), сами собой подтачивают эту «наследственную скрепу». Равно как и постоянная смена брачных партнеров: иные столько раз выходят замуж (женятся), что потом их наследникам ничего не остается, как устроить свару вокруг дележа имущества. Еще сильнее ее подтачивает с этой стороны «шеринговая экономика» (от глагола to share – делить). Каршеринг не предполагает хлопот с содержанием движимости и тем более наследственных хлопот. Как и арендованная квартира. В современном мире, как выясняется, вообще лучше ничего не иметь в собственности, но всем временно пользоваться. В нашей стране недвижимость (это уникальный случай в мире, такой высокой доли собственников жилья нет, кажется, нигде) выполняет роль последней оборонительной линии в борьбе с постоянно грозящей нищетой. Однако разве неизбежная невыносимость совместного бытия на жалких квадратных метрах укрепляет наши семьи? Часто это лишь усугубляет взаимную ненависть от невозможности разъехаться «с этим уродом» или «этой сукой».

Во времена Энгельса «семья» – это было несколько поколений, живущих под одной крышей и ведущих совместное хозяйство. Этого давно нет и в помине. Не стала ли смерть «большой семьи» началом конца семьи как института? В западной социологии сильна точка зрения, согласно которой классическая семья как общественный институт канула в Лету еще в 1960-х.

Близкие родственники могут не общаться годами. Их имущественные споры – это часто жестокие войны на взаимное уничтожение. Тогда же, во времена Энгельса, одинокая женщина, самостоятельно воспитывающая детей, была сама по себе нонсенс, она практически всегда была обречена на нищету и прозябание. Женское одиночество воспринималось как эксцесс и «факап по жизни», сейчас это все более комфортная норма. No boyfriend (husband) – no problem.

Феминизм проделал свою часть работы, особенно в нашей стране, где главный кормилец семьи – это кормилица. Материально «мужик в доме» все чаще просто не нужен, он лишняя обуза. О деградации «самцов» блестяще уже написала месяц назад моя коллега Алла Боголепова, лучше и не скажешь, не буду повторяться. Добавлю лишь, что вялотекущий (а временами – не вяло) геноцид, он же великий социальный эксперимент, проделанный с нацией в течение ХХ века, не мог привести к иному результату.

Так что не только Украина стала порождением советской власти, но и пришибленный, с привитым (вот где вакцинации сработала на все сто) синдромом выученной беспомощности русский мужик – тоже.

Семья перестала (ну ладно, перестает, где-то по цивилизационным углам еще сохранились нормальные люди и семьи) быть главным институтом воспитания, передачи моральных норм, ценностей (все как хотели Маркс и Энгельс), социализации в широком смысле этого слова. Эти функции взяло на себя государство на пару с окружающим информационным пространством/технологиями. Оно, а заодно во все большей степени еще и постоянный информационный шум в соцсетях и масс-медиа, промывает мозги, навязывает стереотипы и мифологию. Востребованы в массовом порядке конформисты-потребители, а не штучный много о себе понимающий «продукт» домашнего воспитания. Ювенальная юстиция – одно из крайних в этом смысле проявлений. При том что, хотя на словах у нас эту даму не признают, но все чаще лезут чиновничьими рылами в детские семейные углы или комнаты.

К тому же старшие поколения катастрофически не поспевают за стремительно ускоряющимся процессом обновления информации и технологий (это еще Петр Капица подметил). Это раньше «мудрость и опыт предков» имели непреходящую ценность для новых поколений. Сейчас «предок» часто становится outdated уже на стадии, когда «потомок» пошел в первый класс. А по части разницы в форматах мышления (клиповый vs текстовой) – так и буквально сразу, едва малыш получит доступ к первому гаджету.

У института семьи размывается и функция деторождения. ЭКО, анонимные или не анонимные доноры спермы (что само по себе порождает много новых не веданных ранее моральных и этических проблем) – разве можно их считать «главой семьи»? А суррогатное материнство, которое все чаще не только по причине медицинских ограничений, но и потому что неохота беременной ходить – это как? Думаю, если заглянуть в будущее развития биотехнологий, то зачатие детей вообще без наличия в окружающей природе самцов станет вполне разрешимой проблемой. И человечество тогда станет однополым? Что останется от института семьи, каким мы его знаем?

Гомосексуальные браки стали лишь одним из проявлений даже не кризиса, а скорее эволюции (или деградации – кому как нравится) института «классической семьи», как она описана у все того же Энгельса. Кстати, на пути к однополым бракам многие страны прошли этап «гражданских союзов» или партнерств, которые были юридической формой узаконивания сожительства однополых пар с нотариальными, имущественными и прочими правами, аналогичные семейным, но без права усыновления детей. Потом, по мере легализации однополых полноценных браков, такие партнерства во многих странах, но не везде, автоматически получили равные права с привычными нам семьями. Однако еще интереснее, что после легализации однополых браков партнерства в ряде стран как раз сохранились. Например, во Франции существует форма «Гражданский договор солидарности», юридическое оформление сожительства. Главное отличие от брака в том, что его можно расторгнуть автоматически по требованию одного из партнеров. Первоначально такая «облегченная форма брака» использовалась как раз однополыми парами, но в последнее десятилетие подавляющее большинство партнерств (более 90%) заключались в этой стране между разнополыми парами и достигает уже числа традиционных браков. Тем более что к последним теперь в стране приравнены однополые.

Но разве эта «облегченная форма» с редуцированным числом обязанностей прежде всего не свидетельство размывания/эволюции традиционного института семьи, отражающая многие новые цивилизационные явления и привычки людей? В Британии после легализации однополых браков активисты не так давно добились, чтобы у разнополых пар осталось право именно на партнерство (хотя в этой стране оно почти ничем не отличается от брака). В Австрии после легализации однополых браков в 2019 году оставили форму гражданского партнерства как для однополых, так и для разнополых пар. Разница состоит в особенностях усыновления детей, правилах ЭКО для женщин и некоторых других бюрократических подробностях. Однако касательно имущества применяются те же нормы, что и для классического супружества. Так что по этому «критерию Энгельса» (собственность) партнерство тождественно семье, получается? Он бы голову бородатую сломал, наверное, на этом.

В ряде европейских стран (например, в Венгрии и Чехии) однополые браки запрещены, но партнерства однополые, как и не однополые – как раз разрешены (без права усыновления детей). Вообще в странах, где партнерства разрешены, их юридическое наполнение порой очень отличается. Помимо имущественных, наследственных и права усыновления детей (что практически уравнивает партнерство и традиционный брак) речь идет о таких вещах, например, как право не свидетельствовать против партнера в суде, право на доступ в реанимацию или оформление медицинского согласия, проведения похорон и т.д.

Когда у нас речь идет о том, что старенькие дедушка и бабушка заключают как бы брак (формально это так и есть), то все понимают, что по сути, речь часто идет именно о форме договоренности двух безнадежно одиноких людей, между которыми нет никаких романтических отношений, нет и не может быть общих детей, – договоренности о том, что будет с их телом и их имуществом после смерти. Это также удобно для заботы, ухода, помощи по дому и т.д. И вообще «просто поговорить». Такой «брак» никого не смущает. Однако если речь пойдет уже о двух, скажем, старушках, не говоря уже о двух дедушках, то сразу начинается страшный криминал.

«К чему он клонит?» – насторожится читатель в этом месте. Уж не призывает ли он нас пойти по тлетворному пути Запада? Успокоим читателя: нет, не призывает. Хотя не исключаю того, что в некотором отдаленном будущем у нас может появиться, скажем, такая юридическая форма, как партнерство для оформления хозяйственных, наследственных и иных, например, отношений между близкими людьми, не предполагающая при этом никакого конкретного сексуального подтекста (ни гомосексуального, ни гетеросексуального). Это, кстати, никак не будет противоречить и Конституции, где семья и брак по-прежнему останутся исключительно союзом между мужчиной и женщиной.

Однако нельзя не признать при этом, что сам институт семьи стремительно (по историческим меркам) эволюционирует в последние десятилетия. Многие называют это деградацией, и я с этими многими во многом согласен. Однако такая «деградация» представляется в значительной мере неизбежной. Как неизбежна сама эволюция человека, его поведения, образа мышления, привязанности/зависимости от появляющихся все быстрее новых технологий, форм общественных отношений, эволюция его бытового и трудового поведения и т. д. В этом смысле мы не вполне пока можем представлять, как будет выглядеть семья будущего. И сохранится ли этот институт таким, как мы его знаем, в принципе. Или все, наконец, разведутся друг с другом и будут жить сами по себе, детей будут доставать из пробирки, а те будут расти как трава, но под присмотром газонокосильщика – Государства. На смену которому придет «большой брат» в виде технологий тоталитарного контроля.

Как будут выглядеть брак и семья будущего

Брак будущего

Как мы выяснили, регистрация брака нужна только для раздела имущества и детей при разводе… Поэтому возникает интерес, а как это будет в деталях. Да может быть как угодно, этого нельзя предсказать, но можно предположить.

Заключение брака

Предположим, что некие мужчина и женщина решают жить вместе. Следует констатировать, что как только они начали жить вместе, они образовали новую семью. Никаких юридических подтверждений этому не нужно и никто не скажет, что они живут вне закона и традиций. В этот самый момент они могут (но не обязаны) заключить договор о сожительстве, где прописано: что есть и что будет. Это все будет очень просто, так как стандартный договор будет продаваться в киоске «Газеты» и будет устраивать большинство «молодожен».

Имущество

Если «молодожены» покупают, например, квартиру, они оформляют ее на двоих владельцев. Если имущество не подлежит регистрации, то право на его владение может быть прописано опять же в договоре сожительства. Но это все не важно. Тут, я думаю, много вопросов не будет возникать, все это уже практикуется в гражданских браках… и в браках с брачными контрактами.

Дети

Если у наших «молодоженов» родится ребенок, то в его свидетельстве о рождении в графе «Главный опекун» запишут одного родителя, а в графе «Опекун» — другого. Как только такое свидетельство появилось, у опекуна начинают удерживать часть заработной платы и перечислять на счет «Главного опекуна» (в точности как алименты), только действовать такие алименты будут с первых дней жизни ребенка независимо от того живут родители вместе или не живут. Заметьте, что главным опекуном легко может быть и мужчина (и это очень важно для мужчин, потому что отсудить ребенка у женщины при разводе в настоящий момент практически невозможно).

Еще один момент, когда опекун уходит из семьи, то он просто оставляет главному опекуну право принимать решения о ребенке единолично, что-то вроде «генеральной доверенности», но продолжает платить за ребенка «алименты» (эту ответственность опекун с себя снять не может).

 

Все! Все юридические вопросы решены легко и без регистрации брака. Конечно же будут спорные вопросы, но они также как и сейчас будут решаться в судебном порядке.

Семья будущего

Сама идея упразднения официальной регистрации брака интересна, потому что упростит жизнь людям; но, к сожалению, в современном обществе, где брак и семья являются, чуть ли не единственными, сдерживающими силами моральной деградации, такое изменение сыграет не лучшую роль…

Когда не станет регистрации брака, общество сразу же начнет забывать про то лучшее, что есть в семье.

Когда не станет регистрации брака, не нужно будет делать выбор «раз и навсегда»: сошлись, не понравилось — разошлись. И никто не скажет, что это все не серьезно — серьезно, серьезней некуда. У людей появится полная свобода в личной жизни: сегодня у меня одна семья, а завтра другая. Семья там, где я ночую, а мои дети — те, у которых я являюсь опекуном по свидетельству, и уже совсем неважно в какой семье они родились и в какой сейчас пребывают — я перечисляю им деньги, я забочусь о них.

Все это очень удобно для современного человека — нет дополнительной ответственности и лишних переживаний. Я думаю, наше общество может принять такие решения очень охотно уже в следующем поколении, особенно потому, что есть столько заинтересованных лиц.

 

Я хотел бы услышать мнения наших читателей. Возможно, я глубоко ошибаюсь во всем, но не понимаю этого.

Семья в 2050 году: искусственные матки, роботы-помощники и увеличение количества отцов-одиночек по выбору | Семья

В 2004 году, когда 2020 год звучал футуристично, The Guardian предсказал, что к настоящему времени будет «очень трудно» говорить о «типичной семье». Домашние единицы будут формироваться множеством способов, и «дети, живущие с обоими биологическими родителями в одном домашнем хозяйстве» будут в меньшинстве.

Это не совсем сработало. В Великобритании сегодня 84% детей рождаются у родителей, состоящих в браке, в гражданском браке или совместно проживающих, хотя статистика не раскрывает всех сложностей реальной жизни (многие родители будут заводить вторые семьи, например).В 2019 году 61% семей с детьми-иждивенцами имеют родителей, состоящих в браке или в гражданском браке (дети могут не быть биологически связаны с обоими). В США менее половины детей живут с двумя биологическими родителями, состоящими в первом браке.

Мы правильно предсказали, что в гетеросексуальных парах все больше женщин будут кормильцами, но не думайте, что это все хорошо зарабатывающие женщины, легко несущие финансовое бремя; большинство из них имеют низкий заработок, и среди них есть матери-одиночки.И мы сказали, что финансовое давление на молодых людей приведет к тому, что люди будут оставаться дома дольше. За два десятилетия до 2019 года число молодых людей, живущих со своими родителями, увеличилось на 46,3%. «К 2020 году, — прогнозировали мы, — мы будем в центре дебатов о дефиците ухода». Кризис все еще существует и разрастается, но это одна из тех проблем, которые были омрачены и усугублены Brexit (в Великобритании 104 000 граждан ЕС работают сиделками).И мы недооценили, до какой степени мы будем приглашать технологии в нашу семейную жизнь. «К 2020 году веб-камеры могут сыграть ту же роль, что и телефон в 20-м веке, — жизненно важный канал связи для семей, живущих за сотни миль друг от друга», — предсказывали мы в 2004 году. Это не было ошибкой, но странная идея «веб-камер ” — это было за три года до того, как Apple выпустила свой iPhone, и все начали загружать фотографии своих детей на новый сайт под названием Facebook — не совсем описывает распространение технологий в повседневной жизни.

Безусловно, семья сильно изменилась за последние несколько десятилетий, и эти тенденции сохраняются. Число одиноких людей растет, равно как и количество женщин, предпочитающих не иметь детей, и у нас также меньше детей, чем раньше. «Ключевым изменением в структуре семьи с 1980-х годов стал рост числа деторождений в рамках совместного проживания», — говорит Энн Беррингтон, профессор демографии и социальной статистики Саутгемптонского университета. «Доля внебрачных рождений в Англии и Уэльсе удвоилась с примерно четверти в 1988 году до чуть менее половины сегодня.Сожительствующие семьи — с детьми и без детей — являются самым быстрорастущим типом семьи в Англии и Уэльсе. Данные проведенного нами качественного исследования показывают, что, хотя меньшинство отвергает брак как устаревший патриархальный институт, большинство людей по-прежнему рассматривают его в положительном свете и как конечную цель». По ее словам, число однополых пар также увеличилось: «Увеличение на 53%, со 152 000 в 2015 году до 232 000 в 2018 году. Вполне вероятно, что это разнообразие в семейной жизни продолжит расти в ближайшее десятилетие, наряду с сложные семьи – например, приемные семьи, возникшие в результате повторного партнерства.

Развитие репродуктивных технологий сопровождалось изменением социальных взглядов. «Конечно, с начала этого века они объединились, чтобы создать такие типы семьи, которые раньше были просто невозможны», — говорит Сьюзан Голомбок, директор Центра семейных исследований Кембриджского университета и автор книги. готовящаяся к выходу книга «Мы — семья». Но она добавляет: «Трудно сказать, взорвутся они во что-то или нет. Одна вещь, которую мы изучаем, — это небольшое, но растущее число людей, которые знакомятся друг с другом через Интернет, чтобы иметь детей вместе, без романтических отношений.Мы еще не знаем, как это работает для них или для детей, но это определенно происходит.

«За последние пару десятилетий мы наблюдаем значительное увеличение числа матерей-одиночек по собственному выбору — одиноких женщин, которые решают жить в одиночку и заводить детей посредством донорского оплодотворения, — но сейчас мы начинаем увидеть отцов-одиночек по выбору. Это очень маленькая группа, но они есть. Некоторые из них геи, так что это более очевидно, но есть и одинокие гетеросексуальные мужчины, имеющие детей в результате суррогатного материнства и донорства яйцеклеток.Это то, что может вырасти».

Также растет число трансгендерных родителей. «До недавнего времени у трансгендерных родителей были дети, а затем они совершали переход, но из-за развития вспомогательной репродукции и людей, которые могут сохранять яйцеклетки и сперму, все больше трансгендеров рожают детей после перехода». Она говорит, что это, вероятно, увеличится в ближайшие десятилетия.

Достижения в области технологий вызовут все более масштабные этические дебаты.Так называемые «дизайнерские дети» уже стали реальностью, когда родители могут выбирать эмбрионы, чтобы исключить наследственные заболевания и состояния. Но к 2050 году будущие родители смогут платить за отбор не только за хорошее здоровье, но и за такие черты, как интеллект, привлекательность или атлетизм — дети богатых родителей могут генетически превосходить детей, рожденных в семьях с низким доходом.

«Искусственные яйцеклетки и сперматозоиды не за горами, — говорит Голомбок, — которые не только помогут бесплодным гетеросексуальным парам, но и позволят однополым парам быть биологическими родителями своих детей, потому что это означает, что мужчины могут производят яйцеклетки и сперму, и женщины тоже.Для одиноких людей, которые хотят иметь детей, они даже смогут производить яйцеклетки и сперму».

Генетическое тестирование станет более популярным, и родителям будет труднее скрывать от своих детей, что они были зачаты с использованием донорских яйцеклеток или спермы (хотя широко распространено мнение, что раскрытие информации — это хорошо). Веб-сайты предков будут использоваться для обнаружения генетических сводных братьев и сестер. Но генетика не имеет решающего значения для концепции семьи. «Семья больше не обязательно связана с биологическим родством — это то, что сильно изменилось», — говорит Голомбок.

Мы уже наблюдаем трансплантацию матки, но к 2050 году мы можем полагаться на искусственные матки для выращивания наших детей. «В настоящее время они разрабатываются изначально, чтобы помочь очень недоношенным детям воспроизвести, насколько это возможно, человеческую матку. Но в конечном итоге вполне возможно, что вместо беременности будут использоваться искусственные матки». Это могло бы освободить женщин, для которых беременность — и связанные с ней физические и психологические потери, а также финансовый удар, который они получают, когда они отвлекаются от своей карьеры, — это то, что нужно терпеть, а не наслаждаться.«Я думаю, что в первую очередь он, вероятно, будет использоваться для женщин, у которых нет собственных маток — женщин, которые в данный момент могут обратиться к суррогатному материнству», — говорит Голомбок. «Но на самом деле это мог сделать кто угодно, так что в некотором смысле это может быть довольно раскрепощающим для женщин. Некоторым женщинам эта идея вообще не понравится. Кроме того, я вижу, как его можно использовать довольно тревожным образом, почти как «детские фермы».

Все больше женщин замораживают свои яйцеклетки, а также увеличивается возраст, в котором женщины рожают первого ребенка. Будет ли в 2050 году более нормальным для женщин в возрасте 50 или даже 60 лет становиться матерями? «Технически это возможно», — говорит Голомбок. «Мне кажется маловероятным, что многие женщины действительно захотят это сделать. Но в целом, безусловно, будет больше женщин, рожающих детей в возрасте 40 лет, если только не произойдет серьезного изменения мышления». Эксперты уже призвали детей информировать о естественном снижении фертильности, что может означать, что будущие поколения решат заводить детей раньше. Но общество не настроено на это, указывает Голомбок — от стоимости образования до отсутствия государственной поддержки и стоимости жилья.«Возраст, в котором женщины рожают детей, растет и растет, и я не вижу этому конца».

Будут ли у нас мужчины, выезжающие за границу на работу? Что будет с их отцовскими навыками?

Brexit — с продолжительными торговыми переговорами и прогнозируемым экономическим спадом — повлияет на семьи в ближайшие десятилетия. «Экономическая незащищенность связана с повышенным предпочтением сожительства, а не брака», — говорит Беррингтон. «Кроме того, экономические трудности связаны с повышенным риском распада семьи.

Беррингтон отмечает, что семьи стали более транснациональными, «особенно с учетом того, что женщины составляют все большую долю мигрантов. В предыдущие десятилетия мигранты в Великобританию из Южной Азии часто мигрировали с целью создания семьи или воссоединения. Сегодня миграция в Великобританию чаще осуществляется с целью получения образования и работы. Таким образом, будущая связь между международной миграцией и созданием семьи неясна». Это особенно актуально, поскольку политика в отношении миграции ужесточается.

Если экономика пострадает после Brexit, как предупреждают многие экономисты, все большее число британцев может искать работу за границей, и это может означать непропорционально большую долю мужчин. В последние годы отцы стали больше заниматься своими детьми, и число отцов-домохозяек растет (хотя в 93% гетеросексуальных пар основная часть работы по дому, включая обязанности по уходу, по-прежнему ложится на женщин). «Будут ли у нас мужчины, путешествующие в Содружество, Европу и тому подобное на работу? И если они это сделают, что произойдет с их отцовскими навыками?» — спрашивает Чарли Льюис, профессор психологии Ланкастерского университета, занимающийся исследованием отцовства.

«Тридцать лет назад, когда я начал работать с отцами, все тенденции были направлены на то, чтобы женщины занялись профессиями, — говорит он, — но нет веских доказательств того, что [женщины] займут рабочие места». Работа по-прежнему является в значительной степени враждебной средой для семейной жизни. «И в ближайшие годы он будет гораздо более нестабильным». Такая политика, как четырехдневная рабочая неделя, позволила бы «семье лучше сбалансировать».

Женщины будут продолжать добиваться успехов на рынке труда, но это окажет давление на уход за детьми, который по-прежнему непропорционально ложится на матерей.В Великобритании у нас нет «обширного ухода за детьми, чтобы сравниться с тем, что происходит в Германии и Северной Европе», — говорит Льюис. «Мы не думаем тщательно о защите следующего поколения».

Отцы-домохозяйки по-прежнему составляют меньшинство, но Льюис говорит, что его по-прежнему удивляет небольшое количество отцов, которые остаются постоянными родителями после распада семьи, даже если до этого они были основными опекунами. Изменится ли это к 2050 году? Нет, если последние несколько десятилетий что-то, чтобы пройти. «Он не сильно изменился с начала 70-х годов.Мы думаем, что 40 или 50 лет назад было время, когда дети всегда шли к матери, но правительственный отчет 1974 года задокументировал, что 10% детей жили со своими папами, а сейчас не намного больше 10%».

Унаследованное преимущество закрепит привилегии некоторых семей за счет всех остальных. «Неравенство, которое мы сейчас наблюдаем между семьями, будет только расти», — говорит Джессика Каларко, доцент социологии Университета Индианы. «Мы знаем, что богатые белые семьи копят возможности и часто требуют новых возможностей, чтобы дать им доступ к еще большему количеству ресурсов. Этот цикл увековечивает себя с течением времени, и неравенство растет». Это начинается с раннего образования, но быстро обостряется, так как дети из благополучных семей направляются в «правильные» университеты и на работу. «Без каких-либо политических вмешательств мы увидим, что богатые белые семьи по-прежнему будут иметь власть над школами и рабочими местами, — говорит Каларко, — даже несмотря на то, что демографическая ситуация в обществе изменится с точки зрения того, что белые люди станут меньшей долей населения».

Мы стареющее население.К 2035 году людей старше 65 лет будет на 44% больше, чем в 2017 году. По оценкам Age UK, «потребуется около 650 000 дополнительных рабочих мест по уходу». В октябре правительство объявило об инвестиционной программе на сумму 34 миллиона фунтов стерлингов, чтобы попытаться научить роботов-опекунов быть более чуткими по отношению к своим людям, что повышает вероятность того, что к 2050 году роботы, как уже давно предсказывалось, станут одним из ответов на растущую социальную заботу. кризис. Будут ли они также обеспечивать уход за детьми? Это долгое время вызывало больше споров, чем уход за пожилыми людьми, но ясли в Японии уже опробовали использование роботов для помощи.

Рождение социальных сетей дало новый взгляд на то, как должно выглядеть «идеальное» воспитание детей. Нас поощряют сравнивать себя с другими, и мы также, как говорит Томас Карран, социальный психолог из Лондонской школы экономики, становимся более перфекционистами. «Родительское воспитание изменилось за последние годы. Родители более выжидательны и становятся более критичными. Это потому, что они передают вниз давление, которое они чувствуют со стороны общества. Ситуация ухудшилась, рынок труда стал более ненадежным, образовательные достижения стали очень важны для — я ненавижу выражаться в таких терминах — «будущей рыночной цены» их детей.Сейчас на родителей оказывается большое давление, чтобы они вырастили успешных детей».

По его мнению, это станет более острым, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. К 2050 году ситуация может измениться. «Нынешнее поколение молодых людей, когда они сами станут родителями, я чувствую, что они будут вести себя по-другому. Они сопротивляются общественному давлению». Что касается социальных сетей, они могут не делиться бесконечными фотографиями своих детей и не заниматься перформативным воспитанием детей, которое сейчас часто разыгрывается в Интернете.«Я думаю, что они будут намного лучше обучать и повышать осведомленность своих детей о [насколько искусственными] социальными сетями».

Семья в 2050 году будет подвергаться давлению извне, никто из тех, с кем я разговариваю, не хочет уверенно предсказывать; единственное, что можно сказать наверняка, это то, насколько разнообразными будут семьи в ближайшие десятилетия. Моральная паника по поводу стремительного упадка нуклеарной (гетеросексуальной) семьи не оправдалась. «Мы обнаружили, что структура семьи на самом деле менее важна для детей, чем качество взаимоотношений в семье», — говорит Голомбок. «А также общественное признание их семьи в целом мире. Семьи меняются, и это не обязательно плохо для детей или родителей».

9 Различные взгляды на то, как будут выглядеть семьи через 50 лет

Семья — движущаяся мишень. Наши представления о том, что такое «нормальная» семья, сильно изменились с 1960-х годов, и нет оснований полагать, что они перестанут меняться. Насколько странными могут быть вещи? Вот девять различных идей о будущем семьи.

Жесткого определения понятия «семья» не существует, и придумывать его нет смысла. Это изменчивая концепция, которая означает разные вещи для разных людей и в разное время. Действительно, наше представление о семье как о понятии со временем изменилось, оно будет меняться и в будущем.

В то же время семья представляет собой микрокосм общества. Это ставит их в уникальное и сложное положение; они одновременно являются авангардом социальных изменений и часто объектом морального возмущения.Например, законы против смешанных браков были окончательно отменены во всех штатах США только в 1967 году, а однополые браки стали легальными в США только в прошлом месяце (для сравнения, в Канаде однополые браки разрешены с 2005 года). Более того, мы больше не говорим о «разрушенных домах» и не пренебрежительно говорим о «детях из пробирки» (которых мы сегодня называем оплодотворением in vitro ).

Заглядывая в будущее, семьи будут продолжать меняться и адаптироваться в соответствии с культурными, социально-экономическими и технологическими факторами.Вот чего ожидать.

(1) Многосемейные домохозяйства

Статистические данные показывают, что количество семей, состоящих из нескольких поколений, растет, в основном потому, что жилье и другие вещи становятся очень дорогими. Точно так же две или более семейные группы могут решить жить вместе в одном доме, чтобы сэкономить деньги. (Имейте в виду, что семья и домохозяйство — две разные вещи.)

Деревня Свободы в Торонто — не самое доступное место для жизни (кредит: Карлос Пачеко CC BY-SA 2.0)

Для семей, не состоящих в родстве, совместное проживание в доме имеет смысл по многим причинам, а не только из-за резкого роста арендной платы. Конечно, стоимость жилья во многих крупных городских районах становится все более неприемлемой, и семьям становится все труднее жить самостоятельно. Но также, как гласит старая поговорка, нужна деревня, чтобы воспитать ребенка; несколько семей в одном домашнем хозяйстве могут делить обязанности по уходу, что является преимуществом для родителей-одиночек или тех, кто вынужден работать посменно. Также стоит отметить, что партнеры в этих семьях могут оставаться эксклюзивными друг для друга или вступать в полиамурные отношения.

Конечно, жизнь в квазиобщинном многоквартирном доме будет сопряжена с трудностями, такими как умение ладить друг с другом, уважение собственности друг друга, чрезмерный шум, совместное использование общих ресурсов, противоречивые стили воспитания и так далее.

(2) Экстремальные многопоколенческие семьи

Начало радикального продления жизни окажет сильное влияние на структуру семьи и внутрисемейную динамику. В конце концов, люди начнут жить хорошо в свои сотни, и они будут такими же энергичными и здоровыми, как когда они были вдвое моложе или даже моложе. Некоторые «пожилые» люди могут даже завести потомство в более позднем возрасте, что должно привести к некоторым интересным и новым сценариям.

Путь будущего? Шесть поколений одной семьи на одной фотографии (фото: CBC)

Даже через 50 лет дети смогут узнать своих прапрадедов. В будущем у людей могут быть братья или сестры на сотни лет старше или моложе.Трудно представить, какими будут семейные отношения, когда это произойдет, а тем более, как будут распоряжаться наследством, а уж какие семейные посиделки будут в праздники.

(3) Гендерная изменчивость в семье

Мы постепенно движемся к постгендерному обществу — и, соответственно, роль семьи как средства «поддержания» традиционных гендерных ролей постепенно начинает рассеиваться.

Как социальная конструкция гендер часто подкрепляется социализацией и моделированием в семейной среде, но это может быстро измениться. По мере того, как гендерная изменчивость становится все более распространенной, вы могли видеть, что семьи становятся механизмами поддержки гендерного исследования и перехода, а не сопротивления.

(4) Семьи клонов

Если предположить, что клонирование человека в конечном итоге станет безопасным и надежным, опасения общественности по поводу этой потенциальной репродуктивной практики, вероятно, исчезнут. И это может привести к семьям, в которых потомки являются клонами родительского донора или какого-либо другого донора, такого как бабушка или дедушка, друг или знаменитость.

В будущем родители смогут вырастить одного или нескольких своих клонов, включая клоны, полученные от каждого партнера. В зависимости от сценария братья и сестры могут быть генетическими дубликатами друг друга, родителей или обоих. Со временем клоны могут стать многопоколенными, так называемыми «клональными линиями».

Для членов этих семей различия в поведении будут более интересными и привлекательными, чем сходства. Но, как осторожно указывает Orphan Black , наши гены — это еще не все.

(5) Роботы и помощники с искусственным интеллектом

Такие фильмы, как « Her » Спайка Джонза, демонстрируют потенциал интимных отношений между людьми и искусственным интеллектом. Но нет оснований полагать, что дети — от младенчества до подросткового возраста — не будут формировать подобные связи с машинами, особенно если эти системы специально запрограммированы для этой цели.

Будущие дети будут взаимодействовать со своими искусственными родителями различными способами.Используя компьютеры, портативные устройства или какой-нибудь футуристический интерфейс, они будут находиться под присмотром, обучаться чтению и математике, играть в игры и развлекаться. Аккуратный отчет о событиях дня будет отправлен родителям вместе с отчетом о проделанной работе. Уровень вовлеченности обязательно будет настолько интимным и интенсивным, что ребенок (и даже родители) будет считать ИИ частью семьи.

В конце концов, людей, осуществляющих уход, можно полностью заменить машинами, но пройдет еще некоторое время, прежде чем мы увидим роботов-нянь в наших домах.

(6) Семьи космических колонистов

К середине века у нас должно быть колониальное присутствие на Марсе и, возможно, на Луне. Эти места обитания, вероятно, будут небольшими и рудиментарными, но вполне разумно предположить, что некоторые колонисты захотят взять с собой свои семьи или создать новые. В конце концов, мы начнем видеть первое поколение людей, которые никогда не были на Земле.

Со временем люди захотят отправиться в долгосрочные миссии к звездам. Учитывая экстремальные расстояния, им придется разработать так называемые генерирующие корабли.Эти межзвездные ковчеги будут двигаться со скоростью ниже скорости света, и, поскольку этим путешественникам могут потребоваться столетия или даже тысячелетия, чтобы добраться до места назначения, первоначальные обитатели, вероятно, состарятся и умрут (несмотря на достижения в радикальном продлении жизни), оставив своих потомков, чтобы продолжить Миссия. Если такой сценарий произойдет, люди, обитающие на планете, скорее всего, продолжат развиваться как биологически, так и культурно.

(7) Посткрионические семьи

Более дюжины семей зарегистрировались в Alcor Life Extension Foundation, ведущем в мире центре крионики.Мы понятия не имеем, будут ли когда-нибудь возвращены к жизни люди, замороженные в чанах с жидким азотом, но такая возможность вызывает некоторые интересные сценарии.

Если бы их мечты о бессмертии сбылись, эти «ожившие» семьи буквально воссоединились бы после смерти. Учитывая, что некоторые члены семьи будут разлучены смертью на долгие годы, их воссоединение будет особенно эмоциональным и глубоким. Но поскольку Alcor, скорее всего, будет применять политику «последний пришел — первый ушел» (LIFO) при выборе реанимируемого, некоторым членам семьи, возможно, придется подождать некоторое время, прежде чем все члены семьи будут извлечены из холодного хранилища.Однако после воссоединения эти посткрионические семьи будут работать вместе, интегрируясь в свое футуристическое новое общество.

(8) Семьи, связанные с разумом

Достижения в области неврологии могут безвозвратно изменить семейную единицу, какой мы ее знаем сегодня.

(Sense8)

Представьте себе семью, связанную мысленным общением. Это было бы похоже на телесериал Вачовски Sense8 , в котором персонажи ментально и эмоционально связаны, способны общаться, ощущать и использовать знания, навыки и язык друг друга.Объединенные разумом семьи были бы больше, чем сумма их частей. Конечно, собрание взаимосвязанных умов не должно ограничиваться только членами семьи; друзья и коллеги также могли присоединиться, что привело к тесно взаимосвязанным и близким сообществам, поведение которых было бы очень похоже на улей. Это может очень хорошо представлять будущую семью.

Недавний прорыв исследователей из Центра нейроинженерии Университета Дьюка показывает, что это будущее может быть ближе, чем мы думаем.В своем эксперименте исследователи подключили мозг обезьян к электродам, что позволило им координировать свои мысли для выполнения основных задач, таких как распознавание образов и движение роботизированной конечности. Примечательно, что подобная работа была проведена даже на людях (здесь и здесь), хотя и менее инвазивно.

(9) Виртуальные семьи

Представьте себе семью с загруженным разумом или семью, состоящую из эмулированных мозгов (называемых ems), которые находятся и взаимодействуют внутри мощного суперкомпьютера. Эти виртуальные существа будут жить как аватары в сложной моделируемой среде.Но поскольку ограничения аналогового мира не применимы в киберпространстве (будь то биологические или физические ограничения), виртуальные семьи могут не иметь таких же потребностей или мотивов для того, чтобы оставаться вместе, как единая, связанная единица.

(Источник: Second Life/HyacintheLuynes CC BY-SA 3.0)

Действительно, в мире, состоящем из 1 и 0, все может стать очень странным. В зависимости от доступных ресурсов, эти цифровые семейства могут состоять из дубликатов, которые насчитывают сотни или тысячи скопированных индивидуумов.Многие из этих EM могут сформировать новые и независимые семейные единицы, особенно если их исходный код начнет отклоняться и дрейфовать. Более того, новые виртуальные умы, рожденные в младенчестве, могут стать дефицитными, поскольку доминируют хорошо зарекомендовавшие себя и успешные ems. Понятию семьи, по крайней мере, мы это знаем, вполне может прийти конец.


Свяжитесь с автором по телефону [email protected] и @dvorsky . Верхнее изображение Сиротский черный .

Какое будущее у семьи?

Источник: Pixabay

[Статья изменена 25 апреля 2020 г.]

Семья является связующим звеном между личностью и обществом.

Изменения в структуре семьи обусловлены социальными изменениями и в то же время являются движущей силой социальных изменений — вот почему секс и брак были и до некоторой степени до сих пор так жестко контролируются и регулируются.

Исторически сложилось так, что в христианской Европе основной целью брака и создания семьи было произвести на свет законного наследника мужского пола. Прелюбодеяние, особенно со стороны жены, строго наказывалось, и, хотя церковь не признавала развода, брак мог быть расторгнут по причине импотенции или бесплодия.Брак также представлял собой средство создания стратегических социальных и политических союзов, почти без романтики или сексуальной совместимости, которые движут современными браками.

До сих пор семья поощряет воспроизводство — и без него почти не имеет смысла — и в то же время регулирует сексуальную функцию и обеспечивает структуру и среду для межпоколенческого потока экономического, человеческого и культурного капитала. Семья больше, чем средство социального порядка, стремится, насколько это возможно, удовлетворить физические и психологические потребности всех ее членов в пище, крове, заботе и любви.В целом семья выполняет эти функции лучше государства и с меньшими затратами. Это, в лучшем случае, окончательная система безопасности.

Модель семьи, которую обычно изображают в СМИ, представляет собой белую гетеросексуальную пару с двумя здоровыми, счастливыми детьми (мальчиком и девочкой), живущими вместе под одной крышей. Мужчина и женщина в этой семье из пакетиков с хлопьями состоят в браке, основанном на все еще продолжающемся романе между двумя стереотипами. Мужчина — главный кормилец и, в крайнем случае, тот, кто принимает решения и дисциплинирует.Он глава семьи’. Тем временем женщина посвящает себя дому и детям. Если она работает, карьера мужчины в приоритете. Мужчина и женщина поддерживают и дополняют друг друга. Они вкладывают все свободные ресурсы в своих детей, что, в свою очередь, свидетельствует об их социальном успехе и хорошем характере.

Семья в пакетиках с хлопьями, состоящая из пары и детей-иждивенцев, является архетипом нуклеарной семьи. Другим основным типом семьи, по крайней мере исторически, является патрилокальная расширенная семья, характеризующаяся совместным проживанием с семьей мужа или рядом с ней.Раньше расширенные семьи были гораздо более распространены в обществе, хотя, по крайней мере в Великобритании, низкая продолжительность жизни и относительно поздние браки сдерживали их рост и не позволяли им превосходить по численности нуклеарные семьи. Только после Второй мировой войны престиж и превосходство нуклеарной семьи возросло, поскольку рабочая сила стала более мобильной, а специализированные учреждения взяли на себя многие из традиционных функций расширенной семьи, в частности, образование, здравоохранение и благосостояние.

Но в последние десятилетия нуклеарная семья, и особенно семья, производящая хлопья в пакетиках, подвергалась все большему напряжению.У женщин больше возможностей, чем когда-либо, и они часто являются главным кормильцем в семье, а партнер-мужчина остается дома в качестве домохозяина или устанавливает отношения на равных. Многие люди ставят страсть и самореализацию выше компромисса и стабильности, что приводит к модели последовательной моногамии, которая теперь гораздо более социально приемлема. Добровольная бездетность становится все более распространенным явлением, а развитие репродуктивных технологий открыло возможности для тех, кто хочет иметь детей вне более традиционного устройства.

В то же время такие экономические факторы, как рост платы за обучение и цен на недвижимость, а также отступление государства всеобщего благосостояния, перекладывают ответственность обратно на семью, в том числе на расширенную семью, которая благодаря увеличению продолжительности жизни и улучшению транспорта и общение, что-то вроде возвращения.

По данным Управления национальной статистики (ONS), в 2016 году в Великобритании насчитывалось 18,9 млн семей. Среди них 12,7 миллиона супружеских пар или пар, состоящих в гражданском браке (из них 4.8 миллионов имели детей-иждивенцев), 3,3 миллиона совместно проживающих пар (из которых 1,3 миллиона имели детей-иждивенцев) и 2,9 миллиона семей с одним родителем (из которых 1,9 миллиона имели детей-иждивенцев). Из всех семей с детьми-иждивенцами 45% имели одного ребенка, 40% — двух и 15% — трех и более.

За двадцать лет с 1996 по 2016 год количество совместно проживающих пар увеличилось более чем в два раза. Многие сожительствующие пары функционируют как супружеские пары во всем, кроме имени. Другие формы сожительства включают «пробный брак» (который, если что-то получается, приводит к браку) и краткосрочные или незавершенные отношения.Во многих случаях совместное проживание служит отсрочке вступления в брак, пока пара устанавливает финансовую точку опоры.

За тот же двадцатилетний период число семей с одним родителем выросло примерно на 20 процентов. В прошлом родитель в семье с одним родителем, скорее всего, овдовел в результате войны, родов или болезни. Сегодня одинокий родитель гораздо чаще разводится или разводится, а в связи с изменением социальных взглядов и развитием репродуктивных технологий все больше и больше людей предпочитают воспитывать детей самостоятельно.Одинокий родитель может в конечном итоге снова стать партнером, иногда с другим одиноким родителем, чтобы сформировать воссозданную семью.

Семьи однополых пар составляли один процент от всех семей пар: 87 000 семей однополых пар проживали совместно, 47 000 состояли в гражданском партнерстве и 29 000 состояли в браке. 14 000 семей однополых пар имели детей-иждивенцев. Эти дети могли появиться от предыдущих отношений или благодаря другим возможностям, таким как усыновление, искусственное оплодотворение или суррогатное материнство.За год до 31 марта 2016 года однополые пары в Великобритании усыновили 450 детей, или 9,6% от общего числа детей, усыновленных в этом году. Большинство исследователей в этой области сходятся во мнении, что дети, воспитанные одним или двумя родителями-геями или лесбиянками, не страдают от особых недостатков.

Интересно, что за десятилетие до 2016 года количество многоквартирных домохозяйств выросло на 66% до 323 000, или 1,2% всех домохозяйств. Это может быть связано с сочетанием более высокой ожидаемой продолжительности жизни и более высоких цен на недвижимость, подталкивающих молодых людей с семьей к переезду в родительский дом или приглашению родителей жить в их доме.В качестве альтернативы, многосемейные домохозяйства могут состоять из неродственных семей, проживающих в одном домохозяйстве, возможно, в более центральном или удобном месте, чем они могли бы себе позволить в ином случае. С ростом числа домохозяйств с двумя кормильцами и семей с одним родителем все больше и больше бабушек и дедушек полагаются на уход за детьми или финансовую поддержку. Многие бабушки и дедушки приветствуют эту новую роль в жизни, хотя некоторых это может возмущать, особенно если им также приходится заботиться о своих очень пожилых родителях.

Многие семьи являются семьями «пустого гнезда», со взрослыми детьми, покинувшими родной дом.Однако существует тенденция, когда эмансипированные дети возвращаются в свою старую спальню. В 2016 году 25 процентов молодых людей в возрасте от 20 до 34 лет жили со своими родителями по сравнению с 21 процентом в 1996 году. Следует отметить, что значительное большинство этих «детей-бумерангов» — мужчины. В то время как одни родители в восторге от возвращения блудного сына, другие чувствуют себя обделенными, особенно если их взрослый ребенок ведет себя лениво, разрушительно или истощает семейные финансы.

Согласно отчету УНС, целых 7.7 миллионов человек жили в одиночестве. 28 процентов домохозяйств состояли только из одного человека, по сравнению с 17 процентами в 1971 году. Большинство (54,2 процента) одиноких людей составляли женщины, отчасти потому, что у женщин продолжительность жизни выше, чем у мужчин, а отчасти потому, что они склонны вышли замуж за мужчин старше себя. Но в возрастной группе от 16 до 64 лет большинство (57,7%) одиноких составляли мужчины. Это может быть связано с тем, что больше мужчин, чем женщин, никогда не женятся; потому что мужчины женятся в более позднем возрасте, чем женщины; или потому, что после развода дети с большей вероятностью останутся с матерью.Из 1,9 миллиона семей с родителями-одиночками, имеющими детей-иждивенцев, 90 процентов возглавляет женщина.

Не все люди, живущие в одиночестве, одиноки: около 10% всех взрослых в Великобритании «живут раздельно вместе» (LAT), при этом каждый партнер в отношениях поддерживает или живет в отдельном домашнем хозяйстве. Некоторые люди, у которых LAT, не имеют большого выбора в этом вопросе; для других это первый шаг к сожительству или, особенно для пожилых людей, счастливый компромисс между близостью и независимостью.

В конце концов, семейство пакетов с хлопьями содержало семена собственного уничтожения.

Сегодня больше, чем когда-либо, люди гонятся за романтикой и в процессе создают нестабильность. Высокий уровень разводов на протяжении многих лет привел к появлению значительного числа родителей-одиночек и воссоединенных семей.

Благодаря росту продолжительности жизни экономические и социальные силы снова перекладывают ответственность на расширенную семью и в то же время помогают ослабить эпидемию одиночества среди пожилых людей.

Молодые люди предпочитают сожительство браку, и можно представить себе более свободную форму сожительства, заменяющую брак, наряду с более последовательным или целенаправленным подходом к партнерству на протяжении всей жизни.

Отношения между мужчиной и женщиной все больше становятся равноправными, хотя в семьях с одним родителем очень очевидно, что женщины по-прежнему берут на себя большую часть воспитания детей.

Все больше и больше людей выбирают бездетную жизнь или заводят детей вне более традиционных условий, и обе эти тенденции, похоже, сохранятся.

Однополые отношения еще только начинаются, и они могут стать более распространенными по мере того, как пол и сексуальность становятся более подвижными, а отношения менее привязаны к старым стереотипам и императиву продолжения рода.

Нил Бертон является автором книг For Better For Worse и других.

10.4 Семья в будущем – социальные проблемы

Цель обучения

  1. Понимать значение теории социальных наук и исследований для решения семейных проблем.

Как, пожалуй, самый важный наш социальный институт, семья, кажется, пробуждает сильные страсти почти у всех. Социологическая теория и исследования, наряду с исследованиями других социальных наук, имеют важное значение для того, как наше общество должно решать различные семейные проблемы, обсуждаемые в этой главе.

Один набор последствий касается многих детей и семей, живущих в нищете. Домохозяйства, в которых они живут, в основном возглавляются женщинами, и большинство этих домохозяйств образовано в результате развода.Программы и политика, изложенные в Главе 2 «Бедность», несомненно, имеют отношение к любым усилиям по оказанию помощи этим семьям. Эти усилия включают, помимо прочего, увеличение государственной финансовой поддержки, субсидии на уход за детьми, профессиональную подготовку и финансовую помощь для обучения женщин, желающих вернуться на рынок труда или повысить свою заработную плату, посещения детей в раннем возрасте и программы вмешательства, и расширение программ, обеспечивающих питание и медицинское обслуживание бедных женщин и их детей (Cherlin, 2009). Во всех этих усилиях Соединенным Штатам есть чему поучиться у стран Западной Европы (см. примечание 10.21 «Уроки других обществ»).

Уроки других обществ

Семья прежде всего: помощь семьям в Западной Европе

Страны Западной Европы прилагают гораздо больше усилий, чем Соединенные Штаты, чтобы помочь семьям с маленькими детьми. По словам социолога Джеймса У. Рассела, эти нации считают, что забота о своих детях является общей обязанностью, потому что «общество в целом выигрывает от надлежащего воспитания детей.Дети вырастают, чтобы взять на себя ответственность за поддержание выживания общества. Они также будут доступны для оказания необходимых услуг как своим родителям, так и престарелым взрослым, которые не воспитывали собственных детей. Пожилому взрослому, у которого не было детей, могут понадобиться услуги более молодого врача, воспитанного кем-то другим». Напротив, говорит Рассел, Соединенные Штаты склонны считать, что семьи должны быть самостоятельными и не должны ожидать большой помощи от правительства. Эта разница в философии приводит к тому, что западноевропейские страны оказывают гораздо большую поддержку семьям с маленькими детьми, чем Соединенные Штаты.

Эта поддержка принимает несколько форм, характер и масштабы которых варьируются в зависимости от западноевропейских стран. Большинство стран, например, предоставляют не менее четырех месяцев из оплачиваемых отпусков по беременности и родам после рождения ребенка; Напротив, Соединенные Штаты гарантируют только три месяца из неоплачиваемых отпусков и только для сотрудников, которые работают в компаниях, в которых работает не менее пятидесяти человек.Многие европейские страны также предоставляют оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком после истечения срока действия пособия по беременности и родам; Соединенные Штаты не предоставляют эту льготу. В Швеции родители делят 450 дней оплачиваемого отпуска по уходу за новым ребенком.

Еще одним поразительным отличием от Соединенных Штатов является то, что во всех европейских странах существует программа семейных пособий, которая предусматривает денежные выплаты родителям за каждого ребенка, рожденного у них после рождения первого ребенка. Цель состоит в том, чтобы не только помочь этим семьям, но и побудить их заводить детей, чтобы противостоять снижению рождаемости в Европе.

Третье очень важное отличие состоит в том, что европейские страны предоставляют бесплатный или сильно субсидируемый уход за детьми, как правило, высокого качества, чтобы родители могли работать вне дома. Например, во Франции предоставляется бесплатный уход за детьми в возрасте от 2 до 6 лет и оплачивается 75 процентов стоимости ухода за детьми в возрасте до 2 лет.

Такими и другими способами народы Западной Европы помогают своим семьям с маленькими детьми и, таким образом, своему обществу в целом. Соединенным Штатам есть чему поучиться на их примере.

Источники: Russell, 2011; Шахмехри, 2007

Еще одна проблема и ряд следствий социальных исследований касаются насилия в семье. В той мере, в какой насилие в отношении близких и детей коренится в разочаровании и стрессе, сопровождающих бедность, усилия, направленные на сокращение бедности, также уменьшат насилие в семье. И в той мере, в какой гендерное неравенство помогает объяснить насилие в отношении женщин, продолжающиеся и активизирующие усилия по сокращению гендерного неравенства также должны уменьшить насилие в отношении близких, поскольку большая часть этого насилия направлена ​​​​мужчинами против женщин.Кроме того, если, как считают многие ученые, насильственная природа мужественности помогает объяснить насилие, совершаемое мужчинами в отношении своих жен и подруг, то усилия по изменению социализации мужских гендерных ролей также должны помочь.

Обращаясь к жестокому обращению с детьми, поскольку столько жестокого обращения с детьми остается неизвестным органам по защите детей, трудно уменьшить его серьезность и масштабы. Тем не менее, некоторые шаги все же могут помочь. Поскольку жестокое обращение с детьми кажется более распространенным среди более бедных семей, усилия по сокращению бедности также должны уменьшить жестокое обращение с детьми.Программы посещений на дому, которые помогают бедным детям, также помогают сократить жестокое обращение с детьми. Хотя, как отмечалось ранее, одобрение шлепков глубоко укоренилось в нашей культуре, национальная образовательная кампания, предупреждающая об опасностях шлепков, включая пропаганду плохого поведения детей, может в конечном итоге уменьшить использование шлепков и, следовательно, количество случаев физического насилия над детьми. .

Развод — последний вопрос, для которого актуальны исследования социологов и других ученых. Многие данные свидетельствуют о том, что развод из малоконфликтных браков имеет негативные последствия для супругов и детей, а некоторые данные свидетельствуют о том, что эти последствия возникают не из-за самого развода, а скорее из-за конфликта, предшествующего разводу, и бедности, в которой оказались многие семьи, недавно родившие одного родителя. погружены.Есть также свидетельства того, что супруги и дети чувствуют себя лучше после развода в крайне спорном браке. Усилия по сохранению браков, безусловно, должны продолжаться, но эти усилия должны предприниматься с осторожностью или вообще не предприниматься в отношении браков, вызывающих большие споры. В той мере, в какой супружеские конфликты частично возникают из-за финансовых трудностей, опять же, усилия правительства, направленные на сокращение бедности, должны также способствовать сохранению браков.

Ключевые выводы

  • Усилия по оказанию помощи детям и семьям, живущим в бедности или на грани бедности, должны быть расширены.
  • Усилия по сохранению браков следует предпринимать осторожно или вообще не предпринимать в отношении крайне спорных браков.

Для вашего обзора

  1. Как вы думаете, почему Соединенные Штаты отстают от других демократий в усилиях по оказанию помощи семьям?
  2. Как вы думаете, что является самой важной политикой или действием, которое должно предпринять наше правительство, чтобы помочь семьям Америки?

Ссылки

Черлин, А. Дж. (2009). Истоки амбивалентного принятия развода. Journal of Marriage & Family, 71 (2), 226–229.

Рассел, Дж. В. (2011). Двойной стандарт: социальная политика в Европе и США (2-е изд. ). Лэнхэм, Мэриленд: Роуман и Литтлфилд.

Шахмехри, Б. (2007). Более чем приветствуется: в Швеции семья на первом месте. В JH Skolnick & E. Currie (Eds.), Кризис в американских учреждениях (13-е изд., стр. 204–209). Бостон: Аллин и Бэкон.

Живите неправильно и процветайте: Covid-19 и будущее семей

Контент

Этот контент также можно просмотреть на сайте, на котором он создан.

«Мы знаем, была ли у нее семья?»

Самоизолировавшись в своей спальне, я наконец посмотрел « Мстители: Финал » и поймал себя на том, что всхлипываю на сцене, где защитники Земли собираются, чтобы похоронить Черную Вдову. Персонаж ранее изображался в супергеройской франшизе Marvel как трагический одиночка, единственная девушка в банде, одетый в спандекс суперсолдат, которому никак не удается сойтись вместе с Халком или Соколиным глазом, чье бесплодие делает ее «монстром». одинокая женщина без детей, которая по определению одинока.

Пока Капитан Америка не указывает на очевидное: Да, говорит он, пока музыка набирает обороты. У Черной Вдовы была семья. «Нас.»

Этот момент — момент, когда разношерстная группа героев осознает, что они «настоящая семья» друг друга, — это поп-культурный троп, который все еще достаточно пронзителен, чтобы не казаться банальным. Особенно, когда ты уже неделю один в своей спальне, запертый в теле, которое пугает тебя, кашляя в безумии безумного самоконтроля, и только твои соседи по дому любовно проталкивают, хотя и неумело приготовленные кружки чая, в дверь.Как и для миллионов других, пандемия Covid-19 заставила меня пересмотреть, что именно означает семья. Идея найденной семьи — это культурный артефакт, время которого давно пришло, потому что многие из нас в настоящее время находятся в процессе создания и переделки своей собственной.

В конце марта журналист, друг моего друга, позвонил, чтобы узнать, как выглядит моя конкретная найденная семья в Лос-Анджелесе. Она писала о людях, которые находились на карантине вместе с людьми, с которыми они не были ни родственниками, ни с кем не спали. Это были мы — мой сосед по дому и я, плюс два друга, которые живут одни неподалеку. Мы все были отделены от наших родственников расстоянием и болезнью; мы все были очень одиноки. Мы не были вполне традиционной семьей, но нам нужно было как-то обращаться друг к другу, так что, поскольку почти все в мире прямо сейчас кажется происходящим из одной из этих альтернативных временных линий в конце сезона производной научной фантастики. Телевизионная антиутопия — мы называли себя «стручками».

Я познакомился со своим соседом по дому, композитором и автором песен, много лет назад на домашней вечеринке в Нью-Йорке, где все мерцало в ультрафиолетовых лучах и глухо звучала музыка.Мы сразу поняли, что в какой-то момент будем важны друг для друга; этот момент наступил в конце 2019 года, когда мне нужно было, чтобы кто-то разделил арендную плату за субаренду в Силвер-Лейк с неряшливой ванной Джека и Джилл и лимонным деревом на клумбе. Другие мои друзья — позитивно настроенный музыкант и терапевт, которого я знаю из Твиттера, и странный молодой писатель, которого я встретил в очереди в туалет в нашей местной кофейне, где мы болтали о наших любимых радиопередачах.

Причина, по которой капсула собралась вместе, была скорее случайной, чем серьезной: у меня и моего соседа по дому завелись клопы.Постельные клопы отвратительны, дороги и утомительны, и требуют, чтобы вы разыграли свой собственный фильм-катастрофу, взорвали большую часть своих вещей и дезинфицировали остальное. Мальчик-писатель из кофейни помогал нам переправить всю нашу одежду в прачечную; Я остался на диване моего друга-терапевта, чтобы избежать крошечных кусачих ублюдков в моей постели. Когда пришло объявление о закрытии Лос-Анджелеса, мы уже были в такой тесноте, что если один из нас заразился вирусом, то заразились все. Мы решили объединить наши риски.Разделите работу по дому, развлечения, автопробеги. Удостоверьтесь, что в любой момент у всех было достаточно закусок, чтобы оставаться в здравом уме, и никто не убегал, чтобы встретить случайных незнакомцев на Петле. Это имело смысл. По крайней мере, так мы сказали журналисту.

Я думал, что это будет короткое справочное интервью, что мы появимся на полпути вниз в разделе образа жизни. Несколько дней спустя наша фотография была на первой полосе Los Angeles Times : «Ослабление изоляции со своими друзьями по карантину», — гласил заголовок.Затем, внезапно, мы давали интервью местному телевидению и национальному радио. Все немного выходило из-под контроля. Почему, подумал я, это вообще история?

Укрепление семей для будущего | Интернет-магазин CAMH

Укрепление семьи для будущего

САМХ


Формат: набор • Комплект из 4 руководств на английском языке, 1 руководства на французском языке и 2 детских книг


Укрепление семьи для будущего — это профилактическая программа для семей с детьми в возрасте от 7 до 11 лет, которые могут быть подвержены риску злоупотребления психоактивными веществами, депрессии, насилия, правонарушений и неуспеваемости в школе.Программа рассчитана на проведение командой из четырех фасилитаторов, имеющих опыт работы с детьми и родителями. Он основан на деятельности и способствует обучению и практике навыков общения, решения проблем, управления гневом и других областей семейного функционирования.

Министерство здравоохранения Канады

и другие организации назвали Укрепление семей одним из лучших мероприятий в своем роде. Он эффективен, потому что в нем участвует вся семья. Цели программы:

  • уменьшить намерение детей или подростков употреблять алкоголь и/или другие наркотики и уменьшить другие поведенческие проблемы
  • повысить устойчивость детей и жизненные навыки
  • повысить позитивное и эффективное воспитание детей
  • увеличить семейное общение.

Семьи встречаются по три часа один раз в неделю в течение 14 недель подряд. Каждая сессия начинается с семейного обеда и сопровождается отдельными программами для детей и родителей. В последний час дети и родители снова собираются вместе, чтобы попрактиковаться в том, чему они научились.

 Ресурс Укрепление семей включает:

  • все, что вам нужно знать, чтобы начать программу и чтобы семьи возвращались — образцы форм согласия, рекламные материалы, должностные инструкции и многое другое
  • планов для 14 родительских, детских и семейных сессий, дополненных исходной информацией для фасилитаторов, целями сессий, сценариями презентаций и раздаточными материалами для участников (на английском и французском языках).

Несмотря на то, что ресурс представляет собой полное практическое руководство, обучение и консультации по программе можно получить у местного консультанта CAMH.

Информация о Укреплении семей для родителей и молодежи , второй версии Укрепление семей, для семей с подростками в возрасте от 12 до 16 лет, доступна на сайте pad-sfpy.org.


Этот продукт доступен только на английском языке.
Ce produit est offert en englais seulement.

Опубликовано: 2006 г. • ISBN: 9780888685278 (печать) • Код продукта: P5607

5 представлений о том, как будут выглядеть семьи в 2030 году

За последние несколько поколений западные представления о семье резко изменились.Люди дольше ждут, чтобы завести детей, и многие «бумерангом» возвращаются в дома своих родителей, прежде чем, наконец, отправиться в путь самостоятельно. Когда они, наконец, уезжают, они часто разбегаются далеко от своих родных городов. Тем временем пожилых людей отправляют в дома престарелых вместо того, чтобы оставаться дома со своими общинами.

По мере того, как все больше людей переезжает в города, природные ресурсы истощаются, изменение климата накаляется, а «экономика совместного потребления» продолжает набирать обороты, наши представления о семье будут продолжать меняться.Dragon Rouge, дизайнерская и инновационная фирма из Лондона, представила свое видение того, как будет выглядеть семья в 2030 году, и как бренды могут реагировать на эти будущие изменения.

Dragon Rouge представляет пять различных типов семей будущего: Multi-Gens, Silver Linings, Ruralites, Tandem Tribe и Modular Movers. Фирма также выясняет, как различные бренды могут обслуживать каждый тип семьи (Dragon Rouge сообщает нам, что только один из перечисленных брендов является клиентом).

Multi-Gens — это именно то, на что они похожи — несколько поколений семей, живущих вместе.В некотором смысле Multi-Gens — это возврат к не столь далекому прошлому, когда было нормой совместное проживание старых и молодых. Но у этой концепции семьи есть футуристический поворот, с «облачным семейным центром», который позволяет членам семьи разделить обязанности и финансовые операции (фирма предполагает, что облачная компания SAP будет управлять этим центром). Тем временем местный универмаг Marks & Spencer (в конце концов, это Великобритания) был преобразован в комбинированное кафе, магазин, в котором товары делятся и сдаются в аренду, а также в мастерскую, оснащенную необходимым 3D-принтером.

Некоторые из этих тенденций уже начинают завоевывать популярность, если не считать футуристических штрихов. Некоторые семьи размещают пожилых людей в так называемых «бабушкиных домиках», примыкающих к их домам.


Семьи Silver Linings живут в ориентированных на сообщества деревнях для активных пожилых людей, которые предлагают такие удобства, как занятия йогой и фитнесом. По замыслу Dragon Rouge, McDonald’s использует свою большую дистрибьюторскую сеть, чтобы покупать свежие продукты и распространять их среди населения или продавать их в своих продуктах (трудно поверить, что McDonald’s будет делать это, но почему бы и не помечтать?).

Сельские жители — это семьи, живущие в сельской местности, которые живут на переднем крае технологий, используя 3D-принтеры для получения запасных частей для предметов домашнего обихода и «видеостены» для общения с друзьями и семьей (это подозрительно похоже на мульти- видеоэкран канала в Назад в будущее, часть II ). Поставщик электроэнергии Good Energy обеспечивает эти семьи возобновляемой энергией, а Virgin предлагает программу вознаграждений за путешествия (включая ходьбу, езду на велосипеде, поездку на поезде и т. д.).).


Dragon Rouge относится к родителям-одиночкам, проживающим в семейном доме, как к членам племени тандемов. В этом видении энергия и ресурсы отслеживаются индивидуально, а более крупное микросообщество предлагает общие ресурсы, включая инструменты и транспортные средства. Heinz предлагает общие кухонные помещения, а Match.com превращается в более широкий сервис, который соединяет семьи с мероприятиями, нянями и другими семьями, которые хотят жить в одном доме.

Наконец, есть Modular Movers — профессионалы, которые прыгают из одного мегаполиса в другой, исследуя мир во время работы и предпочитая ходить пешком и использовать велосипеды, когда это возможно.Как и некоторые другие типы семей, эта группа использует общие ресурсы и планы подписки. Dragon Rouge предполагает, что GQ выйдет за рамки журнального бизнеса и будет предлагать модную одежду в аренду (ряд стартапов в настоящее время работает над аналогичными идеями). Тем временем Gillette предлагает ежемесячную подписку на все, от бритв до дезодорантов.

Все эти категории семейных единиц кажутся логическими выводами, основанными на сегодняшних тенденциях. Но все они делают одно критическое предположение: мир будет продолжать свой нынешний техно-утопический путь без перерыва.Есть некоторые серьезные разрушительные силы, такие как изменение климата, нехватка ресурсов и неожиданные технологические разработки, которые, вероятно, изменят этот путь, и у брендов также будет много возможностей в этих альтернативных сценариях.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.