Труд шахтера: «Быть шахтером – искусство». Ветеран отрасли — о труде горняка и творчестве | ОБЩЕСТВО:Персона | ОБЩЕСТВО

Содержание

«Быть шахтером – искусство». Ветеран отрасли — о труде горняка и творчестве | ОБЩЕСТВО:Персона | ОБЩЕСТВО

Ким Дурнин отработал в угольной отрасли почти полвека. Он принимал непосредственное участие в механизации угольной промышленности Кемеровской области, внедрял свои изобретения на шахтах. Именно он в 1966 году вывел последнюю лошадь с шахты «Байдаевской». За время его работы не было ни одной аварии, а трул шахтеров был в большом почете. С ветераном угольной промышленности общалась корреспондент «АиФ – Кузбасс».

От лошадей до комбайнов

Инна Меняйлова, «АиФ – Кузбасс»: Ким Михайлович, вы в угольной промышленности почти полвека. Как изменился за это время труд шахтёра?

Ким Дурнин

Ким Дурнин: За это время произошла техническая революция: на смену кайлу и конной откатке пришли  угольные комбайны, мощные конвейеры, электровозы и автоматика.

Я почти всю свою жизнь занимался внедрением и совершенствованием угольного оборудования, сотрудничал с научно-исследовательскими и конструкторскими институтами. А пять из девяти моих изобретений были с успехом внедрены на шахтах Кузбасса. Помню, первый раз я спустился в шахту с бензиновой лампочкой «Свет шахтёра». Такие лампы можно было увидеть в любой книжке о шахтёрском труде. А теперь они стоят на прилавках сувенирных магазинов да в музеях. Когда я в 1966 году пришёл работать на шахту «Байдаевская», здесь ещё лошадь работала, и конюшня была! Лошадь помогала горнякам вывозить оборудование! Поэтому первое, что я сделал, – вывел из шахты последнюю лошадь, конюшню переоборудовал в механический цех, транспорт оснастил лебёдками, электровозами.

Безусловно, механизация сделала шахтёрский труд более безопасным. К примеру, я занимался усовершенствованием угольного комбайна. Раньше комбайны тянуло цепью, которая и рваться могла, и приводила к множественным травмам. Я же добился того, чтобы комбайн шёл по конвейеру.

Помню, Герой Соцтруда «миллионер» бригадир Пётр Фролов говорил мне, что теперь может без опаски по лаве ходить, не боясь, что его цепью ударит.

– Вы внедряли новую технику не только на шахтах Кузбасса, но и в Испании. Почему испанцы выбрали именно нашу технику? Что в ней было особенного?

– В Испании мы внедряли механизированный комплекс для добычи угля. Нас было только восемь человек специалистов. Мы его быстро смонтировали и отработали лаву. Испанцы были в восторге и назвали комплекс «Буро де касто», что значит «домашний осёл». Такой же надёжный, выносливый и работящий. Что говорить — в то время советская техника славилась по всему миру своим качеством!

За что боролись?

– Работали вы и в сложное время шахтёрских бунтов. За что боролись люди в конце 90-х? Что хотели и чего добились?

– Сам я никогда не участвовал в бунтах и не поддерживал их. Я всегда был и против забастовок. Чтобы получать деньги, нужно хорошо работать. Все бунты были специально спланированы, чтобы вызвать недовольство рабочих, спровоцировать их и с их помощью сменить форму правления в стране. Ведь именно в это время промышленные предприятия стали переходить в частные руки. Рабочих использовали и подбивали на забастовки специально в своих личных целях люди, которые впоследствии стали собственниками шахт и пришли к власти. Вспомните, к примеру, 1989 год, когда толчком к забастовкам послужило ухудшение обеспечения шахтёрских регионов продовольственными и промышленными товарами. Даже моющие средства не выдавали! Всё в стране было! Просто специально не выдавалось и лежало на складах! Что мы получили в итоге? Шахты перешли в частные руки. Пришёл в страну капитализм.

«Экодесант» на шахте «Ерунаковская» | Фотогалерея

Шахту «Ерунаковская» ввели в строй в 2013 году. © АиФ / Анна Городкова Это самая молодая из шахт «Южкузбассугля». © АиФ / Анна Городкова Шахта отрабатывает запасы, которые находятся в Ерунаковском каменноугольном месторождении. © АиФ / Анна Городкова
Грязная и густая шахтная вода проходит несколько стадий очистки и по траншеям уходит в речку Черновой нарык. © АиФ / Анна Городкова
Четверть воды после очистки возвращается в производство. © АиФ / Анна Городкова На очистных сооружениях работают всего два человека и несколько дежурных — процесс максимально автоматизирован. © АиФ / Анна Городкова Вода после очистки не становится кристально прозрачной, но она соответствует стандартам качества.
В ней вполне может жить рыба. © АиФ / Анна Городкова Сначала вода попадает в отстойник, затем проходит через флотаторы, фильтраты и фильтры. © АиФ / Анна Городкова
На последней стадии воду обеззараживают гипохлоридом – его химический запах чувствуется в одном из очистных помещений. А на стенах – вода. © АиФ / Анна Городкова На сооружениях довольно много цветов и растений. Видимо, чтобы поглощали вредные газы. © АиФ / Анна Городкова
Отходы очистки, состоящие из угольной пыли и воды (так называемый, кек) здесь никуда не выбрасывают, а сушат, прессуют и продают. © АиФ / Анна Городкова Чтобы от шахты было как можно меньше пыли, дороги тут постоянно поливают водой.
© АиФ / Анна Городкова До 2023 года Угольная компания, куда входит «Ерунаковская», планирует построить очистные на всех своих предприятиях. © АиФ / Анна Городкова

«Экодесант» на шахте «Ерунаковская» | Фотогалерея

Шахту «Ерунаковская» ввели в строй в 2013 году.
© АиФ / Анна Городкова Это самая молодая из шахт «Южкузбассугля». © АиФ / Анна Городкова Шахта отрабатывает запасы, которые находятся в Ерунаковском каменноугольном месторождении. © АиФ / Анна Городкова Грязная и густая шахтная вода проходит несколько стадий очистки и по траншеям уходит в речку Черновой нарык. © АиФ / Анна Городкова Четверть воды после очистки возвращается в производство. © АиФ / Анна Городкова На очистных сооружениях работают всего два человека и несколько дежурных — процесс максимально автоматизирован. © АиФ / Анна Городкова Вода после очистки не становится кристально прозрачной, но она соответствует стандартам качества. В ней вполне может жить рыба. © АиФ / Анна Городкова Сначала вода попадает в отстойник, затем проходит через флотаторы, фильтраты и фильтры. © АиФ / Анна Городкова На последней стадии воду обеззараживают гипохлоридом – его химический запах чувствуется в одном из очистных помещений. А на стенах – вода. © АиФ / Анна Городкова На сооружениях довольно много цветов и растений. Видимо, чтобы поглощали вредные газы. © АиФ / Анна Городкова Отходы очистки, состоящие из угольной пыли и воды (так называемый, кек) здесь никуда не выбрасывают, а сушат, прессуют и продают. © АиФ / Анна Городкова Чтобы от шахты было как можно меньше пыли, дороги тут постоянно поливают водой. © АиФ / Анна Городкова До 2023 года Угольная компания, куда входит «Ерунаковская», планирует построить очистные на всех своих предприятиях. © АиФ / Анна Городкова

– Как сейчас шахтёрам отстаивать свои права? Нужно ли стучать касками о рельсы?

– Отстаивать свои права нужно всегда. За свой труд человек должен получать деньги. Однако делать это нужно цивилизованными способами. Для этого есть профсоюзы, трудовые инспекции, суды, в конце концов. Помню, был у меня такой случай. Погиб у нас на шахте рабочий. На него бревно упало, которым крепилась кровля горной выработки, по-шахтёрски «верхняк» (в те годы такое крепление было деревянным). Тогда, не разбираясь, всех подряд лишили премии. Меня тоже, хотя я к этому случаю вообще не имел никакого отношения. Мы подали в суд и выиграли дело — премию нам выплатили. Так что не стоит бояться. Всегда отстаивайте свои права.

Причиной аварии было и есть несоблюдение техники безопасности. А проще сказать — элементарное разгильдяйство.

– Ким Михайлович, почему случались и случаются аварии на шахтах? В чём причина? Ведь сейчас, казалось бы, все средства безопасности есть.

– У меня лично никогда не было аварий. Я всегда строго требовал соблюдения техники безопасности и постоянно следил за дисциплиной труда. Считаю, что причиной аварии было и есть несоблюдение техники безопасности.

А проще сказать — элементарное разгильдяйство. К примеру, нарушители могли просто закурить или кабель повредить, в результате чего происходил взрыв, и погибали люди. Все правила техники безопасности написаны кровью шахтёров. И сегодня любая авария тщательно расследуется, и на основании акта расследования корректируются правила. Считаю, что там, где собственник горнодобывающего или иного предприятия начинает экономить на средствах, необходимых для обучения персонала, обеспечения безопасных условий труда и на соблюдении выполнения технологических требований в погоне за прибылью, аварии будут происходить обязательно!

Шахтёр или художник?

– Мы знаем, какому риску подвергается шахтёр под землёй. И сегодня зарплата горняка – одна из самых высоких. Всегда ли этот риск достойно оплачивался?

– Шахтёрский труд — самый опасный. Горняки трудятся под землёй на большой глубине. А здесь возможно всё — от взрыва газа до прорыва воды. И если в первые часы тебя не спасли, шансов выжить практически нет. Вот недавно вся Россия следила за ситуацией вокруг аварии на алмазном руднике в Якутии, где в выработку прорвалась вода. 

Достойно труд горняка оплачивался всегда. Заработная плата всегда была выше в три-четыре раза, чем средний заработок советского человека. Помню, когда молодые рабочие приезжали на строительство металлургических заводов и узнавали заработную плату шахтёров, многие уходили работать на шахты. Шахтёров уважали, им сразу же давали квартиры. Конечно, в условиях капитализма шахтёрский труд не так ценен и престижен, но наш регион по-прежнему считается шахтёрским.

– Нужно ли и дальше развивать угольную отрасль? Строить новые разрезы, шахты? Если строить бесконечно, то тут живого места не останется…

Что ни говори, но наш край — угольный. Здесь испокон веков развивали и развивают добычу угля. А это наши рабочие места, от отрасли зависит и экономическая стабильность региона. Однако плохо то, что сейчас больше развиваются открытые разработки — разрезы. Кажется, что так уголь выходит дешевле, однако урон, наносимый природе, сельскому хозяйству, здоровью населения Кузбасса, неоценим. Да и рекультивацией у нас занимаются недостаточно. Вы посмотрите, что делают? В лучшем случае на отвалах берёзки посадят или кустарники какие. Дорого это собственнику обходится. Ему легче штраф заплатить.

– Вы всю жизнь рисуете. В последние годы открылось даже несколько ваших выставок картин. Не жалеете, что посвятили жизнь шахтёрскому труду, а не стали художником? 

– Возможности выучиться на художника у меня не было. Родителей репрессировали. Воспитывал меня дед. Нужны были деньги. До войны успел закончить четыре класса, доучивался в вечерней школе, поступил в Тульский горный техникум. Причиной ещё стало то, что в 1947 году вышло постановление правительства о введении льгот, формы и праздника для шахтёров. О том, что выбрал профессию шахтёра, никогда не жалел. Шахтёрский труд — это ведь тоже творчество: я занимался рационализацией труда, изобретениями, научной работой, читал лекции в институте. И всегда старался следовать наставлению отца, которое он написал в подаренной мне в 1937 году книге: «Знай и люби свою социалистическую Родину. Будь достойным и нужным ей, полезным». Параллельно я всегда рисовал: делал копии классиков, портреты и автопортреты. Очень люблю нашу сибирскую природу. Сейчас творчество – это моё удовольствие. Когда я рисую, чувствую себя нужным не только себе, но и людям.

Ким Дурнин — горный инженер, кандидат технических наук, почётный работник угольной промышленности, лауреат Государственной премии, полный кавалер почётного знака «Шахтёрская слава». Родился в 1928 г в Москве. Окончил Московский горный институт. С 1955 г работал на шахтах «Зыряновская», «Байдаевская». С 1972 года — заместитель главного инженера по науке комбината «Южкузбассуголь», с 1975 года — заместитель технического директора. Автор 50 научных трудов, девяти изобретений.

В России есть проблемы в оплате труда шахтеров

Власти давно пытаются решить эту проблему, но еще Евграфьевич говаривал что-то о необязательности исполнения

Москва, 3 дек — ИА Neftegaz.RU. В России есть проблемы с оплатой труда шахтеров. Это плохо влияет на обеспечение безопасности.

Такое заявление сделал президент России В. Путин на совещании по ситуации в угольной отрасли промышленности Кузбасса после аварии на шахте Листвяжной.

  • в России нужно создать для шахтеров такие экономические условия, чтобы у них не возникало необходимости рисковать;
  • все-таки в основе обеспечения безопасности лежит система оплаты труда;
  • существующая система оплаты труда:
    • создает экономические стимулы для шахтеров пренебрегать требованиями безопасности, и шахтеры в этом не виноваты,
    • правительство должно создать такие условия, чтобы не было необходимости рисковать.
  • в 2010 г. после аварии на шахте Распадская уже были договоренности о том, что условно-постоянная составляющая в структуре оплаты труда должна быть не менее 70%.
  • в федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности на 2019-2021 г. также указано, что работодатели обеспечивают долю условно-постоянной составляющей в структуре заработной платы шахтеров не менее 70%.
  • фактически зачастую оплата труда шахтера привязана к количеству добытого сырья.
  • это и заставляет работников шахт рисковать собой.
  • в условно-постоянную часть включены также доплаты, устанавливаемые к тарифным ставкам, месячным окладам за работу во вредных условиях.
  • современная формулировка работает плохо, и приводит к печальным последствиям в виде аварий.
  • нужно:
    • ужесточить ответственность за нарушение требований безопасности в шахтах.
    • повысить роль профсоюзов.
    • проводить проверки соответствия ведения горных работ, проектной и технологической документации — сейчас законодательством РФ не предусмотрено наказание в виде административного приостановления деятельности предприятий.
    • поручить заниматься этим лучше независимым структурам.
    • проработать вопрос создания ликвидационных фондов для шахт. Сегодня в России предусмотрено создание таких фондов для предприятий повышенной опасности.
    • обеспечить повышение зарплаты инспекторов Ростехнадзора, проверяющих шахты.
    • ужесточить контроль.
Кабмин должен будет представить предложения на этот счет.

На Западе вопрос аварийности на шахте поднят гораздо шире.
В бизнесе на полном серьезе внедряют концепцию Устойчивого развития на основе ESG — принципов.
Западная элита понимает, что даже если есть много денег, все — равно невозможно красиво жить в условиях обнищания основной массы населения, и пытается эти условия жизни улучшать независимо от аварий или других нештатных ситуаций.
В России устойчивое развитие, как концепция, невозможна в условиях торговли влиянием.
Поэтому не выполняются хорошие, в общем-то, договоренности по условно-постоянной составляющей в структуре оплаты труда.
М. Салтыков — Щедрин: Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения.

Конспект занятия-беседы «Труд шахтёра» для детей старшего дошкольного возраста

Конспект занятия-беседы «Труд шахтера»

Тема

Рассказ воспитателя о шахте для детей старшей группы. Знакомство с шахтерскими профессиями. Рассматривание фотографии монумента «Память шахтёрам Кузбасса».

Цель:

Дать детям представление о шахте, познакомить с шахтерскими профессиями, рассказать о их работе, о памятнике созданном в честь шахтёров Кузбасса. Воспитывать уважение к труду шахтеров.

Ход занятия:

Воспитатель спрашивает:

Почему наш город называют шахтерским? Зачем нужен уголь? Где его добывают?

Давайте заглянем вглубь шахты.

Сначала шахтеры проходят в ламповую, получают аккумуляторы и самоспасатели. Все мы вместе с шахтерами, в рабочей одежде, с лампочками на касках, влезаем в просторную кабинку лифта и — ух! — вниз. Даже сердце замирает, как быстро мы мчимся. Всего за минуту кабина опускается на глубину несколько сотен метров.

Приехали — и вперед, по подземному проспекту. Здесь светло: повсюду горят лампы дневного света.

И шумно, словно на улице, — со звоном (прочь с дороги) туда — сюда катят маленькие подземные трамвайчики с длинным хвостом вагонеток.

От «угольного проспекта» отходят в сторону «угольные переулки — лавы. Идешь вдоль по лаве, вдруг — стоп! — тупик. На пути встала сплошная угольная стена. Значит добрались до забоя. Вот здесь — то и работают шахтеры, здесь они и вырубают из черной стены уголь. Комбайном вырубают. Он, когда работает, рычит и лязгает стальными зубьями.

В одном угольном комбайне трудятся сразу несколько машин. Одна машина острыми зубьями вырезает из стенки глыбы угля, другая — дробит глыбу на мелкие кусочки, третья — грузит их на дорожку — самокатку — транспортер.

Медленно, шаг за шагом, передвигается комбайн вперед по забою, а уголь мчится по самоходной дорожке в обратную сторону, прочь от лавы, прямиком по подземному проспекту, к трамвайной обстановке. Тут он делает пересадку по ходу с дорожки в трамвай прочь и едет в вагонетке до самого лифта. Вскоре бывший подземный житель уже наверху, там он грузится на поезд и отправляется в дальнейший путь.

Работа шахтера опасна и трудна. Сколько трудностей бывает на пути в забое. Может, скопиться под землей опасный газ — горючий и ядовитый. Может прорваться вода в «шахтные» «проспекты», «улицы» и «переулки». Чтобы этого не случилось, за этим следят инженеры, техники, машинисты насосных установок, подъемников, диспетчера.

Шахта — это огромный, подземный лабиринт, за любым поворотом может произойти обвал. Огромные глыбы перекрывают «проходы», «улицы» и шахтеры становятся беспомощными.

За такой тяжелый и важный для народа и страны труд, шахтёров награждают медалями, орденами, хорошо оплачивают их работу, выпускают про них газеты, пишут о труде и шахтерах книги, стихи, слагают песни. В честь таких сильных и мужественных людей создают памятники . Последнее воскресенье августа отмечают праздник «день Шахтера! » и запускают салют.

Физминутка

Летит высоко самолёт (Руки вверх)

Над нашею страною. (Руки в стороны, покачивание)

Работа на земле идет, (Имитация копания лопатой)

Идёт и под землёю. (Приседание на корточках)

Богатство есть у нас в стране (Разведение руками)

Невидимые взору. (Прикрывание глаз руками)

Внизу в подземной глубине (Приседание)

Работают шахтёры. (Имитация работы шахтёров).

В нашем городе Кемерово в музее «Красная горка» создан скульптором Эрнстом Неизвестным монумент «Память шахтёрам Кузбасса». Люди подносят к монументу цветы, выражая уважение и благодарность за нелегкий и опасный труд.

Монумент «Память шахтёрам Кузбасса» — подарок Э.Неизвестного городу Кемерово и Кузбассу, создан по предложению Губернатора Кемеровской области Амана Тулеева. На памятнике шахтёр держит в руках пылающий уголёк, символизирующий горячее сердце. У основания памятника размещены «куски угля», воплощённые в человеческих лицах. Это памятник – символ – напоминание о той цене, которая заплачена за «чёрное золото» — уголь. Здесь нет слёз по жертвам, в этом произведении скульптор воспевает героизм тяжелейшего и опасного труда, равноценного подвигу.

Сегодня мы с вами поговорили о шахтах, о людях работающих там – шахтёрах и их труде. Познакомились с памятником в честь людей шахтёрской профессии, который находится в музее «Красная горка» на берегу нашей реки Томь.

И.Лиханов: Труд шахтера — в особом почете

И.Лиханов: Труд шахтера — в особом почете

В канун профессионального праздника глава краевого парламента Игорь Лиханов выразил благодарность работникам и ветеранам угольной промышленности Забайкалья за нелегкий шахтерский труд.  

 

Уважаемые работники и ветераны угольной промышленности Забайкалья!

 

Нелегкий труд  шахтера всегда пользовался особым почетом в галерее рабочих профессий.   Неслучайно  в советские времена труд  горняков и шахтеров воспевался в песнях, прославлялся в кинофильмах и художественной литературе. Для Забайкалья с его давними шахтерскими традициями  и династиями горняков День шахтера  занимает особое место — без работы угольного комплекса сложно представить  социально-экономическое развитие региона, бесперебойную работу  энергетических объектов, промышленных и сельскохозяйственных предприятий, учреждений и организаций социальной сферы.

Слова особой благодарности сегодня мы адресуем труженикам  ведущих предприятий горнодобывающего комплекса Забайкалья,  который славится  высокопрофессиональными коллективами с богатой историей и замечательными традициями.  Вдвойне знаменателен в этом году День шахтера для тружеников  Харанорского угольного разреза, который   отмечает  50-летний юбилей. Сейчас разрез, возглавляемый нашим коллегой по депутатскому корпусу Георгием Михайловичем  Циношкиным, держит марку крупнейшего угледобывающего предприятия в регионе, ежегодно улучшая производственные показатели. В год 50-летия разреза горняки добыли 300-миллионную тонну угля. 

Уважаемые угольщики и горняки! От имени всего депутатского корпуса и себя лично выражаю вам слова искренней благодарности за нелегкий шахтерский труд, чувство глубокого уважения и признательности.

Желаю вам дальнейших успехов в развитии производства, безаварийной работы, крепкого здоровья, благополучия и процветания вашим семьям!

 

 

 

Председатель Законодательного Собрания Забайкальского края                                                  И.Д. Лиханов

 

 

Новости – Пресс-центр – ООО «Приморскуголь»

Шахтеры Приморья проявили в годы Великой Отечественной войны мужество и героизм — как на фронтах войны, так и на трудовом фронте. Их высокий патриотизм, героизм и самоотверженность помнят и чтят в ООО «Приморскуголь». О боевом и гражданском подвиге работников угольной отрасли Приморья – в нашем обзоре, посвящённом 75-летию Великой Победы.

 

НА ФРОНТАХ ВОЙНЫ

 

Трудно назвать имена всех героев войны и труда – шахтеров Приморья. Многие из них полегли на полях войны, многие умерли от ран в тылу, потеряли здоровье в непосильном труде. На фронтах шахтеры Приморья проявили себя с лучшей стороны.

Знатный шахтер края, бывший директором шахты «Амурская», разрезов «Реттиховский» и «Лучегорский», заместителем генерального директора «Приморскуголь», Николай Корнюшин работал с такой же ответственностью, знанием дела, умением организовывать коллектив, как и воевал в трудные годы войны. Был постоянным участником парадов Победы. Награжден знаком «Юнга огненных рейсов 1942-1943 гг.», многими орденами и медалями.

Михаил Ходасевич в 1934 году поступил работать слесарем в центральные электромеханические мастерские Артема. В 1937 году был призван в армию. После окончания службы вернулся в ЦЭММ, но в июле 1941 был снова мобилизован. Был командиром взвода противотанкового батальона, роты, участвовал в освобождении от фашистов Румынии, Венгрии, Австрии, Чехословакии. Награжден двумя орденами «Красной звезды», орденом «Отечественной войны» 1 степени, медалью «За Победу над Германией». После окончания войны вернулся в ЦЭММ, работал мастером, начальником цеха, главным инженером, начальником ЦЭММ (сейчас это предприятие называется Артемовское ремонтно-монтажное управление).

За годы войны в Приморском крае мобилизовано свыше 200 тысяч человек и более 58 тысяч сложили головы на полях сражений. Приморцам было вручено 230 тысяч боевых наград. 104 человека получили высокое звание Герой Советского союза. 16 человек стали полными Кавалерами Славы. Среди приморцев – героев Советского Союза есть и те, кто не понаслышке знал, что такое шахтерский труд.

Виктор Косов работал шофером, электрослесарем на шахте в городе Артём Приморского края. В марте 1942 года был призван в Красную Армию. Участвовал в обороне Сталинграда, в Донбасской операции и в боях на захваченном плацдарме. В составе штурмовой группы 26 сентября 1943 года успешно форсировал Днепр; выйдя на правый берег реки, ринулся в атаку. Первым ворвался во вражескую траншею, в рукопашной схватке убил офицера — немецкое подразделение потеряло управление и бежало. Командуя отделением, с 26 сентября по 4 октября 1943 года отразил семь контратак, лично уничтожил 16 немецких солдат. 19 марта 1944 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

После войны жил в Спасске-Дальнем. В селе Климоуцы Свободненского района Амурской области, где он родился, именем Виктора Николаевича Косова названа центральная улица.

Георгий Левицкий работал слесарем на Артемовской шахте. В 1942 году вступил в ряды Красной Армии. В должности командира взвода пешей разведки старшина Левицкий участвовал в боях с января 1943 года. За освобождение Литвы удостоен звания Кавалер ордена Славы. Его имя носит средняя школа №1 города Артема.

Тимофей Скидан работал забойщиком на шахте Сучана. На фронт попал в 1943 году. 29 августа 1944 года младший сержант Скидан участвовал в битвах за освобождение Латвии, Литвы, Германии. 19 апреля 1945 года стал полным кавалером ордена Славы. В 1950 году старшина Скидан был уволен в запас, работал слесарем в Лесозаводске. В этом городе именем Скидана названа улица.

 

В ТРУДЕ КАК В БОЮ

 

Шахтеры Приморья проявили мужество и героизм как на фронтах войны, так и на трудовом фронте.

С первых дней войны в угольной промышленности были проведены крупномасштабные меры по реорганизации производства. Смысл и задачи всех этих мероприятий выражал понятный народу призыв «Все для фронта! Все для победы!». На шахтах вводится 10-часовой рабочий день и непрерывная рабочая неделя без выходных и праздничных дней.

Уже на третий день войны недостаток рабочей силы пришли пополнить ветераны. Бывшие красные партизаны и знатные забойщики Лука Гребенюк и Никита Тимченко, пенсионеры Новосельцев, Приказчиков, Гилязетдинов пришли на родную шахту в Сучане.

На их плечи легла забота быстрее обучить молодежь. На некоторых предприятиях молодые неопытные сотрудники составляли до 80% всех работающих.

Старый забойщик Иван Силин, бывший партизан, член ЦИК, которому в 1935 году первому на Дальнем Востоке было присвоено звание Героя труда, взялся обучать 14-16 летних ребят. Ежедневно он приводил на шахту свою команду, учил их ремеслу по принципу «делай, как я», успевая за смену выполнить свою норму. Многие его ученики стали позднее основным костяком шахтерской семьи Сучана.

«В труде, как в бою» — крылатые слова в годы войны. Практически на всех шахтах Приморья в 1942 году появились так называемые фронтовые бригады, в договорах на соревнование которых записывалось решение: «Работать по-фронтовому» и которые значительно перевыполняли нормы.

В июле 1941 года на шахтах комбината «Приморскуголь» распространилось движение за выполнение двух и трех сменных норм. Так, 25 сентября 1941 года стало известно о рекорде Сучанского забойщка участка «Верхне-Кедровый» Ярославцева, выполнившего дневную норму на 380%. На Сучане широко развернулось движение забойщиков-тысячников, зачинателями которого были мастера угля Моисеенко, Третьяков и другие. Каждый из них обязался давать в месяц не менее 1 тысячи тонн угля, что в 2,5 раза превышало задание.

Примеры трудовых достижений сучанских горняков во время войны не были уникальными, общее стремление к победе родило массовую инициативу и новаторство в работе. Так, общепризнанными рекордсменами выработки стали забойщики шахты №10 Решетников, Шаповалов; шахты №20 – Васильев, Еременко, Вирченко; №22 – Фоменко, Тищенко; №1– Зайцев, Пискун и многие другие.

Из шахтеров Сучана ярко проявили себя в годы войны также забойщики Ларин, Васильев, Шаповалов, Зайцев, Мухомадеев, Емельянцев.

Героический труд шахтеров позволил в 1941 году выдать на-гора 4,1 млн тонн угля вместо 3,71 млн, добытых в 1940 году. Высокие трудовые достижения шахтеров Приморья во время войны равноценны ратным подвигам на фронте и были частым, привычным явлением.

В 1945 году с новой силой развернулось соревнование в честь юбилейных дат. Среди передовиков были Валиахметов, Алексеев, Поляков, отец и сын Никитины в Артеме.

В шахтерском городе Артем маяком в соревновании стал Ахметша Зиганшин. В 1931 году он приехал по переселению на Дальний Восток, поступил на работу на начавшуюся стройку шахты №3ц. В первый год освоил сложнейшую профессию проходчика. К началу войны он уже был опытным мастером, бригадиром проходческой бригады, награжден медалью «За трудовую доблесть». Более 50 человек, основной костяк проходчиков шахты, считали его своим учителем. Благодаря слаженному поистине героическому труду бригады Зиганшина шахта №3ц была награждена Памятным Знаменем Государственного Комитета Обороны. В 1948 году Зиганшину присвоено звание Героя Социалистического труда.

В годы Великой отечественной войны Приморье, являясь глубоким тылом страны, избежало непосредственных военных действий. Тем не менее, тот период стал для приморцев, как и для всей страны, временем напряжения всех жизненных сил. На край легла большая нагрузка по производству военной техники и снарядов, судоремонту, лесозаготовкам, добыче угля, редких и цветных металлов.

В первые же дни войны жителями Сучана, где подавляющая часть населения работала в угольной промышленности, было подано свыше 500 заявлений с просьбой отправить на фронт. В 1941-45 годы более 3 тысяч сучанцев ушли воевать.

Дальневосточники одними из первых пришли на помощь отчизне в трудную минуту, начав сбор денежных средств для нужд обороны страны.

Построенные на средства трудящихся Артема торпедные катера «Артемовец» и «Трудящиеся Артема» были переданы Краснознаменному Балтийскому флоту.

Наиболее тесные связи сложились в годы войны у приморцев с защитниками Ленинграда. Так по инициативе, в том числе горняков шахты №10 треста «Сучануголь» было собрано четыре эшелона подарков, причем приморская делегация стала первой, прибывшей через кольцо блокады в Ленинград в январе 1942 года. В знак единства фронта и тыла воины 54-й армии генерала Федюнинского передали приморцам боевое Красное знамя. Один из тех, кто принимал это знамя, был знатный сучанский шахтер Иван Божок.

Ярким примером является без преувеличения героический труд шахтера с шахты №10 Ивана Божка, который изо дня в день добывал по 100 и более тонн угля. В течение трех месяцев он 26 раз перекрывал знаменитый рекорд сменной добычи А. Стаханова (102 т), хотя условия труда Ивана были гораздо хуже. В октябре 1941 он дал рекордную добычу угля на отбойный молоток – 1967 тонн. 15 ноября он вырубил 150 тонн угля, выполнив сменное задание на 325%. В 1948 году ему было присвоено звание Героя Социалистического труда.

Несмотря на то, что война обострила проблемы обеспечения материальными ресурсами и кадрами, сооружение и освоение новых шахт в эти годы не прекращалось.

В Сучане были сданы шахты №25 (1941 год), №24 (1944 год), запущена в эксплуатацию шахта №21 (1942), проведены капитальные работы по реконструкции шахты №16 и закончено строительство шахты №26 (1943). За годы войны Сучанский рудник выдал на-гора угля столько же, как за первые 33 года своего существования.

В Тавричанке в 1943 году была заложена и продолжена строительством шахта №4 (как участок шахты «Капитальная»). На Липовцах в октябре 1941 года была ведена в строй шахта №3.

Оперативное руководство угледобывающими предприятиями, находящимися на территории Приморья, в предвоенные и первые военные годы осуществляло управление «Уполнаркомуголь по Дальнему Востоку» с местонахождением в Хабаровске. 18 марта 1943 года на его базе в соответствии с постановлением СНК СССР от 14 марта 1943 года №273 и на основании приказа Наркомугля СССР от 18 марта 1943 года №96 организуется комбинат «Приморскуголь», объединивший в своем составе тресты «Артемуголь», «Сучануголь» и «Дальшахтострой», шахтоуправления Ворошиловское и Липовецкое и завод «Металлист» во Владивостоке.

В 1944 году комбинат «Приморскуголь» уже 11 декабря выполнил годовой план по добыче угля за счет досрочного выполнения годовых планов трестом «Артемуголь», сучанскими шахтами №1 и №2, Липовецким и Ворошиловским шахтоуправлениями. В этом же году три шахтера из Сучана по итогам года были признаны победителями Всесоюзного социалистического соревнования в отрасли, с награждением дипломами.

В 1945 году шахтоуправление «Липовецкое» в 1,5 раза превысило проектную производственную мощность, добыв 166,3 тыс. т, и за достигнутые высокие показатели было награждено грамотой Приморского крайкома КПСС.

В январе 1945 года трест «Артемуголь» стал победителем соревнования в честь юбилейных дат и завоевал Красное Знамя Наркомугля СССР и ВЦСПС. Артемовские шахты 3-«ц» и 6-6-бис получили третью Всесоюзную премию, 34 комсомольско-молодежных фронтовых бригады шахт Артема справились с взятыми обязательствами во Всесоюзном соревновании угольных молодежных бригад. Комбинату «Приморскуголь» была вручена вторая премия.

Высокий патриотизм, трудовой и гражданский подвиг шахтеров проявился и в том, что на место каждого уходящего на фронт в забой спускался его сын или кто-то еще из родственников. Взамен уходящих в армию на шахты приходили старики, подростки и женщины. Только на шахтах Сучана в войну работало более 3 тысяч женщин, в том числе на таких трудных рабочих местах, как откатчики и навалоотбойщики.

Уже в августе 1941 года в забои угольных шахт Артема и Сучана спустились первые женские бригады. К 1 января 1945 года в комбинате «Приморскуголь» из 18,2 тысячи работников – 5,9 тысячи человек были женщины. Все нормы выработки, расценки, задания и планы для женских бригад были такими, как для мужских.

В 1942 году по состоянию на 1 января на предприятиях треста «Сучануголь» работало 1330 женщин и 177 пенсионеров, а на 1 января 1943 года – 1939 женщин, в том числе непосредственно на шахтах – 1222.

Число женщин среди работников угольной промышленности Приморья к началу 1945 года превысило уровень 32% от общей численности.

В ООО «Приморскуголь» помнят и чтят своих ветеранов, их боевой и трудовой подвиг навсегда останется примером мужества, самоотверженности и героизма для всех последующих поколений шахтеров.

Путин предложил изменить систему оплаты труда шахтеров

Фото с сайта leninsk-kuz.ru

2 декабря президент РФ Владимир Путин на совещании о ситуации в угольной отрасли Кузбасса предложил изменить систему оплаты труда шахтеров. Речь идет об условно постоянной составляющей в структуре зарплаты шахтеров, сообщает «Интерфакс». 

– Необходимо уточнить состав условно постоянных составляющих в структуре платы за труд шахтеров, исключив из них выплаты, зависящие от выработки. Здесь уже нельзя думать о доходах собственников, в том числе на экспорт. Думать о безопасности и жизни людей нужно. Вот что нужно поставить во главу принимаемых нами решений, — заявил Путин.

По его словам, нынешняя система оплаты труда, которая зависит от выработки, толкает шахтеров на неоправданный риск. Шахтеры, чтобы заработать, вынуждены нарушать правила охраны труда. 

– Напомню про федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2019 – 2021 годы, согласно которому работодатель должен обеспечить долю условно постоянной составляющей в структуре заработной платы шахтеров не менее 70%. Если посмотреть в структуру того, что там написано. Что же это за условно постоянная составляющая? В соответствии с трудовым законодательством, условно постоянная часть включает оплату по сдельным расценкам, в том числе сдельный приработок, — объяснил президент, почему шахтеры пренебрегают техникой безопасности.

Однако винит Владимир Путин в этом не работников, а работодателей, «эксплуатирующих мужество людей, которые спускаются в шахты». С таких бизнесменов Путин призвал «жестко спрашивать по закону».

Президент призвал строго следить за надлежащим состоянием оборудования шахт и индивидуальных спасательных средств работников.

Напомним, что 25 ноября в Кузбассе на шахте «Листвяжная» произошла авария. Во время задымления в одной из горных выработок в шахте находились 285 человек, 239 из них удалось вывести на поверхность.

По последним данным МЧС, погибли 46 горняков и шесть горноспасателей, которые были задействованы в поисково-спасательных работах. Еще больше 60 человек пострадали. Следственный комитет завел уголовное дело по ч. 2 ст. 217 УК (нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности смерть человека).

Шахтер » Шпоры для студентов

Ключевая цель шахтеров состоит в добыче в подземных шахтах разных руд. Труд шахтера крайне тяжелый. Он предполагает работу под землей на глубине от 800 метров до 4 километров, в так называемых забоях, в которых проходит добыча золота, угля и других полезных ископаемых. Затем эти ископаемые вывозят на поверхность земли, с помощью специального транспортного средства. В одной и той же шахте работают разные специалисты. Это могут быть и горнорабочие, техники, электрослесари, механики, машинисты и т.д. Всех этих рабочих, независимо от того, какую работу они выполняют, называют шахтерами.

В современном мире к профессии шахтера относятся с большим почетом. Но, несмотря на это, малое количество специалистов решаются работать в этой сфере. Это связано с далеко непростыми условиями работы и с большой угрозой для жизни. Все эти условия труда неотъемлемые спутники каждого шахтера.

Шахтер – это человек с огромной силой волей, хорошим состоянием здоровья, с силой и выдержкой, а также с крепкой психикой. Далеко не все могут работать глубоко под землей и спокойно при этом себя чувствовать. Большинство сотрудников в первое время страдают депрессиями, испытывают страх замкнутого пространства, бояться того, что шахта может в любой момент обрушиться. По этой причине многие сотрудники, не выдержав тяжелые условия, после первых месяцев увольняются и переходят работать в смежные сферы.

У человека, выбравшего профессию шахтера, обязательно в хорошем состоянии должны быть легкие. Именно этот орган у шахтеров сильно уязвим и, который больше всех страдает. Во время работы шахтерам приходится вдыхать уголь и малое количество свежего воздуха. Поэтому если Вы сомневаетесь в нормальной работе своих легких, то лучше Вам эту профессию не выбирать. Если же все в порядке, то следует проходить каждый год медицинскую комиссию, чтобы быть уверенным в отсутствии каких-либо угроз собственному здоровью.

Для того чтобы стать шахтером необходимо иметь немалый багаж знаний. Прежде чем выбрать такую профессию и работать в шахте, нужно окончить профессиональное училище или горный техникум, где уделяется большое внимание технике безопасности и охране труда. Также, если нет специального образования, нужно будет пройти определенные курсы, чтобы знать об особенностях работы в шахте.

Труд шахтера сложен и опасен для здоровья, поэтому для привлечения людей к такой работе им предлагают высокие зарплаты, социальные льготы, возможность выйти на пенсию раньше, чем сотрудники иных сфер. Ели же с работником происходит несчастный случай на производстве, то он и вся его семья получают солидную компенсацию. Хотя вряд ли она сможет восполнить потерю здоровья или возместить потерю жизни. Поэтому, прежде чем выбирать такую профессию, следует всё тщательно взвесить и обдумать.

Что сделало битву у горы Блэр крупнейшим рабочим восстанием в американской истории | История

Трое шахтеров с федеральным солдатом готовятся сдать оружие. Кинограммы через Wikicommons под общественным достоянием

Начальник полиции Сид Хэтфилд был другом шахтеров Матевана, Западная Вирджиния. Вместо того, чтобы арестовывать их, когда они напивались и шумели, он провожал их до дома. За свою верность объединенным в профсоюзы горнякам юго-западной Западной Вирджинии, а не, скажем, близлежащим угольным компаниям, которые их наняли, Хэтфилд был застрелен 1 августа 1921 года на ступенях здания суда Уэлча, Западная Вирджиния, вместе со своим другом. Эд Чемберс, а их жены смотрели на них с ужасом.Их убийство стало катализатором крупнейшего рабочего восстания в истории, резонанс которого сохраняется и по сей день.

В битве у горы Блэр 10 000 шахтеров Западной Вирджинии вышли на марш в знак протеста против опасных условий труда, ветхого жилья и низкой заработной платы, среди прочих недовольств. Они отправились из маленькой деревушки Мармет с целью продвинуться в округ Минго, что в нескольких днях пути, чтобы встретиться с угольными компаниями на их собственной территории и потребовать возмещения ущерба. Они не достигнут своей цели; Вместо этого демонстранты столкнулись с противодействием горожан и бизнесменов, которые выступали против организации их профсоюзов, и, что более важно, со стороны местных и федеральных правоохранительных органов, которые жестоко подавили растущее движение. Противоборствующие стороны столкнулись возле горы Блэр, пика высотой 2000 футов на юго-западе округа Логан, что дало название битве.

Шахтеры так и не смогли преодолеть гору, и, хотя эксперты не имеют точного числа погибших, по оценкам, около 16 горняков погибли в ходе боевых действий, хотя многие другие были перемещены в результате выселений и насилия. Несмотря на, казалось бы, небольшое число погибших, битва у горы Блэр по-прежнему имеет большое значение в умах сегодняшних активистов и организаторов Аппалачей как время, когда рабочий класс и обедневшие американцы объединились, чтобы бороться за свои права.Для некоторых сегодняшних борцов за трудовые права битва также является напоминанием о том, на что способны бедные жители Аппалачей.

Шахтеры тогда часто жили в корпоративных городках, платя арендную плату за принадлежащие компании лачуги и покупая продукты в принадлежащем компании магазине по «сумме». Скрипты не принимались в качестве валюты США, но шахтерам платили именно так. В течение многих лет горняки организовывались через профсоюзы, в том числе «Промышленные рабочие мира» (IWW) и «Объединенные горняки Америки» (UMWA), возглавляя протесты и забастовки.За девять лет до Блэр-Маунтин горняки, бастующие за большее признание профсоюзов, столкнулись с вооруженными агентами Болдуина-Фелтса, наняли наемников, нанятых угольными компаниями для подавления восстаний и усилий по объединению в профсоюзы. Агенты под дулом пистолета выгоняли семьи из домов и бросали их вещи. Бронепоезд промчался через палаточный поселок выселенных шахтеров и обстрелял их палатки пулеметным огнем, убив как минимум одного. В 1914 году те же агенты заживо сожгли женщин и детей в подвале шахтерского лагеря в Ладлоу, штат Колорадо.

Эта история насилия в отношении горняков и их семей в сочетании с низкой заработной платой, опасными работами и тем, что равнозначно кабальному рабству с долгами на всю жизнь, — все это способствовало восстанию в Блэр-Маунтин. Убийство Хэтфилда лежало на вершине этой несправедливости. 25 августа 1921 года все выплеснулось наружу, и горняки двинулись в сторону Минго, где они надеялись заставить местных депутатов отменить строгое военное положение, препятствовавшее организации профсоюзов.

Шахтер, марширующий в знак протеста, стоит с винтовкой над своим солдатом.Кинограммы через Wikicommons под общественным достоянием

По словам Чака Кини, историка и потомка ключевого профсоюзного лидера Фрэнка Кини, горняки поклялись хранить в тайне информацию о том, кто ими руководил, чтобы избежать судебного преследования. Это означало, что ни один «генерал» не руководил шахтерской армией, хотя они и считали себя армией, а не просто мирными протестующими. Кини говорит, что они восстали против системы охраны шахт, но они также мстили за смерть своего друга.Хотя шахтеры, возможно, были разношерстной группой, полной секретов, Кини утверждает, что они все еще были хорошо организованы, как и историки, которые записали историю. В «Гром в горах», , подробно изложенном историческом отчете о битве, автор и историк Лон Сэвидж описывает вспыльчивую, угнетенную и разгневанную группу рабочих.

«Их задавили и убили на работе и уволили с них, когда они пытались организовать профсоюз», — писал Сэвидж. «Их выселили из домов их компании и расстреляли из автоматов в профсоюзных палатках.Периодически они восставали в ярости».

Обе стороны сражались в течение нескольких дней, стреляя шальными пулями взад и вперед по горным перевалам на пути к Минго. Поскольку на протяжении всего марша и в лесистых, защищенных районах велась перестрелка, было трудно установить, даже сейчас, сколько людей было ранено или ранено в любой момент времени. До и во время Блэр-Маунтин шериф округа Логан Дон Чафин правил регионом и встал на сторону местных угольных операторов, надеясь подавить восстание и восстановить порядок в своей юрисдикции.Он помог организовать рейд в городе Шарплс 27 августа, когда около 70 полицейских открыли огонь по противостоящим шахтерам. Двое шахтеров были убиты, но по мере того, как люди бегали из города в город, слухи о числе погибших росли, как в сказке о крупной рыбе. Сэвидж писал, что горняки рассказали друг другу, что тела были сложены после рейда. Позже, в ходе стычек, с помощью заместителей горожан Чафин сбросил на демонстрантов самодельные самодельные бомбы.

На этой карте показан путь участников марша до округа Минго, Западная Вирджиния.New York Tribune / Wikicommons через общественное достояние

По словам Кини, обреченная миссия шахтеров была «наиболее близкой к классовой войне», которую когда-либо видела наша страна. 2 сентября 1921 года президент Уоррен Г. Хардинг прислушался к просьбам законодателей Западной Вирджинии о федеральных войсках. Их присутствие убедило горняков бросить оружие и сдаться, поскольку многие из них сами были ветеранами и отказывались воевать против собственного правительства. Они стремились вести войну не против Соединенных Штатов, а против угольных компаний.Кини говорит, что неясно, что произошло бы, если бы горняки продолжили работу, но все возможно.

«Если бы они продолжали сражаться, они бы, наверное, прорвались», — говорит Кини, написавший книгу о рабочем восстании Road to Blair Mountain . В альтернативной истории коалиция шахтеров могла бы сокрушить местную полицию и боевиков, работающих на угле, и продвигаться вперед на марше к Минго. Там они могли бы отменить военное положение, освободить заключенных шахтеров и исполнить популярную шахтерскую мелодию «Мы повесим Дона Чафина на кислой яблоне».

Федеральные войска прибывают в Западную Вирджинию, чтобы положить конец маршу протеста шахтеров. Кинограммы через Wikicommons под общественным достоянием

После Блэр Маунтин маленькие победы и большие потери изменят ландшафт профсоюзной организации. С лидеров лейбористов, в том числе с предка Кини, Фрэнка Кини, были сняты обвинения, связанные с восстанием. Другие горняки также были освобождены из тюрьмы, потому что, как писал Сэвидж, адвокаты по угольной промышленности были обескуражены и отклонили обвинения; присяжные в округах Западной Вирджинии часто выступали на стороне горняков, а не угольных компаний. Но членство в Объединении горняков Америки резко сократилось; продолжающиеся забастовки обошлись UMWA в миллионы и мало продвинулись в достижении их целей по изменению политики угольных компаний. Членство в UMWA достигло пика примерно в 1920 году, когда насчитывалось 50 000 членов, но упало до 600 в 1929 году. Позже оно снова поднималось и опускалось, следуя череде взлетов и падений на протяжении всего 20 века.

Несмотря на окончательную капитуляцию, одна из многих частей истории Блэр-Маунтин, которая продолжает выделяться, — это разнообразие армии горняков.В 1921 году города угольных компаний были разделены, и дело Браун против Совета по образованию оставалось за несколько десятилетий. Однако Вильма Стил, член правления Музея минных войн Западной Вирджинии, говорит, что Матеван был одним из немногих городов в Соединенных Штатах, где чернокожие и белые дети, чаще всего польские, венгерские и итальянские иммигранты, ходили в школу вместе. Другие горняки были белыми горцами Аппалачей. Почти всех держали отдельно, чтобы предотвратить организацию и объединение в профсоюзы. Это не сработало. Кини вспоминает один инцидент во время шахтных войн: черные и белые шахтеры держали рабочих столовой под дулом пистолета, пока им всем не подавали еду в одной комнате, и отказывались разделяться для еды.

«Мы не хотим преувеличивать и вести себя так, как будто они держались за руки у костра, но в то же время все они понимали, что если они не будут работать вместе, они не смогут быть эффективными», — говорит Кини. «Единственный способ закрыть шахты — убедиться, что все участвуют».

В этом году Музей шахтных войн отмечает это единство на первом праздновании столетия Блэра. Кензи Нью, директор музея, говорит, что планирование было несколько изменчивым из-за продолжающихся опасений по поводу COVID-19, но начнется с концерта в Чарльстоне, Западная Вирджиния, в пятницу, 3 сентября.UMWA повторит 50-мильный марш горняков в выходные и завершится митингом в День труда.

Столетие Блэра служит напоминанием, говорит Нью, что солидарность — единственный путь вперед.

«Новые конфликты между работниками и правосудием возникают в Западной Вирджинии и по всей стране», — говорит Нью. «Блэр Маунтин учит нас, что мы должны держаться вместе, если хотим победить. Горняки шли на большой риск и объединялись вместе, преодолевая расовые и этнические барьеры, чтобы пролить свет на эти драматические примеры эксплуатации.

Это правда, что горняки не победили Чафина и его заместителей. Верно и то, что они бросили оружие, когда были вызваны федеральные войска. Но для многих они точно не проиграли. Сдавшись только федеральному правительству, а не местным властям, они доказали, что с ними нужно считаться.

«Это сделал дядя Сэм», — кричал шахтер, высовываясь из проезжающего мимо трамвая во время отступления. Сэвидж написал в своей книге, что горняк «выразил гордость за то, что ни шериф Чафин, ни губернатор [Западной Вирджинии] [Эфраим] Морган не остановили их марш.

Жители Аппалачей сегодня черпают вдохновение в этом отношении и организации 1920-х годов. Видео, размещенные молодым поколением в социальных сетях, таких как TikTok, напоминают о том, что говорили New и другие: Аппалачи могут не всегда побеждать в своих трудовых битвах, но их жители проявляют высокую терпимость к борьбе за то, что правильно, даже когда шансы на победу невелики. . Урок, который лучше всего извлекли из Блэр Маунтин, заключается в простой стойкости.

Сегодняшние шахтеры сталкиваются с похожими битвами, хотя конкретная несправедливость и места в деталях изменились.Уэс Аддингтон, исполнительный директор Аппалачского гражданского юридического центра, который начал заниматься случаями черной болезни легких более десяти лет назад, говорит, что распространение болезни ухудшилось в последние десятилетия, поскольку горняки подвергаются воздействию более высоких уровней каменного кремнезема. Поскольку более богатые угольные пласты были полностью извлечены, горняки должны перейти к более мелким пластам, для которых требуется добыча смежных пластов породы вместе с ними.

«Это действительно утомительный процесс — наблюдать, как кто-то, кто тебе очень дорог, медленно умирает от болезни, из-за которой у тебя с каждым днем ​​становится немного меньше дыхания, — говорит Аддингтон.— А на следующий день немного хуже.

«Легкие каждого шахтера черные, если они проработали в шахте какой-то значительный период времени», — добавляет представитель штата Кентукки Энджи Хаттон, у мужа которой черные легкие. «Им нужно что-то довольно ужасное, чтобы признать какую-либо слабость или физическую ограниченность. И к тому времени, когда они доходят до этого момента, они уже близки к смерти».

Местные группы поддержки черных легких и Юридический центр граждан Аппалачей помогают горнякам получить пособие по черным легким в суде, но это непростая задача.После того, как закон штата Кентукки изменил, какие медицинские показания разрешены во время судебного разбирательства, сообщает ресурс долины Огайо, количество горняков Кентукки, у которых утвержденные штатом эксперты диагностировали заболевание, сократилось с 54 процентов до изменения до 26 процентов в 2020 году. Короче говоря, даже по мере того, как горнякам становится все хуже, становится все труднее требовать льгот для здоровья и получать надлежащую помощь из-за нового законодательства.

В более прямой аналогии с борьбой участников марша на горе Блэр, шахтеры в Алабаме уже пятый месяц бастуют, борясь за повышение заработной платы.Шахтеры особенно расстроены тем, что они пошли на масштабные сокращения заработной платы, чтобы спасти угольную компанию Warrior Met от банкротства, и не получили ни прибавок, ни льгот, обещанных за их жертву. В 2016 году Warrior Met, глобальный поставщик, добывающий уголь, необходимый для производства стали, достиг соглашения, которое предусматривало серьезное сокращение заработной платы, льготы по медицинскому обслуживанию, отгулы на работе и многое другое.

Брэкстон Райт, шахтер Warrior Met, говорит, что моральный дух находится на грани американских горок. Местное UMWA каждую неделю проводит встречи солидарности и готовит еду для шахтеров, семей и общества. Горняки также получают забастовку от профсоюза и поддерживаются продовольственным складом. Райт, чьи отец и дед были шахтерами, говорит, что бастующие рабочие регулярно подвергаются нападениям во время пикетов. У них было пять случаев, когда работники, не входящие в профсоюзы, нарушали линии пикетов, пытаясь протаранить линии пикетов своими автомобилями.

Warrior Met работает сегодня без контракта, несмотря на то, что у него есть две профсоюзные угольные шахты в регионе. Райт говорит, что они получили большую поддержку от других профсоюзов розничной торговли, театра и даже СМИ, некоторые из которых вышли в пикет с шахтерами Алабамы.Солидарность с неожиданными союзниками может быть удивительной, но шахтеры обеспокоены экологическими проблемами близлежащих водных путей, которые, по словам Райт, были загрязнены угольными стоками. Они боролись за контроль загрязнения реки Уорриор; это не горняки из глубинки, которых не заботят изменение климата и загрязнение.

Несмотря на сокращение населения Аппалачей сегодня, не говоря уже о продолжающейся борьбе за зарплату, антипрофсоюзных настроениях и многом другом, регион находит способ увековечить свое наследие. Столетие Блэра — лишь один пример важной истории труда, которая объединила различные группы людей 100 лет назад. Сегодня профсоюзные работники, их семьи и активисты всех мастей оглядываются на гору Блэр в поисках вдохновения о том, как вести сегодняшние сражения, и уроков о том, как выстоять.

Одно Райт знает точно: шахтеры и их семьи умеют терпеть.

«Мы позаботимся друг о друге», — говорит Райт. «Один из участников переговоров [Warrior Met] сказал: «Мы вас всех уморим голодом».’”

«Вы не уморите нас голодом».

Примечание редактора, 26 августа 2021 г.: эта статья была обновлена, чтобы отразить, как шахтеры подвергаются воздействию более высоких уровней каменного кремнезема.

Бизнес Трудовая история Лидеры движения Военное дело Уоррен Г. Хардинг

Рекомендуемые видео

Обучение и образование | Mine Safety and Health Administration (MSHA)

Обучение является неотъемлемой частью миссии MSHA по обеспечению безопасности и здоровья горняков. Наша цель — помочь горнодобывающей отрасли разработать высококачественные программы обучения, а также усилить и модернизировать обучение посредством сотрудничества с заинтересованными сторонами отрасли.

Федеральный закон требует, чтобы все горняки проходили базовое и ежегодное повышение квалификации, а все операторы шахт соблюдали эффективный план обучения.MSHA предоставляет материалы, рекомендации и практическую помощь, чтобы помочь горнякам и операторам выполнить свои обязательства по обучению и многое другое. В разделе «Обучение и обучение» нашего веб-сайта мы собрали множество наших материалов для вашего удобства и со временем добавим их.

Вопросы? Комментарии? Материалы для обмена? Пожалуйста, свяжитесь с нами по адресу [email protected] gov, чтобы получить помощь или предложить улучшения.

Часть 48 или Часть 46? Узнайте, что это значит, здесь

Требования к обучению регулируются разделами федерального кодекса — 30 CFR Part 48 и Part 46.Часть 48 охватывает всю подземную и открытую добычу угля и некоторых металлов, таких как золото. Часть 46 охватывает производство заполнителей, включая производство гранита, песка, гравия, извести и цемента. Есть ключевые различия: инструкторы по Части 48 должны быть одобрены MSHA, а их сертификаты инструкторов хранятся в файле агентства; Инструкторам по Части 46 не требуется одобрение MSHA, но они должны считаться компетентными лицами оператором шахты. Планы обучения для шахт Part 48 должны быть одобрены MSHA; Планы обучения по Части 46 не требуют одобрения MSHA, если они соответствуют требованиям правила.

 

Узнайте о разнообразных учебных программах и курсах MSHA по безопасности и гигиене труда, предлагаемых как лично, так и онлайн.

Ознакомьтесь с коллекцией материалов MSHA по безопасности и гигиене труда в шахтах, которые можно использовать для помощи инструкторам и операторам шахт в создании безопасной и здоровой окружающей среды на шахтах США.

Доступ к ресурсам для помощи в разработке планов обучения для мин Part 46 и Part 48.

Узнайте о требованиях к обучению горноспасателям и конкурсах горноспасателей.Получите доступ к учебным материалам, просмотрите Зал славы горноспасателей и узнайте больше об истории горноспасательных работ в США

Получите доступ к материалам, используемым в ежеквартальных обучающих телеконференциях MSHA, а также к аудиозаписям телеконференций (при их наличии).

Как шахтеры повлияли на историю американского труда

Огромный вздох облегчения можно было услышать на угольных месторождениях 16 сентября, когда компания Murray Energy Holdings, четвертый по величине производитель угля в Америке, объявила, что федеральный судья по делам о банкротстве утвердил ее план по главе 11 по продаже всех своих активов компании American Consolidated Natural Resources ( ACNR), новая компания, созданная бывшими кредиторами. ACNR в настоящее время является крупнейшим частным угольным оператором в Соединенных Штатах. Его владельцы надеются добывать около 35 миллионов тонн битуминозного угля в год из его карьеров, и они согласились нанять горняков United Mine Workers of America (UMWA), которые когда-то работали на Мюррея, чтобы помочь им в этом.

Это хорошая новость для горняков профсоюза, которым очень не хватает работы. Однако сколько времени продлится реинкарнация Мюррея, остается только гадать.Никакое корпоративное планирование не может свести на нет снижение спроса и появление альтернативных источников энергии. Когда дело доходит до безопасности карьеры, эти факты теперь представляют большую угрозу для горняков страны, чем опасности, которые долгое время определяли отрасль.

Никакие другие рабочие в американской истории не зарабатывали себе на жизнь в таких опасных условиях и не платили такую ​​высокую цену за то, что они зарабатывают. С 1900 года, когда федеральное правительство впервые начало собирать статистику смертей при добыче угля, более 105 000 шахтеров были раздавлены, отравлены газом, поражены электрическим током или сожжены под землей, и в 15 раз больше получили серьезные травмы.Ни одно из этих побоищ не включает в себя последствия пневмокониоза, или черного легкого, из-за которого легкие нескольких поколений шахтеров стали такими же пористыми, как рыболовные сети. Эти опасности были неразрывно связаны с трудовой историей угледобычи, и, поскольку будущее отрасли висит на волоске, это прошлое все еще стоит помнить.

Часто смертельная опасность работы шахтером в полной мере проявилась в ранние утренние часы 20 ноября 1968 года, когда шахта № 9 Consolidation Coal Company взорвалась так сильно, что сотряслись окна в Fairmont, W.Вирджиния, в 12 км. Семьдесят восемь горняков, работавших в смену «кошачий глаз» с полуночи до восьми утра, погибли, оставив после себя 74 вдовы и 235 детей. Позже федеральные инспекторы по технике безопасности установили, что один из четырех огромных вентиляторов шахты сбросил лопасти и остановился, позволив шахтным туннелям заполниться смертоносным газом метаном без запаха и смешаться с густой угольной пылью, которая стала похожа на порох и превратила стволы шахты в дымящиеся стволы подземных пушек после того, как искра, скорее всего, привела их в действие. Система безопасности № 9 была разработана, чтобы предупредить шахтеров о проблемах с вентиляцией, но кто-то в компании решил, что эвакуация шахтеров слишком сильно мешает рубке и загрузке угля, и отключил сигнализацию вентилятора всего за несколько часов до того, как он отбросил свои лопасти.

Получите исправление истории в одном месте: подпишитесь на еженедельную рассылку TIME History

Затем, пока 78 горняков все еще лежали в горящей шахте, У.А. «Тони» Бойл, безжалостный президент UMWA, похвалил угольную компанию за ужасные показатели безопасности, несмотря на то, что в том году федеральные и государственные инспекторы по безопасности ссылались на многочисленные нарушения техники безопасности. Когда чемпион защиты прав потребителей Ральф Нейдер впоследствии разоблачил тот факт, что Бойль, его семья и его приспешники использовали профсоюзную казну как свою личную копилку, это окончательно довело Джозефа «Джока» Яблонски, бывшего шахтера и давнего члена профсоюза, до крайности. .

29 мая 1969 года Яблонски начал свою кампанию за пост президента UMWA с пресс-конференции в Вашингтоне, округ Колумбия.Отель C. Mayflower с программой из десяти пунктов, которая обещала серьезное расширение профсоюзного подразделения безопасности, состоящего из одного человека, оплачиваемый отпуск по болезни и, самое главное, обещание использовать огромные ресурсы UMWA — тогда это был самый богатый профсоюз. в стране — улучшить прискорбно неадекватные школы Центральных Аппалачей, расширить свои скудные социальные услуги и заставить угольные компании очистить регион от гнилых ручьев и дымящихся шлаковых отвалов.

Яблонски предупредил собравшихся репортеров, что ничего из этого не будет легким; эти реформы могли стоить ему жизни.Он был прав. В июне того же года неизвестный нападавший на зарплату Тони Бойла едва не убил Яблонски ударом, который попал ему в затылок во время встречи, которая должна была стать дружеской встречей со сторонниками в Спрингфилде, штат Иллинойс. За следующие шесть последовали еще семь неудачных попыток. месяцев, пока Яблонски рыскал по угольным месторождениям, обвиняя Бойля в краже средств профсоюза и ничего не делая для защиты здоровья и безопасности шахтеров. Его обвинения не имели значения. Бойль использовал массовые фальсификации результатов голосования и потратил миллионы из присвоенных профсоюзных фондов, чтобы украсть результаты президентских выборов профсоюза.Яблонки отказался уступить и поклялся отправить своего врага в тюрьму. В ярости Бойль приказал своим лейтенантам удвоить усилия.

Трое киллеров, наконец, загнали Яблонски в угол ранним утром в канун Нового 1969 года, после того как они ворвались в его уединенный фермерский дом в Кларксвилле, штат Пенсильвания, и зарезали его, его жену и дочь, пока они спали.

Тройные убийства стали самыми громкими преступлениями в истории американских профсоюзов.Они спровоцировали один из крупнейших и наиболее успешных розысков в истории ФБР, а также привели к первому в истории США успешному захвату крупного профсоюза рядовым составом, который не только превратил UMWA в один из самых влиятельных профсоюзов в стране. демократических профсоюзов, но также вдохновил рабочих в других профсоюзах подняться и бросить вызов своим укоренившимся, оторванным от мира лидерам.

Но даже демократия не могла привить профсоюзных угольщиков от мощных экономических сил, которые они не могли контролировать.В настоящее время уголь обеспечивает лишь 23% электроэнергии в стране по сравнению с 50% десять лет назад. Чтобы конкурировать, угольная промышленность в основном переместилась на Запад, регион с долгой историей противодействия организованному труду и поддержки законов о праве на труд.

Между тем шахтеры до сих пор умирают от чёрного лёгкого. В Центральных Аппалачах каждый пятый шахтер имеет симптомы этого неизлечимого и прогрессирующего заболевания. Их затруднительное положение стало еще более ужасным, потому что пенсионный фонд, на который полагаются больные и вышедшие на пенсию шахтеры, опустеет к 2022 году, если не раньше, если Конгресс не примет закон, чтобы спасти его.

Они заслуживают лучшего, и Конгресс должен бросить их пенсионному фонду спасательный круг и убедиться, что он полностью платежеспособен. Их пот и кровь обеспечили «черное золото», которое построило промышленную базу этой страны и проложило путь ко многим преимуществам, которые американцы теперь считают само собой разумеющимися, такими как восьмичасовой рабочий день, медицинское страхование, более безопасные рабочие места и пенсии для тех, кто все еще посчастливилось их получить.

Джок Яблонски, его жена и дочь отдыхают на самом высоком холме в Вашингтоне, штат Пенсильвания.Вашингтонское кладбище. За более чем 50 лет, которые они пролежали там, к длинному списку угроз, с которыми уже столкнулись члены Союз, за ​​который он сражался и умер. Несмотря на то, что уголь становится топливом прошлого, нельзя забывать о жертвах горняков.

Марк А. Брэдли является автором книги Blood Runs Coal: The Yablonski Murders and the Battle for the United Mine Workers of America, , доступной в настоящее время на веб-сайте W.W. Нортон и компания.

Больше обязательных к прочтению историй от TIME


Свяжитесь с нами по телефону по адресу [email protected]

Забастовка горняков Уиндбера за профсоюз в 1922-1923 гг. — Профсоюзы и горное дело — Проекты по угольной культуре — Специальные коллекции IUP и университетские архивы — Отделы — Библиотеки IUP

Историки, в том числе многие историки труда, подчеркивали экономический и политический консерватизм 1920-х годов, включая американское рабочее движение.Хотя эта характеристика имеет большое значение для оценки высшего руководства Американской федерации труда и многих ее членских организаций, она также скрывает большую сложность.

Краткий обзор истории Объединения горняков Америки (UMWA) в эту эпоху раскрывает двойственность рабочего движения. С одной стороны, Джон Л. Льюис, президент UMWA, был профсоюзным деятелем. С другой стороны, многие рядовые шахтеры, лидеры местных профсоюзов, чиновники и организаторы районного уровня были активистами прогрессивного толка.Район 2 UMWA, возглавляемый Джоном Брофи, представляет собой прекрасную иллюстрацию альтернативы «основному повествованию».

UMWA Округ 2 сыграл существенную роль в развитии трудового образования и способствовал достижениям «золотого века» рабочего образования. Джон Брофи разработал «программу горняков», которая включала требования национализации угольных шахт, шестичасовой рабочий день для распространения работы и создания рабочей партии. Эти реформы получили широкую поддержку как шахтеров, так и делегатов национальных съездов UMWA, но Джон Л.Льюис отверг эти предложения.

Брофи также сыграл решающую роль в забастовке угольщиков 1922–1923 годов, когда горняки, объединенные в профсоюзы, бастовали против усилий угольщиков по снижению их заработной платы и ухудшению условий их труда. К этим горнякам присоединились горняки, не входящие в профсоюзы, которые стремились организоваться и вести коллективные переговоры, чтобы добиться «промышленной демократии».

Горняки столкнулись с противодействием политиков, полиции и прессы, а также пострадали от разногласий в руководстве профсоюза.Чтобы справиться с этими мощными силами, UMWA прибегло к новаторской тактике, в частности к отправке делегации в Нью-Йорк, чтобы предать гласности забастовку, разоблачить ужасные условия жизни шахтеров и их семей и заручиться поддержкой городских властей. Хотя кампания достигла своих целей, семья Бервиндов оставалась непреклонной. Через несколько месяцев Джон Л. Льюис заключил спорное соглашение с угольными операторами, положения которого исключали неорганизованных горняков округа Сомерсет.Благодаря, в частности, средствам округа 2 UMWA, горняки района Уиндбер продержались еще год, прежде чем уступили превосходящему богатству и могуществу угольной компании Бервинд-Уайт и ее союзников. Национальный контракт 1922 года наряду с отказом от «Горняцкой программы» Джона Л. Льюиса усилил враждебность между Льюисом и Брофи и способствовал «неудачному» вызову Брофи лидерству Льюиса на президентских выборах 1926 года.

«Забастовка профсоюзов» 1922-23 годов в Уиндбере, штат Пенсильвания, была не только частью местной истории, но также имела серьезные последствия для UMWA, рабочего движения и американского общества.Поэтому нам очень повезло, что теперь у нас есть не только книги Бланкенхорна, Брофи и Хэпгуда, но и превосходное исследование Милдред Аллен Бейк « Шахтеры Уиндбера: борьба новых иммигрантов за объединение в профсоюзы, 1890-е — 1930 ». Этот том больше, чем внушительная монография о важном городе угольной компании. Используя сочетание рабочих, церковных и этнических организаций, а также газеты на иностранных языках, интервью и разнообразные печатные материалы, д-р Бейк представил острую картину «становления» местного этнического рабочего класса.Читатели, интересующиеся историей труда, этнической историей и женской историей, а также те, кто ищет захватывающую историю, хорошо рассказанную, будут впечатлены и вдохновлены этой историей. Профессиональные историки высоко оценят глубину и разнообразие исследований Милдред Бейк, оценят ее освещение забастовок 1906 и 1922–1923 годов и приветствуют ее вклад в историографию. Она довольно убедительно доказывала, что шахтеры-уиндберы были активными участниками массовой борьбы за гражданские свободы, демократию и объединение в профсоюзы, а не апатичные изгнанные с корнем крестьяне, отвергавшие забастовки и объединение в профсоюзы и пассивно принимавшие неизбежность «наемного рабства».»

Дополнительная информация

Уровень травматизма и факторы риска среди мелких золотодобытчиков в Гане | BMC Public Health

Во всем мире растет внимание к мелкомасштабной добыче полезных ископаемых и связанным с ними профессиональным рискам для здоровья, с которыми сталкивается их рабочая сила. что мелкомасштабная добыча представляет больше профессиональных рисков, чем то, что может быть обнаружено в более регулируемых или крупномасштабных горнодобывающих операциях [14]. Это исследование было направлено на оценку частоты травм среди мелких золотодобытчиков в Гане, а также на оценку их восприятия риска и факторы риска, связанные с травмой.Исследование выявило очень низкий уровень соблюдения правил безопасности на рабочем месте, очень низкий уровень обучения технике безопасности, умеренное использование обуви и перчаток, но низкое использование других средств индивидуальной защиты и высокий уровень травматизма. Основными факторами риска травм были работа под землей и более низкий уровень образования.

Результаты этого исследования указывают на то, что машины/инструменты (оборудование) (46,1%) являются основными причинами травм. Скольжение/падение и падение с высоты также способствуют травматизму среди этой категории горняков.Это согласуется с выводами Chimamise et al. (2013), которые также сообщили, что оборудование является основной причиной травм на шахтах в Зимбабве. Аналогичным образом, анализ данных горных работ за 5 лет показал, что уровень травматизма от 37 до 88% в год связан с инструментами и оборудованием [15]. Кроме того, по данным Jenning (2003), мелкие горняки, приобретающие оборудование для добычи полезных ископаемых, плохо обслуживаются, что приводит к несчастным случаям, ведущим к травмам [16]. Инструменты или оборудование, используемые мелкими горняками, спроектированы с учетом неадекватных мер безопасности и в основном управляются вручную.Таким образом, у рабочих, использующих это ручное оборудование, больше шансов получить серьезные травмы, чем у тех, кто использует автоматическое оборудование. Однако, напротив, исследование Микело (2009 г.) показало, что падение камней является наиболее распространенной причиной смертельных случаев [17].

В связи с опасным характером горнодобывающей промышленности очень важно, чтобы работники были бдительны и соблюдали стандарты безопасности. Мелкие горняки, работающие под землей, сталкиваются с опасностью обрушения карьера и скользкой поверхности.У них нет денежных средств, чтобы возводить бетонные стены или столбы, чтобы предотвратить падение камней или обрушение ям, они используют бревна или бамбуковые палки, чтобы блокировать падающие камни. В текущем исследовании вероятность получения травмы была в 3,19 раза выше при подземных работах по сравнению с открытыми горными работами.

В других исследованиях было обнаружено, что производственные цели связаны с повышенным риском травматизма. В золотодобывающей промышленности чрезмерное внимание уделяется производственным планам.Стремление к достижению поставленных целей заставляет людей пренебрегать правилами безопасности [18]. Чтобы сотрудники могли достичь поставленных целей, они идут короткими путями и, таким образом, ставят под угрозу безопасность. Удивительно, но результаты текущего исследования не показали какой-либо статистической разницы между травмированными и не травмированными работниками в отношении производственных целей (таблицы 2 и 5) или осведомленности о правилах и положениях, действующих в их компании, регулирующих безопасность людей во время работы. (таблица 4).

Восприятие безопасности горняками помогает в соблюдении правил техники безопасности. В текущем исследовании не было выявлено существенной разницы с точки зрения соблюдения правил техники безопасности во время работы, удовлетворенности работой и посещения семинаров или мастерских с риском получения травм. Однако Пол и Маити (2007) показали, что среди подземных шахтеров в Индии неудовлетворенность работой оказывает сильное влияние на производственный травматизм. Неудовлетворенные лица не могут сосредоточиться на своих задачах и, как следствие, не могут соблюдать надлежащие меры безопасности [19].

Низкая посещаемость семинаров или лекций/семинаров по безопасности горных работ вызывает беспокойство в отрасли (Таблица 4).Новым сотрудникам обычно требуется некоторая подготовка, чтобы освоить процедуры безопасности и выявлять непосредственные опасности. В Южной Африке мелкие горняки получают технические навыки, а также институциональную поддержку, чтобы они могли безопасно работать в шахтах [20]. Обучение на рабочем месте, особенно в условиях золотодобычи, очень опасно.

Уровень механизации в мелкомасштабной добыче очень низок, а используемое оборудование не имеет достаточных средств безопасности. Методы, используемые мелкими горняками, также устарели и подвергают рабочих травмам и опасностям для здоровья [10].Оборудование, используемое мелкими горняками, в основном управляется вручную. Согласно предыдущему исследованию Chimamise et al. (2010), оборудование с ручным управлением вызывает больше травм, чем автоматизированное оборудование. Будущие направления исследований в области повышения безопасности при мелкомасштабной добыче полезных ископаемых могут касаться более широкого использования более безопасного автоматизированного оборудования или потенциальных модификаций оборудования с ручным управлением, чтобы сделать его более безопасным, последнее из которых почти не рассматривается в литературе.

Риск от ручного оборудования усугубляется отсутствием использования СИЗ.Низкий показатель использования СИЗ в нашем исследовании согласуется с результатами других исследований мелких горняков в Гане и странах Африки к югу от Сахары. Кроме того, травмы ног/ступней и головы можно было бы предотвратить или свести к минимуму за счет более частого использования шлемов и ботинок со стальными носками. Рабочие, занятые в горнодобывающей промышленности, в идеале должны иметь как минимум базовое образование, а также краткосрочное обучение технике безопасности. Незначительная доля (3,0%) горняков в текущем исследовании прошла какое-либо обучение технике безопасности в прошлом году.

В многопараметрическом анализе, после поправки на влияние других ковариат, работа под землей имела повышенный риск травм, в то время как уровень образования был фактором защиты от травм. Это согласуется с другими исследователями профессий, которые установили высокий риск травматизма среди горняков без формального образования. Часто те, кто занимается мелкомасштабной добычей полезных ископаемых, недостаточно образованы, что делает их менее подготовленными к пониманию процедур безопасности и, следовательно, более склонным к человеческим ошибкам [21].

Вывод о повышенном риске травм при употреблении табака кажется неуместным. Это может быть связано с тем, что марихуану часто смешивают с табаком на местном уровне. Следовательно, эта переменная может отражать влияние злоупотребления психоактивными веществами в более широком смысле, а не только употребления табака.

Наше исследование имеет ряд ограничений. Во-первых, частота травм, вероятно, недооценена из-за перекрестного и ретроспективного характера исследования, что приводит к систематической ошибке припоминания, которая имеет тенденцию выборочно фиксировать более тяжелые травмы.Во-вторых, несмотря на то, что мы использовали обследование домохозяйств, чтобы преодолеть погрешность в отношении здоровых рабочих, некоторые из шахтеров с более тяжелыми травмами могли покинуть горнодобывающие районы, чтобы вернуться к своим семьям за поддержкой и уходом, что привело к дальнейшему занижению учета и, таким образом, к неполному учету. Борьба с предвзятостью к здоровому рабочему. В-третьих, критерии зачисления включали тех, кто работает в настоящее время, и тех, кто был уволен в течение последних 3  месяцев. Не собирались данные о том, каким критериям соответствовал данный участник. Следовательно, мы не могли рассчитать ставки отдельно для каждой группы.Несмотря на эти ограничения, у этого исследования есть несколько сильных сторон, в том числе тот факт, что в нем участвовала большая выборка случайно выбранных рабочих из четырех географически разделенных горнодобывающих районов. Учитывая отсутствие списков этих неформальных работников, использование случайной выборки домохозяйств делает выборку настолько обобщаемой, насколько это возможно в нынешних обстоятельствах.

Профсоюз шахтеров призывает Manchin пересмотреть возражение против плана БайденаДжо МанчинДжо МанчинБайден предложит минимальный налог на миллиардеров в бюджете Предварительный просмотр воскресных шоу: США и союзники усиливают давление на Россию; Джексон проходит слушания по утверждению Энергетика и окружающая среда — Байден и лидеры ЕС объявляют в понедельник энергетический план MORE (DW.

Va.), чтобы пересмотреть свою оппозицию президенту Байдену что подумают диктаторы? Байден предложит минимальный налог на миллиардеров в бюджете плана MORE Build Back Better.

Профсоюз отметил, что законопроект включает в себя расширение фонда, который предоставляет льготы шахтерам, страдающим черной болезнью легких, срок действия которого истекает в конце года. UMWA также рекламировала налоговые льготы, которые побуждают производителей строить объекты на угольных месторождениях, на которых будут работать тысячи горняков, потерявших работу.

«По этим и другим причинам мы разочарованы тем, что законопроект не будет принят», — говорится в заявлении президента профсоюза Сесила Робертса.«Мы призываем сенатора Манчина пересмотреть свое несогласие с этим законом и работать со своими коллегами, чтобы принять что-то, что поможет сохранить работу угольщиков и окажет значимое влияние на наших членов, их семьи и их сообщества».

Манчин в воскресенье объявил, что не поддержит законопроект демократов о климате и социальных расходах примерно на 2 триллиона долларов, что лишает его шансов в Сенате 50-50. Он сказал, что вместо этого законодатели должны заняться инфляцией, государственным долгом и ростом числа случаев COVID-19.

Поскольку бесчисленные заинтересованные группы призывают Manchin изменить курс, заявление профсоюза горняков может оказаться наиболее влиятельным. Манчин родился в семье шахтеров и на протяжении десятилетий тесно сотрудничал с UMWA, которая в прошлом году назвала Манчина почетным членом.

«Стоять рядом с членами UMWA, когда они изо всех сил боролись за право на получение пенсии и медицинских пособий, было одной из величайших почестей в моей жизни», — сказал Манчин в своем заявлении в то время.

Манчин, владеющий акциями угольной брокерской фирмы, сыграл ключевую роль в пересмотре положений законопроекта о чистой энергии и настаивал на принятии меры по стимулированию новых рабочих мест в экологически чистой энергетике для уволенных угольщиков.

Робертс добавил в своем заявлении, что пакет расходов включает в себя положение о наказании компаний, которые лишают рабочих возможности объединяться в профсоюзы, мера, взятая из более крупного закона о профсоюзах PRO, который поддерживает Манчин.

«Эта формулировка имеет решающее значение для любой долгосрочной способности восстановить право на организацию в Америке перед лицом усиливающегося подавления профсоюзов работодателями», — сказал он.«Но теперь у миллионов рабочих нет возможности реализовать свои права на работе».

Добыча кобальта для ионно-литиевых батарей требует больших человеческих затрат

Отслеживание пути от смертоносных ручных мин в Конго до телефонов и ноутбуков потребителей

Солнце всходило над одним из богатейших месторождений полезных ископаемых на Земле, в одной из самых бедных стран, когда Сидики Маямба собиралась на работу.

Майамба — добытчик кобальта. А красно-грязная саванна, простирающаяся за его дверью, содержит такое поразительное богатство кобальта и других минералов, что один геолог однажды назвал ее «геологическим скандалом».

Этот отдаленный ландшафт на юге Африки находится в центре мировой безумной борьбы за дешевый кобальт, минерал, необходимый для перезаряжаемых литий-ионных аккумуляторов, которыми питаются смартфоны, ноутбуки и электромобили, производимые такими компаниями, как Apple, Samsung и крупными автопроизводителями.

Но 35-летний Майамба ничего не знал о своей роли в этой разрастающейся глобальной цепочке поставок. Он схватил свою металлическую лопату и сломанный молоток из угла комнаты, которую делит с женой и ребенком. Он натянул заляпанную пылью куртку. Гордый человек, он любит носить рубашку на пуговицах даже к моей. И он планировал добывать вручную весь день и всю ночь. Он спал в подземных туннелях. Никаких промышленных инструментов. Нет даже каски.Риск обрушения постоянен.

«У тебя сегодня хватит денег на муку?» — спросил он у жены.

Так и было. Но теперь в дверях стоял сборщик долгов. Семья задолжала деньги за соль. Муке придется подождать.

Маямба пытался успокоить жену. Он попрощался с сыном. Затем он перекинул лопату через плечо. Было время.

Стремительно растущий мировой спрос на кобальт иногда удовлетворяется за счет рабочих, в том числе детей, работающих в суровых и опасных условиях.Приблизительно 100 000 добытчиков кобальта в Конго используют ручные инструменты, чтобы копать сотни футов под землей при минимальном надзоре и минимальных мерах безопасности, согласно рабочим, правительственным чиновникам и доказательствам, обнаруженным The Washington Post во время посещения удаленных шахт. Смерти и травмы часты. А добыча полезных ископаемых подвергает местные сообщества воздействию токсичных металлов, которые, по-видимому, связаны с заболеваниями, включая проблемы с дыханием и врожденные дефекты, говорят представители здравоохранения.

«Крёзер», или землекоп, пробирается через кобальтовый и медный рудник в Каваме, Конго, июнь.

Газета The Post проследила этот трубопровод кобальта и впервые показала, как кобальт, добытый в этих суровых условиях, попадает в популярные потребительские товары. Он переходит от небольших конголезских рудников к единой китайской компании — Congo DongFang International Mining, входящей в состав одного из крупнейших в мире производителей кобальта, Zhejiang Huayou Cobalt, — которая в течение многих лет снабжала некоторых из крупнейших мировых производителей аккумуляторов. Они, в свою очередь, произвели батареи, используемые в таких продуктах, как iPhone от Apple, — открытие, которое ставит под сомнение утверждения корпораций о том, что они способны контролировать свои цепочки поставок на предмет нарушений прав человека или использования детского труда.

Apple, отвечая на вопросы The Post, признала, что этот кобальт попал в ее аккумуляторы. Технологический гигант из Купертино, штат Калифорния, заявил, что примерно 20 процентов используемого им кобальта поступает от Huayou Cobalt. Паула Пайерс, старший директор Apple, отвечающий за социальную ответственность цепочки поставок, заявила, что компания планирует усилить контроль за тем, как добывается весь ее кобальт. Пайерс также сказал, что Apple стремится сотрудничать с Huayou Cobalt, чтобы очистить цепочку поставок и решить основные проблемы, такие как крайняя бедность, которая приводит к тяжелым условиям труда и детскому труду.

Другой клиент Huayou, LG Chem, один из ведущих мировых производителей аккумуляторов, сообщил The Post, что в конце прошлого года прекратил покупать минералы из Конго. Samsung SDI, еще один крупный производитель аккумуляторов, заявил, что проводит внутреннее расследование, но «насколько нам известно», хотя компания использует кобальт, добытый в Конго, он поступает не из Хуайоу.

Немногие компании регулярно отслеживают, откуда поступает их кобальт. The Post обнаружила, что пройти путь от шахты до готового продукта сложно, но возможно.Вооруженные охранники блокируют доступ ко многим шахтам Конго. Затем кобальт проходит через несколько компаний и путешествует за тысячи миль.

Тем не менее, 60 % кобальта в мире добывается в Конго — хаотичной стране, изобилующей коррупцией и долгой историей эксплуатации ее природных ресурсов иностранцами. Столетие назад компании грабили каучуковую смолу и слоновьи бивни Конго, когда страна была бельгийской колонией. Сегодня, спустя более пяти десятилетий после обретения Конго независимости, именно полезные ископаемые привлекают иностранные компании.

Повышено внимание к некоторым из этих минералов. Закон США от 2010 года требует, чтобы американские компании пытались убедиться, что любое олово, вольфрам, тантал и золото, которые они используют, получены из шахт, не контролируемых ополченцами в регионе Конго. Результатом стала система, которая, по общему мнению, предотвращает нарушения прав человека. Некоторые говорят, что кобальт следует добавить в список конфликтных полезных ископаемых, даже если считается, что кобальтовые рудники не используются для финансирования войны. Apple сообщила The Post, что теперь поддерживает включение кобальта в закон.

Торговля кобальтом в Конго уже почти десять лет подвергается критике, в основном со стороны правозащитных групп. Даже торговые группы США признали наличие проблемы. Коалиция за гражданство электронной промышленности, в состав которой входят такие компании, как Apple, в 2010 году выразила обеспокоенность по поводу возможных нарушений прав человека при добыче полезных ископаемых, включая кобальт, и сложности отслеживания цепочек поставок. Министерство труда США перечисляет конголезский кобальт как продукт, который, по его мнению, произведен детским трудом.

Беспокойство по поводу того, как добывается кобальт, «время от времени выходит на первый план», — сказал Гай Дарби, опытный аналитик по кобальту из Darton Commodities в Лондоне. «И это встречается с большим бормотанием, тряской головы и бормотанием — и снова уходит».

В прошлом году голландская правозащитная группа под названием Центр исследований многонациональных корпораций, известная как SOMO, и Amnesty International опубликовали отчеты о нарушениях, включая принудительное переселение деревень и загрязнение воды.Отчет Amnesty, в котором Congo DongFang обвиняется в покупке материалов, добытых детьми, побудил новую волну компаний обещать, что их связи с кобальтом проверяются.

Но проблемы оставались совершенно очевидными, когда этим летом журналисты Post посетили горнодобывающие предприятия в Конго.

Землекоп Сидики Маямба (слева) обувается в комнате, которую он делит с женой Иветт Муджомбо Тшатела и их 2-летним сыном Гарольдом Мухия Мвеху, в Колвези, Конго, июнь.«Крейзеры», или землекопы, работают в шахте в Каваме. Добытый кобальт продается китайской компании Congo DongFang Mining. Мужчина толкает велосипед, нагруженный древесным углем, который используется для приготовления пищи и обогрева, мимо Мусомпо, рынка полезных ископаемых недалеко от Колвези. Мальчик несет сумку, в которой перевозят грязь и камни с кобальтом на рынке Мусомпо.

В сентябре Чен Хунлян, президент компании Huayou Cobalt, материнской компании Congo DongFang, сообщил The Post, что его компания никогда не задавалась вопросом, как добываются ее полезные ископаемые, несмотря на то, что она работала в Конго и таких городах, как Колвези, в течение десяти лет.

«Это наш недостаток», — сказал Чен в интервью в Сиэтле, в своем первом публичном комментарии на эту тему. «Мы не осознавали».

Чен сказал, что Huayou планировала изменить способ закупки кобальта, наняла стороннюю компанию для наблюдения за процессом и работала с такими клиентами, как Apple, над созданием системы предотвращения злоупотреблений.

Но то, как такие серьезные проблемы могут сохраняться так долго — несмотря на частые предупредительные сигналы — иллюстрирует, что может произойти в трудно поддающихся расшифровке цепочках поставок, когда они в основном не регулируются, низкие цены имеют первостепенное значение, а проблемы возникают в отдаленной, неспокойной части рынка. мир.

На самом деле, небольшой кусочек кобальта Kolwezi может быть внутри смартфона, который вы сейчас используете для чтения этой статьи.

На самом деле, маленький кусочек кобальта находится внутри того, что вы можете использовать для чтения этой истории прямо сейчас.

Количество кобальта в различных устройствах

Смартфон

от 5 до 10 грамм

(от 2 до 4 копеек)

Ноутбук

1 унция

(ломтик хлеба)

Типовой электромобиль

от 10 до 20 фунтов

(от 2 до 3 галлонов молока)

Литий-ионные аккумуляторы

должны были отличаться от грязных, токсичных технологий прошлого.Более легкие и содержащие больше энергии, чем обычные свинцово-кислотные батареи, эти батареи с высоким содержанием кобальта считаются «зелеными». Они необходимы для планов на один день выйти за пределы извергающих смог бензиновых двигателей. Эти батареи уже определили технические устройства в мире.

Смартфоны

без них не помещаются в карманах. Ноутбуки не помещались на коленях. Электромобили были бы непрактичны. Во многом нынешняя золотая лихорадка Силиконовой долины — от мобильных устройств до беспилотных автомобилей — основана на мощности литий-ионных аккумуляторов.

Но за это приходится платить исключительную цену.

«Действительно, в этих шахтах есть дети, — сказал в интервью губернатор провинции Ричард Муйей, самый высокопоставленный правительственный чиновник в Колвези. Он также признал проблемы со смертностью и загрязнением окружающей среды, связанными с добычей полезных ископаемых.

Но, по его словам, его правительство слишком бедно, чтобы решать эти проблемы в одиночку.

— Правительство не попрошайка, — сказал Муйей. «Эти компании обязаны создавать богатство в той области, где они работают.

Компании вряд ли покинут Конго по простой причине: миру нужно то, что есть в Конго.

Чен сказал, что он ожидает, что споры вокруг того, как кобальт добывается в Конго, будут волноваться далеко за пределы Huayou Cobalt.

«Эта проблема, я думаю, не только у нас», — сказал он. «Мы считаем, что многие компании находятся в похожей ситуации».

«Легкие Конго»

Худшие условия жизни у горняков-кустарей в Конго — слишком причудливое название для обедневших рабочих, которые ведут добычу без пневматических буров или дизельных драглайнов.

Эта неформальная армия представляет собой крупный бизнес, на долю которого, по оценкам, приходится от 10 до 25 процентов мирового производства кобальта и от 17 до 40 процентов производства в Конго. Одни только старатели-кустари добывают больше кобальта, чем любая другая страна, кроме Конго, уступая только промышленным рудникам Конго.

Промышленность должна быть благом для страны, которую ООН относит к числу наименее развитых. Но это не сработало.

«Мы столкнулись с парадоксом того, что у нас так много природных богатств, но население очень бедно», — сказал Муйей.

Около 90 % кобальта в Китае добывается в Конго, где китайские компании доминируют в горнодобывающей промышленности.

Кобальт начинает свое путешествие на шахте, такой как Тилвезембе, бывшей промышленной площадке, превращенной в кустарную мастерскую на окраине Колвези, где сотни мужчин прочесывают землю ручными инструментами.

Эти люди называют себя «creuseurs», по-французски «землекопы». Они трудятся в десятках дыр, испещренных луноподобным дном шахты. Туннели вырыты вручную и уходят глубоко под землю, освещаемые только игрушечными пластиковыми лампами, привязанными к головам горняков.

Во время визита в июне сцена выглядела доиндустриальной. Десятки копателей работали, но единственным звуком был редкий приглушенный звон металла о камень.

«Мы страдаем, — сказал один из землекопов, 29-летний Натан Муямба. — И за что наши страдания?»

«Флер кобальта»

У копателей нет карт добычи или разведочных буров.

Вместо этого они полагаются на интуицию.

«Вы путешествуете с верой в то, что однажды сможете найти хорошую добычу», — сказал 49-летний землекоп Андре Кабвита.

Говорят, что природа — один проводник. Желтые полевые цветы считаются признаком меди. Растение с крошечными зелеными цветами носит красноречивое название «цветок кобальта».

Имея несколько официальных участков, на которые они могут претендовать, горняки-кустари копают везде, где только могут. Вдоль дорог. Под железнодорожными путями. На задних дворах. Когда несколько лет назад в густонаселенном районе Касуло было обнаружено крупное месторождение кобальта, землекопы прорыли туннели прямо сквозь земляные полы своих домов, создав лабиринт подземных пещер.

Другие землекопы ждут темноты, чтобы вторгнуться на землю, принадлежащую частным горнодобывающим компаниям, что приводит к смертельным столкновениям с охранниками и полицией.

Землекопы в отчаянии, сказал Папи Нсенга, землекоп и президент недавно созданного профсоюза землекопов.

Оплата зависит от того, что они найдут. Нет полезных ископаемых, нет денег. И деньги скудные — эквивалент от 2 до 3 долларов в хороший день, сказал Нсенга.

Землекопы собираются на кобальтовом руднике Тилвезембе недалеко от Колвези. Майнеры зарабатывают в среднем 2-3 доллара в день.Горсть земли с кобальтом выставлена ​​на рынке полезных ископаемых Мусомпо, где землекопы продают свой кобальт в небольших магазинах, известных как «магазины».

— Мы не должны так жить, — сказал он.

А когда случается авария, землекопы сами по себе.

В прошлом году, после того как одному землекопу сломали ногу, а другой получил ранение в голову при обрушении шахты, Нсенге пришлось собирать сотни долларов на лечение у других землекопов. По словам Нсенги и других землекопов, компании, которые покупают полезные ископаемые, редко помогают.

Смерти тоже случаются регулярно, говорят землекопы. Но только массовые жертвы, кажется, просачиваются в скудные местные СМИ, такие как Радио Окапи, финансируемое ООН. Тринадцать добытчиков кобальта погибли в сентябре 2015 года в результате обрушения грунтового туннеля в Мабайе, недалеко от границы с Замбией. Два года назад 16 землекопов погибли в результате оползней в Каваме, а несколько месяцев спустя в результате подземного пожара в Колвези погибли 15 землекопов.

В Колвези провинциальный горный инспектор, расстроенный недавней серией несчастных случаев, согласился поговорить с The Post при условии, что его имя не будет названо, потому что ему не разрешили говорить со СМИ.

Он встретил журналистов в микроавтобусе — вскочил, закрыл дверь и сел посередине, подальше от тонированных стекол, чтобы никто на улице его не видел.

В то утро, по его словам, он помог спасти четырех горняков-кустарей, которые чуть не умерли от дыма подземного пожара в Колвези. По его словам, накануне в результате обрушения шахтного туннеля погибли двое мужчин.

Он сказал, что за последние несколько лет лично вытащил 36 тел из местных кустарных шахт.The Post не смогла независимо проверить его утверждения, но они повторили рассказы землекопов о частоте несчастных случаев на шахтах.

Инспектор обвинил такие компании, как Congo DongFang, в том, что они покупают кустарный кобальт и отправляют его за границу.

— Им все равно, — сказал он. «Для них, если вы приносите им минералы, а вы больны или ранены, им все равно».

Congo DongFang ответила, что она ошибочно полагала, что эти вопросы касаются ее торговых партнеров, которые покупают кобальт у горняков и передают его горнодобывающей компании.

Детский труд

Никто точно не знает, сколько детей работает в горнодобывающей промышленности Конго. По оценкам ЮНИСЕФ в 2012 году, на юге страны это делают 40 000 мальчиков и девочек. Исследование 2007 года, финансируемое Агентством США по международному развитию, показало, что 4000 детей работали на горнодобывающих предприятиях только в Колвези.

Чиновники местных органов власти говорят, что им не хватает ресурсов для решения проблемы.

«У нас большие проблемы с детьми, потому что их трудно вывести из шахт, когда для этих детей нет школ, в которые они могли бы ходить», — сказал Муйей, губернатор провинции.«Мы должны найти решение для этого».

Хотя чиновники и землекопы признают проблему детского труда, она остается деликатной темой. Дети работают не только в подземных рудниках, в нарушение горного кодекса Конго, но и на периферии торговли кобальтом.

Охранники не пускали журналистов Post в районы, где, по словам местных землекопов, часто работают дети. В какой-то момент The Post увидела мальчика в красной толстовке, который изо всех сил пытался нести наполовину полный мешок минеральных камней.На помощь подбежал еще один мальчик в черной футбольной форме. Кабвита, копатель, наблюдал за ними.

«Их всего 10 или 12», — сказал он.

The Post также дала iPhone землекопу, чтобы тот снял на видео, как женщины и дети вместе промывают кобальтовые руды.

Одним из таких детей является Дельфин Мутела, тихий мальчик, который выглядит моложе своих 13 лет.

Когда ему было около 8 лет, его мать начала брать Дельфина с собой в поездки на реку для очистки кобальтовых руд. Мытье полезных ископаемых — популярная работа для женщин здесь.Сначала Дельфину было поручено присматривать за своими братьями и сестрами.

Зато научился различать рыхлые кусочки минерала, упавшие в воду при стирке.

Медь имеет оттенок зеленого.

Кобальт выглядел как темный шоколад.

Если бы он смог собрать достаточно битов, ему бы заплатили, может быть, 1 доллар.

«Деньги, которые я получаю, я использую для покупки тетрадей и, таким образом, я могу платить за обучение», — сказал Дельфин.

Его мать, Омба Кабвиза, сказала, что это нормально.

— Там много детей, — сказала она. «Вот как мы живем.»

Стремительно растущий спрос

Кобальт является самым дорогим сырьем для литий-ионных аккумуляторов.

Это уже давно представляет собой проблему для крупных поставщиков аккумуляторов — и их клиентов, производителей компьютеров и автомобилей. Инженеры годами пытались создать батареи без кобальта. Но минерал, наиболее известный как синий пигмент, обладает уникальной способностью повышать производительность батареи.

Цена на рафинированный кобальт в прошлом году колебалась от 20 000 до 26 000 долларов за тонну.

Видео: как работают литий-ионные аккумуляторы
Литий-ионные аккумуляторы

работают так же, как и другие аккумуляторы — есть положительный электрод и отрицательный электрод, и электроны движутся от одного конца к другому, создавая заряд. Разница заключается в материалах внутри, которые делают их более легкими, долговечными и перезаряжаемыми.

Посмотреть видео

По данным Benchmark Mineral Intelligence, во всем мире спрос на кобальт в секторе производства аккумуляторов утроился за последние пять лет и, по прогнозам, к 2020 году снова вырастет как минимум вдвое.

Это увеличение в основном связано с электромобилями. Каждый крупный автопроизводитель спешит вывести на рынок свой автомобиль с батарейным питанием. Аккумуляторный завод Tesla стоимостью 5 миллиардов долларов в Неваде, известный как Gigafactory, наращивает производство. Daimler планирует в ближайшее время открыть второй завод по производству аккумуляторов в Германии. LG Chem производит аккумуляторы для General Motors на заводе в Голландии, штат Мичиган. Китайская компания BYD работает над новыми огромными заводами по производству аккумуляторов в Китае и Бразилии.

В то время как батарея смартфона может содержать от 5 до 10 граммов очищенного кобальта, батарея одного электромобиля может содержать до 15 000 граммов.

По мере роста спроса росло и значение кустарного кобальта на мировых рынках. Это стало ясно всем в мире аккумуляторов два года назад, сказал Курт Вандепутте, вице-президент подразделения материалов для перезаряжаемых аккумуляторов в бельгийской компании Umicore, одном из крупнейших в мире предприятий по переработке кобальта.

Ожидается, что спрос на кобальт для литий-ионных аккумуляторов удвоится к 2025 году

Источник: Christophe Pillot, Avicenne Energy

Цена на кобальт падала, несмотря на то, что спрос на аккумуляторы резко вырос.Цена на литий, еще один ключевой материал для аккумуляторов, стремительно росла.

«Стало настолько очевидным, что кустарная добыча занимает большое место в цепочке поставок», — сказал Вандепутте, добавив, что Umicore закупает только у промышленных рудников, включая рудники в Конго.

Кустарный кобальт обычно дешевле, чем продукт из промышленных рудников. Компаниям не нужно платить зарплату горнякам или финансировать работу крупного рудника.

В связи с наводнением рынка дешевым кобальтом некоторые международные трейдеры расторгли контракты на промышленную руду, решив скупить кустарно полученную.

«Все знали, что что-то происходит, — сказал Кристоф Пийо, консультант по аккумуляторным батареям Avicenne Energy во Франции.

В то же время компании сталкиваются с растущим вниманием к своим цепочкам поставок.

Потребители требуют ответственности; компании отвечают обещаниями «этичного поиска поставщиков» и «должной осмотрительности цепочки поставок».

Один из результатов этого усиленного контроля можно найти в Конго.

В 2010 году Соединенные Штаты приняли закон о конфликтных полезных ископаемых, чтобы остановить поток денег кровавым ополченцам Конго, сосредоточив внимание на кустарной добыче четырех полезных ископаемых.

Но такого же усердия не требуется, когда речь идет о кобальте.

Дети собираются вдоль главной дороги, соединяющей Колвези и Лубумбаши. Землекопы ждут оплаты на кобальтовом руднике Тилвезембе. Цены, основанные на весе и содержании, написаны на табличке из мешковины. Землекоп готовится войти в шахту в Каваме. Жители стоят возле своих домов в обедневшей Каваме. Условия жизни шахтеров и их семей тяжелые, без электричества и водопровода.

Хотя считается, что добыча кобальта не используется для финансирования войн, многие активисты и некоторые отраслевые аналитики говорят, что добытчики кобальта могут извлечь выгоду из защиты закона от эксплуатации и нарушений прав человека. Закон вынуждает компании пытаться отслеживать свои цепочки поставок и открывает все пути для проверки независимыми аудиторами.

Но в то время как Конго является второстепенным поставщиком четырех обозначенных конфликтных минералов, мир зависит от Конго в отношении кобальта.

Аналитик Саймон Мурс из Benchmark сказал, что, по его мнению, это одна из причин, по которой кобальт до сих пор был исключен.

Любой сбой в цепочке поставок кобальта приведет к разорению компаний.

‘Мы продаем это китайцам’

Для большинства горняков-кустарей в Колвези глобальная цепочка поставок начинается с рынка под названием Мусомпо.

70 или около того небольших магазинов, известных как «комптуары», стоят бок о бок вдоль шоссе, ведущего к границе. На цементных стенах нарисованы названия магазинов: Maison Saha, Depot Grand Tony, Depot Sarah. В каждом магазине есть написанная от руки табличка с текущими ценами на кобальт и медь.

В магазине под названием Louis 14 прайс-лист предлагал эквивалент 881 доллара США за тонну 16-процентного кобальтового камня. Камень с 3-процентным содержанием кобальта стоил 55 долларов.

Рядом подъехали маршрутки с белыми мешками свежедобытого кобальта на продажу. На велосипедах прибыли новые мешки, нагруженные, как вьючные животные.

Каждая загрузка была протестирована с помощью прибора Metorex, похожего на радарную пушку, который определяет содержание минералов. Некоторые горняки заявили, что не доверяют машинам, считая их фальсифицированными, но альтернативы у них нет.Муйей, губернатор, сказал, что ищет средства для покупки машины Metorex, чтобы землекопы могли самостоятельно проверять свои полезные ископаемые. В Мусомпо много магазинов, но землекопы говорят, что магазины продаются одной и той же компании: Congo DongFang Mining.

«Мы продаем это китайцам, а затем китайцы отвозят это в CDM», — сказал Хуберт Мукеква, рабочий в магазине, перекапывающий кобальт.

Азиатский мужчина, работающий в «comptoir» или прилавке, магазине, рассчитывает оплату как «creuseurs» или землекопы, жадно наблюдающие за рынком Musompo.

В Конго иностранцам запрещено владеть магазинами. Но ни один магазин, который посещали журналисты Post, не принадлежал конголезцам. Азиатские мужчины управляли машинами Metorex. Они подсчитали на огромных калькуляторах. Они распоряжались наличными — толстыми пачками конголезских франков. И их часто можно было увидеть сидящими сзади, в то время как конголезцы несли 120-фунтовые мешки. Ни один из боссов контор не стал разговаривать с The Post.

Мукеква закончил наполнять один мешок.

«Как только у нас будет достаточно запасов, чтобы доставить их в CDM, — сказал он, — мы отвезем их туда».

Он указал на большой комплекс с синими стенами вдалеке.

В магазине Boss Wu двое конголезских рабочих в комбинезонах с CDM, напечатанным печатными буквами на спине, стояли, наблюдая, как другие мужчины загружают мешки с кобальтом в грузовик.

Позже газета The Post стала свидетелем того, как оранжевый грузовик, груженный мешками с кобальтом, отъехал от Мусомпо на главную дорогу.

«C24» был окрашен в синий цвет на кабине грузовика.Пост следовал за C24 две мили вверх по шоссе, где свернул на грунтовую дорогу, идущую рядом с высокой кирпичной стеной. Грузовик продолжал движение по дороге, пока не подъехал к подъезду с вооруженной охраной и не свернул внутрь.

Помещение с большими синими стенами было четко обозначено CDM.

Именно у тех самых ворот, по словам CDM, была остановлена ​​проверка цепочки поставок, которая никогда не распространялась на шахты или рынок, сказал Чен, президент Huayou Cobalt, материнской компании CDM.

«На самом деле мы мало что знали» о том, у кого они покупали кобальт, — сказал Чен. «Теперь мы проводим комплексную проверку».

Отслеживание кобальта в аккумуляторе

Производство литий-ионных аккумуляторов имеет чрезвычайно сложную цепочку поставок. Каждая потребительская компания имела дело с несколькими поставщиками, а их поставщики имели дело с несколькими поставщиками. Это показывает некоторые связи внутри отрасли. См. ответы компаний на расследование Washington Post.

Мелкосерийный

добыча полезных ископаемых

вручную

Кобальт из

другие источники

Они производят батареи из катодов, анодов и растворов электролитов, которые поставляются разными компаниями.

Они используют батареи в мобильных телефонах, ноутбуках, планшетах и ​​электромобилях.

Мелкосерийный

добыча полезных ископаемых

вручную

Кобальт добывается на всей территории

мир, но 60 процентов

родом из Конго.

Аноды идут от

другие производители

Мелкосерийный

добыча полезных ископаемых

вручную

Кобальт добывается во всем мире, но 60 процентов поступает из Конго.

Они производят батареи из катодов, анодов и растворов электролитов, которые поставляются разными компаниями.

Они используют батареи в мобильных телефонах, ноутбуках, планшетах и ​​электромобилях.

Источники: общедоступные документы, интервью с официальными лицами компании и отраслевыми аналитиками.

Что говорят компании

Компании

в ответ на вопросы The Post звучали так же неуверенно в отношении своей цепочки поставок кобальта, что свидетельствует о том, как мало известно об источниках сырья.

Но сегодня ожидания другие, говорит Лара Смит из Йоханнесбургской фирмы Core Consultants, которая помогает горнодобывающим компаниям решать эту проблему.

«Компании не могут заявлять о невежестве, — сказал Смит. «Потому что, если бы они хотели понять, они могли бы понять. Они этого не делают.

В прошлом году CDM сообщила об экспорте 72 000 тонн промышленного и кустарного кобальта из Конго, что поставило ее на 3-е место в списке крупнейших горнодобывающих компаний страны, согласно конголезской статистике горнодобывающей промышленности.

По мнению аналитиков и компании, CDM на сегодняшний день является крупнейшим экспортером кустарного кобальта в Конго.

CDM отправляет свой кобальт своей материнской компании Huayou в Китай, где руда перерабатывается. Согласно финансовым документам и интервью, среди крупнейших клиентов Huayou — производители аккумуляторных катодов Hunan Shanshan, Pulead Technology Industry и L&F Material.

Ответы компании

The Washington Post опросила компании по производству потребительских товаров и производителей аккумуляторов об их цепочках поставок кобальта. Вот что они сказали:

Congo DongFang Mining/Huayou Cobalt, Apple, LG Chem, LG, Ford, General Motors, Samsung SDI, Samsung, BMW, Amazon.com, Pulead L&F Material, Hunan Shanshan, Amperex Technology Limited (ATL)

Эти компании, которые также покупают очищенные минералы у других компаний, производят богатые кобальтом катоды для аккумуляторов, которые играют важную роль в литий-ионных аккумуляторах. Эти катоды продаются производителям аккумуляторов, в том числе таким компаниям, как Amperex Technology Ltd.(ATL), Samsung SDI и LG Chem.

Все эти производители аккумуляторов снабжают Apple энергией для iPhone, iPad и Mac.

Apple заявила, что ее расследование показало, что ее батареи от LG Chem и Samsung SDI содержат катоды от Umicore, которые могут содержать кобальт из Конго, но не из CDM. Apple заявила, что подозревает, что кобальт содержится в батареях ATL с катодами Pulead.

«Я думаю, что рисками можно управлять», — сказал The Post исполнительный директор Pulead Юань Гао, добавив, что, по его мнению, «повышенная осведомленность действительно работает, поскольку все контролируют всех остальных в цепочке поставок.

Согласно анализу IHS, глобальной информационной компании,

ATL также поставила аккумуляторные батареи, используемые в некоторых Amazon Kindle. ATL отказалась от комментариев.

Amazon.com, компания, основанная владельцем Post Джеффри П. Безосом, не ответила напрямую на вопросы The Post о потенциальных связях с подозрением на кобальт. Компания опубликовала заявление, в котором, в частности, говорится: «Мы тесно сотрудничаем с нашими поставщиками, чтобы убедиться, что они соответствуют нашим стандартам, и ежегодно проводим ряд проверок, чтобы убедиться, что наши партнеры-производители соблюдают нашу политику.

Еще из этой серии

Кобальт в Конго Рабочие, в том числе дети, работают в суровых и опасных условиях, чтобы удовлетворить растущий мировой спрос на кобальт.

Графит в Китае Во многих современных потребительских устройствах присутствуют следы графита. В этих китайских деревнях он содержится в воде, в домах и в еде.

Литий в Аргентине Коренные жители остались бедными, поскольку технический мир забирает литий у них из-под ног.

Samsung SDI, которая поставляет аккумуляторы для Samsung, Apple и автопроизводителей, таких как BMW, заявила, что ее собственное текущее расследование «не выявило присутствия» подозрительного кобальта, хотя она использует кобальт из Конго.

Samsung, производитель телефонов, предоставил The Post заявление, в котором говорится, что он серьезно относится к проблемам цепочки поставок, но не рассматривает потенциальную связь с CDM. Согласно отраслевым данным, Samsung покупает аккумуляторы для своих телефонов у Samsung SDI и ATL, среди прочих.

Компания BMW признала, что часть кобальта в батареях Samsung SDI поступает из Конго, но сообщила, что The Post следует запросить более подробную информацию у Samsung SDI.

LG Chem, крупнейший в мире поставщик аккумуляторов для электромобилей, заявил, что компания L&F Material, у которой он покупает катоды, в прошлом году прекратила использование конголезского кобальта из Huayou. Вместо этого, как сообщается, Huayou теперь поставляет L&F Material кобальт, добытый на южно-тихоокеанском острове Новая Каледония. В качестве доказательства LG Chem предоставила «сертификат происхождения» на партию кобальта в декабре 2015 года в количестве 212 тонн.

Но два аналитика минералов скептически отнеслись к тому, что поставщик катодов для LG Chem может переключиться с конголезского кобальта на минералы из Новой Каледонии — или, по крайней мере, сделать это надолго. Согласно аналитикам и общедоступным данным, LG Chem потребляет больше кобальта, чем производит вся Новая Каледония. L&F Material не ответила на неоднократные запросы о комментариях. Когда The Post попросила LG Chem «отреагировать на утверждения о том, что цифры не складываются», LG Chem не ответила на вопрос напрямую, ответив, что проверяет сертификаты происхождения на регулярной основе.

LG Chem также управляет заводом по производству аккумуляторов в Мичигане для одного из своих крупнейших клиентов, GM, которая планирует начать продажи своего электрического Chevrolet Bolt в конце этого года. В LG Chem заявили, что завод в Мичигане никогда не получал конголезский кобальт.

Другой клиент LG Chem, Ford Motor, сказал, что LG Chem сообщила, что в батареях Ford нет кобальта CDM.

В большинстве моделей Tesla используются аккумуляторы компании Panasonic, которая закупает кобальт в Юго-Восточной Азии и Конго. Сменные аккумуляторы для Tesla производятся компанией LG Chem.Tesla сообщила The Post, что знает, что батареи Tesla от LG Chem не содержат конголезского кобальта, но не сообщила, откуда она это знает.

Tesla больше, чем любой другой автопроизводитель, поставила свою репутацию на «этичное происхождение» каждой части своих знаменитых автомобилей.

«Это то, к чему мы относимся очень серьезно, — сказал Курт Келти, директор Tesla по аккумуляторным технологиям, в марте на конференции по аккумуляторным батареям в Форт-Лодердейле, штат Флорида. — И нам нужно относиться к этому еще более серьезно. Так что мы собираемся отправить одного из наших парней туда.

Шесть месяцев спустя Tesla сообщила The Post, что все еще работает над отправкой кого-то в Конго.

Врожденные дефекты, болезни

В Лубумбаши, другом центре горнодобывающей промышленности Конго, в 180 милях от Колвези, врачи начали разгадывать то, что долгое время было загадкой ряда проблем со здоровьем местных жителей.

Их результаты указывают на горнодобывающую промышленность как на проблему.

Эти врачи из Университета Лубумбаши уже знают, что шахтеры и местные жители подвергаются воздействию металлов в концентрациях, во много раз превышающих безопасные.

Одно из их исследований показало, что у жителей, живущих рядом с шахтами или металлургическими заводами на юге Конго, концентрация кобальта в моче была в 43 раза выше, чем у контрольной группы, уровни свинца в пять раз выше, а уровни кадмия и урана в четыре раза выше. . У детей уровень был еще выше.

Другое исследование, опубликованное ранее в этом году, выявило повышенный уровень содержания металлов в рыбе из горнодобывающего региона. Исследование образцов почвы вокруг Лубумбаши, богатого минами, показало, что этот район входит «в десятку самых загрязненных районов мира.

Сейчас врачи работают над тем, чтобы соединить точки.

«Мы пытаемся провести границу между болезнями и металлами, — сказал Эдди Мбую, университетский химик.

Но они осторожны со своей задачей.

«У горнодобывающего бизнеса есть деньги, а эти деньги означают власть», — сказал Тони Кайембе, эпидемиолог из университетской больницы.

Текущие исследования изучают заболевания щитовидной железы и проблемы с дыханием. Но врачей больше всего беспокоят возможные связи с врожденными дефектами.Одно исследование, опубликованное университетскими врачами в 2012 году, обнаружило предварительные доказательства повышенного риска рождения ребенка с видимым врожденным дефектом, если отец работал в горнодобывающей промышленности Конго.

Врачи Лубумбаши также опубликовали отчеты о настолько редких врожденных дефектах — один из них называется синдромом русалки — что это единственные случаи, когда-либо известные в Конго. Все произошло у детей, рожденных в регионах с тяжелыми горнодобывающими предприятиями.

По мнению Кайембе, в наиболее выдающемся исследовании изучались дети, рожденные с голопрозэнцефалией, обычно фатальным состоянием, вызывающим серьезные характерные деформации лица.Это почти неслыханно. Целые медицинские карьеры проходят, не видя ни одного. Но в прошлом году врачи в Лубумбаши зафиксировали три случая за три месяца.

— Это ненормально, — сказал Кайембе.

Эти медицинские осмотры могут принести некоторое облегчение жителям, таким как 15-летняя Аймеранс Масенго, которая винит себя с тех пор, как в прошлом году родила мальчика с серьезными, смертельными врожденными дефектами.

Голосом едва слышным шепотом Аймеранс вспомнила, как она была так напугана, когда увидела своего новорожденного.По ее словам, доктор тоже испугался.

Доктор сказал Эймеранс, что невозможно точно знать, что пошло не так. Но, отметил он, отец малышки работал добытчиком кобальта. Он сказал Эймеранс, что видел много проблем у детей, рожденных землекопами.

Аймеранс и отец ребенка жили в соседней деревне Луисвиши, где проживает 8000 человек. Казалось, что все там были связаны с кустарной добычей полезных ископаемых. А за последние три года, по словам местных активистов, четверо новорожденных из этой крохотной деревни умерли от тяжелых врожденных дефектов.

Ребенок бросает камень в реку Каполове недалеко от Лубумбаши. Экологи, врачи и активисты говорят, что реки региона страдают от сильного загрязнения, которое, по их мнению, связано с добычей меди и кобальта по всему региону. Сома, пойманного в реке Каполове, предлагают потенциальным покупателям у берегов реки. Исследование, опубликованное в этом году, показало повышенный уровень металлов в рыбе горнодобывающего региона. Землекоп работает на шахте в Каваме. Большая часть работы выполняется с помощью ручных инструментов и практически без соблюдения мер предосторожности в отношении окружающей среды или техники безопасности. Землекопы ждут своей зарплаты на рынке Мусомпо.

Крезеры ждут

Для таких землекопов, как Сидики Маямба, беспокоящихся о том, чтобы обеспечить свою семью мукой, больше всего беспокоит не безопасность или потенциальные проблемы со здоровьем. Это деньги. Ему нужна работа. Но он не хочет, чтобы его 2-летний сын Гарольд следовал за ним в шахты.

«Землекоп — это тяжелая работа, сопряженная со многими рисками, — сказал Маямба. «Я не могу пожелать, чтобы у моего ребенка была такая работа».

Huayou Cobalt будет нелегко очистить цепочку поставок кобальта, даже при поддержке такой влиятельной компании, как Apple.

Но Чен, президент Huayou, сказал, что это правильные действия не только для компании, но и для конголезских горняков.

«Некоторые компании просто хотят уйти от проблемы, — сказал Чен. «Но проблема Конго все еще существует. Бедность осталась».

Вопрос в том, поддержат ли другие клиенты Huayou после многих лет покупки дешевого кобальта без вопросов.

Пайерс, старший директор Apple, сказал, что компания не хочет предпринимать шаги, направленные только на то, чтобы «цепочка поставок выглядела красиво.

«Если мы все убежим из Демократической Республики Конго, это поставит конголезский народ в ужасное положение», — сказал Пайерс. «И мы не будем участвовать в этом здесь».

Со следующего года Apple будет относиться к кобальту как к конфликтному минералу, требуя, чтобы все переработчики кобальта соглашались на внешний аудит цепочки поставок и оценку рисков.

Действия Apple могут иметь серьезные последствия для всего мира аккумуляторов. Но изменения будут медленными.Apple потратила пять лет на то, чтобы удостовериться, что в ее цепочке поставок нет конфликтных полезных ископаемых, и это действие было предпринято по закону.

Ни одно из этих усилий не изменит судьбу таких землекопов, как Кандоло Мбома.

Этим летом на руднике Тилвезембе Мбома сидел на валуне, по-видимому, в кататоническом состоянии, его синие джинсы были в черных пятнах, а босые ноги болтались прямо над красной грязью. Его глаза не заметили других копателей, проходивших мимо.

«Всю ночь он работал и не ел», — сказал товарищ-копатель.

35-летний Мбома, отец троих детей, ждал взвешивания своего кобальта. Тогда, как он надеялся, ему заплатят.

Он сидел рядом с небольшими продуктовыми лавками, натянутыми на палки толстыми квадратами выброшенных шахтных мешков, где землекоп мог купить булочку за 100 конголезских франков, что равняется примерно 10 центам. Хлеб пришел с бесплатной чашкой воды.

— Ты ешь то, что готовишь, — наконец сказал Мбома.

А с едой придется подождать.

«Крёзер» спускается в туннель на шахте в Каваме.Туннели выкапываются ручными инструментами и зарываются глубоко под землю.

Питер Вориски из Вашингтона внес свой вклад в этот отчет.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2015-2019 © Игровая комната «Волшебный лес», Челябинск
тел.:+7 351 724-05-51, +7 351 777-22-55 игровая комната челябинск, праздник детям челябинск