В основе русского литературного языка а значит и литературного произношения: ОРФОЭПИЯ | Энциклопедия Кругосвет

Содержание

Тесты по орфоэпии (теория) — Языкознание и теория текста

Тесты создавались для студентов ФНО, но могут быть использованы в педагогических колледжах, гимназиях, а также (с необходимыми дополнениями) на филологических факультетах.

(демонстрационная версия)

  1. Какая закономерность произношения в русском литературном языке имеет характер фонетического закона?

А. Ассимиляция согласных по твердости-мягкости.

Б. Диссимиляция согласных по способу образования.

В. Ассимиляция шумных согласных по глухости-звонкости.

Г. Ассимиляция согласных по месту образования.

  1. Какая закономерность произношения в русском литературном языке имеет характер фонетического закона, но реализуется в ряде орфоэпических вариантов?

А. Ассимиляция согласных по твердости-мягкости.

Б. Ассимиляция шумных согласных по глухости-звонкости.

В. Качественная редукция гласных неверхнего подъема в безударной позиции.

Г. Ассимиляция согласных по месту образования.

  1. Какая закономерность произношения в русском литературном языке имеет характер фонетического закона и реализуется без орфоэпических вариантов?

А. Ассимиляция согласных по твердости-мягкости.

Б. Качественная редукция гласных неверхнего подъема в безударной позиции.

В. Ассимиляция согласных по месту образования.

Г. Оглушение звонких шумных согласных в конце слова.

  1. На какой основе развилась фонетическая система русского литературного языка?

А. На основе старославянской фонетической системы.

Б. На основе фонетической системы севернорусских говоров.

В. На основе фонетической системы среднерусских говоров.

Г. На основе фонетической системы южнорусских говоров.

  1. Какая последовательность букв правильно отражает хронологическую последовательность формирования следующих фонетических систем (ФС): А – ФС русского литературного языка, Б – ФС северно-русских говоров, В — ФС среднерусских говоров, Г — ФС южнорусских говоров?

А.

АБВГ.

Б. ГБВА.

В. БГВА.

Г. ГАБВ.

  1. Какая стилистическая характеристика является признаком орфоэпической нормы в отличие от орфоэпических вариантов?

А. Стилистическая нейтральность.

Б. Принадлежность к высокому стилю произношения.

В. Принадлежность к разговорному стилю произношения.

Г. Употребление в речи наиболее образованных людей.

  1. Выберите правильное определение аканья в русском литературном языке:

А. Это произношение звука [а] на месте буквы О.

Б. Это редукция гласных неверхнего подъема в безударном положении.

В. Это нечеткое произношение безударных гласных.

Г. Это редукция гласных неверхнего подъема в безударном положении после твердых согласных.

  1. Какие черты севернорусских говоров сохранились в русском литературном произношении?

А. Иканье, произношение [г] взрывного, ассимиляция согласных по глухости/звонкости.

Б. Аканье, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

В. Произношение [г] взрывного, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

Г. Цоканье, оканье, ассимиляция согласных по твердости/мягкости.

  1. Какие черты южнорусских говоров сохранились в русском литературном произношении?

А. Иканье, произношение [г] взрывного, ассимиляция согласных по глухости/звонкости.

Б. Аканье, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

В. Оканье, произношение [г] взрывного, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

Г. Аканье.

  1. Каковы самые общие черты русского литературного произношения?

А. Оканье, произношение [г] взрывного, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

Б. Аканье, произношение [г] взрывного, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

В. Оканье, произношение [г] щелевого, произношение мягкого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

Г. Аканье, произношение [г] щелевого, произношение твердого [т] в окончаниях глаголов настоящего времени.

11. Какой процесс сыграл главную роль на начальном этапе формирования московского койнэ?

А. Столкновение древнерусской и старорусской фонетических систем.

Б. Столкновение фонетических систем севернорусских и южнорусских говоров.

В. Столкновение русской и старославянской фонетических систем.

Г. Разделение русской, украинской и белорусской фонетических систем.

  1. К какому стилю произношения М.В. Ломоносов относил оканье?

А. К низкому, так как оно «жестоко ныне русскому уху слышится».

Б. К среднему, так как оно было свойственно большинству населения.

В. К высокому, так как наблюдалось в речи священнослужителей, в официальной речи и в представлении трагедий.

Г. К книжному, так как такое произношение соответствует соответствует написанию.

  1. В какой строчке названы все стили современного литературного произношения и только они?

А. Высокий стиль, средний стиль, низкий стиль.

Б. Литературное произношение, диалектное произношение, просторечное произношение.

В. Нейтральный стиль произношения, высокий (книжный) стиль произношения, разговорный стиль произношения.

Г. Старомосковское произношение, Санкт-Петербуржское произношение, певческое произношение.

14 . Какие факторы вызвали наиболее существенные изменения норм произношения в ХХ в.?

А. Ликвидация безграмотности и влияние графики на произношение.

Б. Урбанизация и развитие средств массовой информации.

В. Заимствование иноязычных слов и влияние иностранных языков.

Г. Отношение общества к орфоэпическим нормам, споры пуристов с антинормализаторами.

  1. Какая из общих норм русского литературного произношения является фонетическим законом для всех подсистем русского языка?

А.

Аканье.

Б. Ассимиляция шумных согласных по глухости-звонкость.

В. Ассимиляция согласных по твердости-мягкости.

  1. В каких вариантах орфоэпических норм допускается отсутствие редукции или ослабленная редукция гласного первого предударного слога:

А. В Санкт-Петербургском варианте произношения гласного после мягкого согласного.

Б. В высоком (книжном) стиле произношения заимствованных слов.

В. В диалектном «окающем» произношении.

Г. В просторечном произношении заимствованных слов.

17. Речь какого слоя общества стала главным источником старомосковских орфоэпических норм?

А. Речь аристократии, придворных.

Б. Речь наиболее образованных людей, ученых, писателей, поэтов, артистов.

В. Речь московских простолюдинов, купцов, ремесленников, слуг.

Г. Речь служителей церкви.

  1. В какой строке сгруппированы типы орфоэпических норм, противопоставленные по одному признаку:

А. Старшая норма и младшая норма.

Б. Санкт-Петербургская норма и младшая норма.

В. Старшая норма и Санкт-Петербургская норма.

Г. Московская норма и старшая норма.

  1. В какой строке сгруппированы типы орфоэпических норм, противопоставленные по одному признаку:

А.Старшая норма и Московская норма.

Б. Санкт-Петербургская норма и Московская норма.

В. Младшая норма и Санкт-Петербургская норма.

Г. Старшая норма и Санкт-Петербургская норма.

  1. Как появляются орфоэпические нормы?

А. В результате кодификации (лингвистического описания) узуса, стихийно сложившегося в речи культурного центра (столицы).

Б. В результате выработки общих языковых привычек жителей крупного культурного центра (столицы) на основе интеграции ряда диалектных черт.

В. В результате слияния разных диалектов одного языка.

Г. В результате обработки просторечия деятелями культуры, учеными.

  1. Антинормализаторы считают:

А. Нормы произношения должны быть стабильными, их изменение                                    нежелательно.

Б. Нормы не нужны, не следует ограничивать свободу носителей языка.

В. Необходимо соблюдать определенный баланс двух тенденций – развития литературного языка и его стабильности.

Г. Надо обучать в школе единообразному произношению без вариантов.

  1. Пуристы считают:

А. Нормы произношения должны быть стабильными, их изменение                                    нежелательно.

Б. Нормы не нужны, не следует ограничивать свободу носителей языка.

В. Необходимо соблюдать определенный баланс двух тенденций – развития литературного языка и его стабильности.

Г. Надо обучать в школе единообразному произношению без вариантов.

  1. Какая позиция наиболее близка Вам как будущему учителю:

А. Учитель должен сам говорить в соответствии с орфоэпической нормой, владеть стилистическими вариантами произношения и воспитывать учеников  своим примером.

Б.  Учитель должен сам говорить в соответствии с орфоэпической нормой, владеть стилистическими вариантами произношения и обучать этому учеников.

В. Учитель обязан строго соблюдать орфоэпические нормы, т.к. он лицо                               должностное и общается с учениками в официальной обстановке.

Г. Учитель обязан обучать детей быстрому чтению, орфографии и еще многим навыкам, более важным, чем орфоэпия.

Д. Дети все равно будут говорить так, как принято в семье.

  1. Конкуренция каких вариантов произношения является результатом перехода от старой, древнерусской фонетической системы к новой, современной русской?

А. [жΛсм’и′ н] — [жыэ см’и′ н].

Б. [т’ИЭпло′] — [т’ЭИпло′].

В. [п’е′ рвый] — [п’е′ рвъй].

Г. [ро′ ш’ч’ъ] —  [ро′ ш’:ъ].

25. Какие признаки некоего данного варианта произношения могут служить основанием для его кодификации авторами словарей (признания правильным, нормативным)?

А. Употребление именно этого варианта большинством носителей национального языка.

Б. Соответствие данного варианта фонетическим и грамматическим законам русского языка.

В. Употребление именно этого варианта большинством носителей литературного языка.

Г. То, что употребление данного варианта в средствах массовой информации и в публичных выступлениях общественных деятелей не вызывает отрицательной реакции носителей языка.

  1. Как поступают авторы словарей в случаях, когда произношение, ставшее привычным для значительной части носителей литературного языка, считается неправильным и недопустимым другой значительной частью носителей литературного языка?

 А. Объявляют нормативным традиционный вариант произношения.

Б. Объявляют допустимыми оба варианта произношения.

В. Объявляют нормативным вариант произношения, более соответствующий законам современной языковой системы.

Г. Объявляют нормативным новый, более современный вариант произношения.  Д. Определяют более популярный вариант путем опроса общественного мнения.

Е. Выбирают вариант, более соответствующий их (авторов) научным взглядам или эстетическим вкусам.

27. Какой из названных источников Вы используете при необходимости узнать современную норму произношения определенного слова или словоформы?

А.  Толковый словарь живого великорусского языка В.И. Даля.

Б. Толковый словарь русского языка С.И.Ожегова.

В.  Грамматический словарь русского языка А. А. Зализняка.

Г. Орфоэпический словарь русского языка под редакцией Р.И. Аванесова.

  1. Определите, какой норме произношения соответствует звучание данных фрагментов стихотворений. Затранскрибируйте весь отрывок в соответствии с этой нормой.

Есть в осени первоначальной

               Короткая, но дивная пора:

               Весь день стоит как бы хрустальный

               И лучезарны вечера.

А. Младшая орфоэпическая норма современного русского литературного языка.

Б.  Старшая орфоэпическая норма современного русского литературного языка.

В.  Санкт-петербургский вариант орфоэпической нормы современного русского литературного языка.

Г. Сценический стилистический вариант орфоэпической нормы современного русского литературного языка.

  1. Определите, какой норме произношения соответствует звучание данных фрагментов стихотворений. Затранскрибируйте весь отрывок в соответствии с этой нормой.

              Жди меня, и я вернусь,

             Только очень жди!

             Жди, когда наводят грусть

            Желтые дожди,

            Жди, когда снега метут,

            Жди, когда жара…

А. Младшая орфоэпическая норма современного русского литературного языка.

Б. Старшая орфоэпическая норма современного русского литературного языка.

В.  Санкт-петербургский вариант орфоэпической нормы современного русского литературного языка.

Г. Сценический стилистический вариант орфоэпической нормы современного русского литературного языка.

  1. Изменения какой закономерности комбинаторного варьирования в группах согласных в фонетической системе русского языка стали причиной возникновения произносительных вариантов, различий между старшей и младшей орфоэпической нормы?

А. Ассимиляция шумных согласных по глухости-звонкости.

Б. Диссимиляция согласных по способу образования.

В. Ассимиляция согласных по твердости-мягкости.

Г. Ассимиляция согласных по месту образования.

  1. Какая последовательность букв отражает значимость функций орфоэпических норм для всего человечества, для данной страны, для культурного сообщества данной страны, для конкретного человека?

А) эстетическая функция.

Б) функция социализации и социальной идентификации.

В) коммуникативная функция.

Г) функция поддержания единства национального филологического пространства.

А.  БВГА       Б.  ВГАБ          В.  ГАБВ      Г.  АБВГ

32.В чем заключается коммуникативная функция орфоэпических норм?

А. Они поддерживают единство национального филологического пространства.

Б. Они соответствуют эстетическим вкусам общества, их варианты используются в эстетических целях.

В. Они помогают не отвлекать внимания от понимания смысла звучащей речи.

Г. Правильное произношение способствует национальной и социальной                   идентификации каждого человека, не создает препятствий для его                     профессиональной деятельности, продвижения по социальной лестнице.

33. В чем заключается социальная функция орфоэпических норм?

А. Они поддерживают единство национального филологического пространства.

Б. Они соответствуют эстетическим вкусам общества, их варианты используются в эстетических целях.

В. Они помогают не отвлекать внимания от понимания смысла звучащей речи.

Г. Правильное произношение способствует национальной и социальной                идентификации каждого человека, не создает препятствий для его профессиональной деятельности, продвижения по социальной лестнице.

34. В чем заключается эстетическая функция орфоэпических норм?

А. Они поддерживают единство национального филологического пространства.

Б. Они соответствуют эстетическим вкусам общества, их варианты используются в эстетических целях.

В. Они помогают не отвлекать внимания от понимания смысла звучащей речи.

Г. Правильное произношение способствует национальной и социальной идентификации каждого человека, не создает препятствий для его профессиональной деятельности, продвижения по социальной лестнице.

35. В чем заключается национальная функция орфоэпических норм?

А. Они поддерживают единство национального филологического пространства.

Б. Они соответствуют эстетическим вкусам общества, их варианты используются в эстетических целях.

В. Они помогают не отвлекать внимания от понимания смысла звучащей речи.

Г. Правильное произношение способствует национальной и социальной                    идентификации каждого человека, не создает препятствий для его профессиональной деятельности, продвижения по социальной лестнице.

36. Выберите строчку, в которой перечислены только произносительные особенности старшей нормы:

А. Оканье, эканье, твердый [с] в возвратном постфиксе.

Б.  Твердый [с] в возвратном постфиксе, ассимиляция по мягкости в парах с участием зубных согласных, сочетания [къ], [гъ], [хъ] на стыке основы и окончания прилагательных м.р. ед.ч. им.п.

В.  Аканье, мягкий долгий звук [ж’:] на месте букв жж, произношение [ыэ] после шипящих в 1 предударном слоге.

Г. Мягкий долгий звук [ж’:] на месте букв жж, произношение [ыэ] после шипящих в 1 предударном слоге, твердый [с] в возвратном постфиксе.

Ответы

10Б 11Б 12В
13В 14А 15Б 16Б 17В 18А
19Б 20А 21Б 22А 23АБ 24А
25В 26Б 27Г 28Г 29Б 30В
31Б 32В 33Г 34Б 35А 36Б

 

 

 

Интересно? Поделитесь:

Понравилось это:

Нравится Загрузка...

Похожее

Орфоэпические нормы современного русского литературного языка

Олеарий Адам (1599–1671) – немецкий ученый и путешественник о русском мёде:

«Великолепный и очень вкусный мед (напиток) они варят из малины, ежевики, вишен и др. Иногда наливают плохую водку в малину и, дав постоять сутки, сливают настойку и смешивают ее с медом, получается при этом очень приятный напиток. Иногда они устраивают пиршества, во время которых проявляют свое великолепие в кушаньях и напитках множества родов».

Кастельно Франсис (1812–1880), французский путешественник о русской армии:

«Дух войск показался мне превосходным; люди сильны, хорошо вытренированны, полны мужества, с прекрасными, светлыми и кроткими глазами.»

Джорж Турбервилль – английский путешественник (ХVI в.) о русских:

«Главнейшее место у них то, где висит Бог. Хозяин дома сам не сядет там никогда. Лишь когда приходит лучший гость, он отводит его на это место. Пришедший должен поклониться Богу до земли, касаясь лицом. И помещается на этом самом месте, почитаемом как святое»

Арабский путешественник Абу-Обейд-Абдаллахала Бекри о русских банях:

«И не имеют они купален, но устраивают себе дом из дерева и законопачивают щели его зеленоватым мхом. В одном из углов дома устраивают очаг из камней, а на самом верху, в потолке, открывают окно для выхода дыма. В доме всегда имеется ёмкость для воды, которой поливают раскалившийся очаг, и поднимается тогда горячий пар. А в руках у каждого связка сухих ветвей, которой, махая вокруг тела, приводят в движение воздух, притягивая его к себе… И тогда поры на их теле открываются и текут с них реки пота, а на их лицах – радость и улыбка».

Урок 33. работа с орфоэпическим словарём. орфоэпические нормы современного русского литературного языка - Русский язык - 2 класс

Русский язык. 2 класс.

Урок 33. Работа с орфоэпическим словарём. Орфоэпические нормы современного русского литературного языка.

Перечень вопросов, рассматриваемых в теме:

  1. Орфоэпия.
  2. Орфоэпические нормы.

Глоссарий по теме:

Орфоэпия – наука, изучающая правильное произношение слов и правильный выбор ударения.

Орфоэпические нормы – это правила словесного ударения и правильного произношения звуков в словах.

Ударение – это выделение слога силой голоса.

Орфоэпический словарь – это словарь, в котором есть данные о правильном произношении слов русского языка и правильной расстановке ударения в словах.

Основная и дополнительная литература по теме урока

1. Русский язык. 2 класс. Учеб. для общеобразоват. организаций. В 2 ч. / Ч. 2 / В. П. Канакина, В. Г. Горецкий. – 7-е изд. – М. : Просвещение. 2017. – 143 с. : ил. – (Школа России). Стр. 70.

2. Русский язык с увлечением. 2 класс. Развивающие задания для школьников / Авт.-сост.: Е.В. Агапова, Л.Н. Коваленко. – 5-е изд., стереотип. – М.: Планета, 2018. – 72 с. – (Учение с увлечением). Стр. 5 – 6.

3. Тренажёр по русскому языку : 2 класс. ФГОС / Е. М. Тихомирова. – М. : Издательство «Экзамен», 2018. – 95 с. – (Серия «Тренажёр»). Стр. 36 – 38.

Открытый электронный ресурс по теме урока

Канакина В. П. и др. Русский язык. 2 класс. Электронное приложение. — М.: Просвещение, 2011. Ссылка для скачивания: http://catalog.prosv.ru/attachment/ca950bac-d794-11e0-acba-001018890642.iso

Теоретический материал для самостоятельного изучения.

Наука орфоэпия изучает законы и правила произношения слов, постановку ударения в словах. Эти законы и правила называют орфоэпическими нормами. Слово «орфоэпия» происходит от двух греческих слов: «орфос», что значит правильный и «эпос», значит речь.

Неправильное произношение слов отвлекает собеседника от понимания устной речи. А вот речь грамотного человека приятна на слух и не вызовет раздражения.

Вот поэтому говорить, соблюдая нормы орфоэпии, так же важно, как и писать, соблюдая нормы орфографии. Ведь устная речь в современном мире звучит отовсюду. Она является главным средством общения и передачи информации.

В русском языке ударение подвижное, оно может падать на любой слог и менять свое месторасположение в слове. Оно может переходить с одного слога на другой в следующих случаях:

- при изменении формы слова: горА – гОры, рекА - рЕки, рукА - рУки.

- при образовании нового слова: тИгр – тигрЁнок, лЕс – лесОк.

Ударением называют выделение одного из слогов слова при помощи голоса.

Оно может полностью изменить смысл слова. Вот, например: мукА и мУка; зАмок, замОк. Чтобы человеку стало понятно, как произносить слово, его можно записать при помощи транскрипции. Так называется звуковая запись слова. Например, [мукА]; [мУка]; [замОк]; [зАмок].

Точное произношение того или иного слова можно узнать из специальных орфоэпических словарей.

Все орфоэпические словари делятся на две группы: бумажные и электронные.

Бумажный орфоэпический словарь - это обычная книга, в которой в алфавитном порядке размещены слова и указано, где в них ставится ударение.

Есть маленький словарик и в учебнике русского языка.

Если не знаете, как правильно слово произносится, загляните в орфоэпический словарь на странице 134. Слова в нём располагаются в алфавитном порядке.

Попробуем найти слово «конечно» и узнать, какая буква обозначает ударный звук и как правильно произносить буквосочетание «чн».

Для этого находим в словаре слова на букву «к». Среди них находим слово «конечно». Определяем, что ударным будет звук [э], который обозначен буквой е.

Буквосочетание «чн» в соответствии с нормами орфоэпии нужно произносить как [шн].

Иногда под рукой нет необходимого бумажного словаря. В этом случае на помощь может прийти электронный словарь.

Электронный орфоэпический словарь – это программа, которая ищет слова автоматически. Чтобы узнать информацию о необходимом слове, надо, запустив программу, в окне поисковой системы ввести нужное слово, а дальше система сама его отыщет.

В интернете есть и удобные поисковые системы, например Яндекс. В строку поиска набираем «орфоэпический словарь он-лайн».

В появившихся результатах выбираем «словарь», нажимаем на него.

Например, в словаре вводим слово «столяр».

Читаем ответ.

столяр

Там мы водим, где стоит знак ударения и читает со знаем того, какой гласный ударный.

Примеры и разбор решения заданий тренировочного модуля

Задание. Выбор.

Укажите, какой слог может быть ударным в словах русского языка.

1.Только последний слог.

2.Только первый слог.

3. В словах русского языка не бывает ударного слога.

4.В русском языке ударным может быть любой слог в слове.

Подсказка.

1.Изучите теоретическую часть урока.

2.В данной части урока найдите верный ответ.

3.Отметьте правильный ответ в тестовом вопросе.

Правильный ответ:

4.В русском языке ударным может быть любой слог в слове.

Задание. Ребус.

Образуйте пары изображений слов, у которых ударным является одинаковый по счёту слог.

Подсказка.

1.Внимательно ознакомьтесь с основным содержанием урока.

2.Изучите орфоэпический словарь, расположенный на 134 странице учебника.

3.Расположите изображения парами, в соответствии с заданием.

Правильный ответ:

Проблемы современной акцентологии (на материале исследования акцентологических норм современной молодёжи)

Библиографическое описание:

Никонова, Н. В. Проблемы современной акцентологии (на материале исследования акцентологических норм современной молодёжи) / Н. В. Никонова. — Текст : непосредственный // Филология и лингвистика: проблемы и перспективы : материалы I Междунар. науч. конф. (г. Челябинск, июнь 2011 г.). — Челябинск : Два комсомольца, 2011. — С. 40-42. — URL: https://moluch.ru/conf/phil/archive/24/753/ (дата обращения: 07.06.2021).

Умение правильно произнести устное сообщение – это необходимый навык современного специалиста в любой области. Причём важно не только то, что мы говорим, но и как мы говорим.

Психологами установлено, что на наше отношение к говорящему сильно влияет правильность расстановки ударений в словах, согласованность падежных окончаний, выбор правильной формы единственного или множественного числа, т.е. то, что называется языковой нормой.

Человек, свободно владеющий русским языком, обязан знать языковые нормы, в том числе и орфоэпические, обязан говорить правильно. Правильная постановка ударения – это необходимый признак культуры речи.

Объём понятия орфоэпии не является весьма установившимся. Рубен Иванович Аванесов писал: «одни понимают орфоэпию сужено – как совокупность норм произношения в собственном смысле слова, исключая из неё вопросы ударения… Другие, напротив, понимают орфоэпию очень широко – как совокупность не только специфических норм устной речи (т.е. норм ударения и произношения), но также и правил образования грамматических форм (ср., например, в русском языке свечей или свеч, колыхается или колышется), которые в равной мере относятся также и к письменному языку. Наиболее целесообразным следует считать такое понимание орфоэпии, при котором в её состав включается произношение и ударение, т.е. специфические явления устной речи, обычно не отражаемые в должной мере на письме» [1: 9]. И мы, вслед за Р.И. Аванесовым, под орфоэпией понимаем как произношение, так и ударение.

Фундаментально описанные акцентологические закономерности русского языка с приостановкой нормализаторской деятельности в области русской орфоэпии, из-за смены поколений дикторов, журналистов, актёров, из-за обилия непрофессиональных ораторов на радио и телевидении, имеющих орфоэпические проблемы, сильно «раскачались» и требуют к себе повышенного внимания. Кроме этого мы прекрасно знаем, что нормы – это явление изменчивое. Они складываются постепенно. То, что было нормой 50 лет назад, сейчас является её нарушением. Например, норма «требует», чтобы слово игрушечный мы произносили через сочетание [ч’н] – игруше[ч’н]ый, а до 1980 г. – игруше[шн]ый.

Поэтому вопрос о произносительных и акцентологических нормах в современном русском языке остаётся открытым как в теоретических, так и практических аспектах. Этим и объясняется актуальность нашей статьи.

Целью данной работы является сравнительный анализ кодифицированной и узуальной нормы употребления акцентных вариантов слов.

Современный русский язык характеризуется разноместным динамическим ударением, т.е. в русском языке ударение в различных словах и формах может падать на различные слоги, ударение характеризуется лишь своим местом, но не качеством, ударный слог отличается от безударных лишь большей интенсивностью.

В XXI в. проблема русского ударения и его кодификации значительно обострилась в связи с возрастающей ролью публичной речи. Средства массовой информации в настоящее время, в отличие от прошлых дней, настроены на живое, непринуждённое общение, а также значительное расширение круга лиц, допущенных к эфиру. Это явление серьёзно расшатало акцентные нормы русского языка. Однако дело не только в недостаточной грамотности. Сложившаяся общественная обстановка в наше время значительно повысила «нормальные» темпы языковой динамики. Активизировалось закономерное противоречие между узусом и возможностями языка. Причём узус стал часто утрачивать свою силу и ослаблять границы своего действия. Социально-профессиональная речь всё более усиливает влияние на речь публичную, официальную. В связи с этим, процессы, подготовленные самой системой языка, укореняются и строгие литературные нормы оказываются поколебленными.

Как пишет Нина Сергеевна Валгина, «особенно это заметно в области ударения, т.к. в язык хлынул поток новых слов, ещё недостаточно освоенных, понятых… На таком общем фоне оказывается сложным наблюдать собственно тенденции в области русского ударения, заложенные в самой языковой системе, хотя в принципе они известны и наметились ещё в середине века, но наиболее интенсивно проявляются в современных условиях» [1: 62].

В среде молодого поколения г. Луги Ленинградской области сложилась особая культурно-речевая ситуация, связанная с общей либерализацией норм русского литературного языка, влиянием региональных культурно-речевых особенностей. Наблюдается нарушение единства литературного языка, орфоэпических норм. Последнее оказывает влияние на формирование правильного произношения и ударения. В связи с этим актуальным является исследование, позволяющее выявить реальное состояние акцентологической нормы, представленной в конкретном территориальном образовании.

Исследование проводилось на основе анализа употребления акцентных вариантов слов в речи представителей провинциального города Луги, а также на основе «Орфоэпического словаря русского языка» В.И. Круковера [3].

В эксперименте участвовало 100 человек – носителей русского литературного произношения (50 человек студентов факультета среднего образования и 50 человек студентов Крестьянского государственного университета им. Кирилла и Мефодия г. Луги). Респондентам были предложены задания для постановки ударения в слова, в произношении которых отмечены колебания в речи носителей языка:

  1. в заимствованных словах;

  2. в сложных словах;

  3. в существительных и числительных в сочетаниях с предлогами;

  4. в кратких именах прилагательных женского рода;

  5. в разных формах глагола:

    • в инфинитиве

    • в 3 лице единственного числа настоящего времени

    • в женском роде глаголов прошедшего времени

    • в глаголах прошедшего времени с приставками

    • в кратких страдательных причастиях женского рода.

Материал был предложен в форме теста.

Так, общей тенденцией в ударении считается смещение ударения к центру слова. Эта тенденция проявилась у глаголов на –ировать. наиболее частотно отступление от нормы в глаголах бисировать, вулканизировать, декольтировать.

Тенденция к равновесию особенно наглядно прослеживается в сложных словах: мусоропровод, газопровод, легкобольной.

Наряду с тенденцией смещения ударения ближе к центру слова для достижения ритмического равновесия наблюдаются тенденции, характеризующие отдельные части речи.

Например, глагольное ударение, отличающееся в целом неподвижностью, обнаруживает подвижность в некоторых формах. Так как подвижное ударение наблюдается как менее продуктивное, то выравнивание идёт по аналогии со словами, имеющими неподвижное ударение. Значительное число отклонений от нормативного ударения наблюдается в форме прошедшего времени женского рода, имеющей ударение на окончании. Свыше половины молодых людей переносят ударение в глаголах прошедшего времени женского рода на основу: сгнила, слила, разлила. Такие формы женского рода литературным языком не принимаются.

Ненормативное перемещение ударения по аналогии происходит и в приставочных глаголах прошедшего времени мужского рода. Так, большинство информантов переносят ударение с приставки на основу в словах: пропил, налил, отдал, залил, отбыл, дожил, создал, обнял, пролил, пронял, попил.

Значительно число ошибок, связанных с перемещением ударения по аналогии, в страдательных причастиях женского рода. Так, свыше половины опрошенных студентов допускают отклонение от нормы в словах: начата, загнута, заперта, создана, снята, сдружена, сгноена, сверчена, расценена, разлита, занята.

Отдельного внимания требуют глаголы на –ить. Вариантные колебания возникают между литературными формами и просторечными, идущими от лексем с подвижным ударением. Современной молодёжью больше всего допускаются отступления от нормы в глаголах осведомиться, облегчить, принудить, откупорить.

Многие трудности глагольного ударения связаны с формами настоящего времени глаголов на –ит. Они имеют подвижное ударение, основанное на противопоставлении ударений, на окончании ударению на основе. Наибольшее количество ошибок выявлено в словах долбит, сверлит, включит, морщит, осудит, тужит.

Колебания в акцентологии заимствованных слов объясняется степенью освоенности их русским языком. Чужое слово со временем подчиняется заимствующей системе, находя в ней аналогии, образцы для подражания. Современные заимствования (конец XX века) пока ещё не освоились в русском языке, и поэтому ударение в них в основном соответствует языку-источнику. Однако одновременно появляются некоторые отклонения от этой общей тенденции, например, маркетинг всё чаще уступает место маркетингу, что ближе к русскому типу ударения.

Что же касается старых заимствований, то норма здесь давно утвердилась, и отклонения почти не фиксируются. Так, например, неодушевлённые слова на –лог сохраняют финальное ударение (каталог, каталог – нелитературная форма).

Нам удалось выявить, что свыше половины молодых провинциалов неправильно ставят ударение в следующих заимствованиях: жалюзи, туфля, колледж, квартал, джентльмен.

В рамках данного исследования мы также выявили, что среди лиц, допускающих акцентные ошибки, довольно много высокообразованных людей.

Таким образом, анализ данных обнаруживает, что с кодифицированной нормой ударения дела у молодого поколения обстоят далеко не блестяще. Уровень владения акцентологическими нормами в общем можно назвать средним. По-видимому, акцентология – наиболее слабая сторона в речи россиян.

Практическая значимость изучения ударения несомненна. Соблюдение орфоэпических норм является важной частью культуры речи. Чтобы не допускать ошибки в постановке ударения, следует знать не только норму, но и типы вариантов, а также условия, при которых может быть использован тот или иной из них. Для этого рекомендуется прибегать к помощи «Орфоэпического словаря русского языка». Тактика Словаря заключается в конкретной поддержке жизнеспособного варианта и показе функционального своеобразия нового и старого способов выражения. Однако, охраняя культурную языковую традицию, Словарь не должен быть тормозом развития языка.

Признание правильности речи, нормативности тех или иных языковых фактов, по мнению многих лингвистов, должны опираться не на субъективную оценку и личный вкус, а на наличие следующих признаков:

  • массовость и регулярность употребления;

  • общественное одобрение данного языкового явления;

  • соответствие этого факта основным тенденциям в развитии языка, исторической перестройке языковой системы.

Нормативные рекомендации не должны быть консервативными. Самая трудная задача в их создании – это своевременное признание новых вариантов, которые идут на смену старым. Колебание ударения во многих случаях – это не только следствие орфоэпической безграмотности или дурного вкуса. Многие ошибки закономерны и подсказаны аналогией или другими системными проявлениями живого языка.

Литература:
  1. Аванесов Р.И. Русское литературное произношение. М., 1984.

  2. Валгина Н.С. Активные процессы в современном русском языке. М.: Логос, 2003.

  3. Круковер В.И. Орфоэпический словарь русского языка. СПб.: Полиграф, 2006.

Основные термины (генерируются автоматически): женский род, русский язык, норма, слово, ударение, подвижное ударение, прошедшее время, глагольное ударение, литературный язык, Орфоэпический словарь.

Похожие статьи

Варианты

ударения в современном русском языке

русский язык, литературный язык, ударение, норма, слово, помет, постановка ударения, река, Орфоэпический словарь, деловое общение.

Влияние нарушения акцентологических

норм на уровень...

Акцентологические(от лат. аccentus — ударение)нормынормы ударения — выделения одного из слогов в составе слова с помощью усиления звучания, увеличения длительности. [1, с.32]. Так как в русском языке нет единых правил постановки ударения...

Ударение в поэзии: норма или поэтическая вольность

Итак, общее во всех определениях: поэтическая вольность — нарушение в поэтической речи норм литературного языка, первоначально оно было

Однако не все факты «нестандартного» с точки зрения современной нормы ударения можно оценить как вольность или ошибку.

О соблюдении

литературной нормы в разговорной речи

Орфоэпический словарь русского языка: Произношение, ударение, грамматические формы / Под ред. Р. И. Аванесова.

русский язык, ошибка, слово, речь, ребенок, письменная речь, литературный язык, детский язык, речевая культура, нормативный язык.

русский язык, литературный язык, ударение, норма, слово...

Варианты ударения в современном русском языке. русский язык, литературный язык, ударение, норма, слово, помет, постановка ударения, река, Орфоэпический словарь, деловое общение.

Фонетические особенности говоров Белгородской области

С конца ХIX в. в литературный язык стало проникать иканье, которое в настоящее время является основной нормой литературного языка, почти

Распространено произношение [т'] в глагольных формах 3-го лица единственного и множественного числа: [нисот'], [идот'], [улитат'].

Проблема акцентной вариативности в английском

языке

Поэтому необходимо последовательно сопоставить ударение в кодифицированном литературном языке и устной речи с целью выявления особенностей реализации в каждой из названных языковых сфер активно действующих акцентных тенденций.

Роль элективного курса «Правописание и культура речи»...

слово, речь, молодежь, изменение, языковая норма, современный русский язык, современная молодежь, русский язык, речевая практика, речевая культура, разговорная речь, литературный язык, язык. Варианты ударения в современном русском языке.

Проблемы исследования двух

разновидностей фонетической...

русский язык, речевая культура, норма, современный русский литературный язык, культура речи, слово, речевая среда, речевая культура учащихся, Разумовская, текст. О лингвотипологических основах обучения студентов-носителей...

"Русскому языку ничего не угрожает, кроме агрессии в обществе"

Автор фото, Thinkstock

За счет чего развивается язык, вредят ли ему заимствования или наоборот - обогащают? Йогурт с ударением на первый или последний слог, кофе среднего или мужского рода? Что угрожает русскому языку и стоит ли законодательно пытаться его защищать и консервировать сегодняшние нормы?

В день, когда в 886 городах мира проходит масштабная образовательная акция "тотальный диктант", на эти и другие вопросы читателей Русской службы Би-би-си отвечают главный редактор портала Грамота.Ру Владимир Пахомов и лингвист, старший научный сотрудник Института русского языка РАН Ирина Левонтина.

С экспертами беседовала корреспондент Русской службы Би-би-си Ксения Гогитидзе.

Большая часть вопросов касалась развития русского языка, озабоченности тем, что люди называют "избыточными заимствованиями" и упрощением языка. Как вы ответите тем, кто считает, что русский язык "деградирует"? И почему?

Владимир Пахомов: Носителям языка вообще свойственно оценивать любые изменения в нем негативно. Это было всегда, во все эпохи. Выдающийся русский языковед Александр Пешковский в начале XX века писал, что такого консерватизма, какой наблюдается по отношению к языку, мы не встречаем больше нигде.

С одной стороны, хорошо, что новые языковые факты вначале вызывают оборонительную реакцию, ведь это помогает сохранить устойчивость литературного языка.

Мечта о прошлом

С другой стороны, это приводит к тому, что хорошим мы считаем только русский язык прошлого, правильной всегда признаем речь отцов, дедов, прадедов, очень редко свою речь и уж ни в коем случае не речь детей.

В 1960-е годы об этом же писал Корней Чуковский в своей знаменитой книге о русском языке "Живой как жизнь": "Люди всегда уверены, что их дети, а особенно внуки калечат правильную русскую речь".

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Сложно представить нашу современную жизнь без этого слова, не правда ли?

Иными словами, любые изменения в языке мы склонны считать "порчей", "деградацией", "примитивизацией", каждое новое поколение слышит от старших, что оно уродует русский язык.

Поезда или поезды?

При этом мы совершенно не задумываемся, что мы тоже чьи-то дети и внуки, и тот русский язык, который мы считаем идеальным, люди, жившие до нас, сочли бы полностью "исковерканным" - уже по отношению к своему идеалу. Многие из тех норм, которые для нас единственно возможны, когда-то были недопустимы. Например, сейчас мы говорим "поезда" во множественном числе, а сто лет назад это считалось страшной безграмотностью, требовалось говорить "поезды".

Таких примеров сотни и тысячи. Получается, что во все эпохи русский язык изменяется под непрекращающийся плач его носителей, уверенных, что он "деградирует" и "портится". Ну а в те периоды, когда эти изменения происходят особенно сильно (как на рубеже XX - XXI веков), и призывов "спасать" русский язык становится намного больше.

Ирина Левонтина: Подобные вопросы волнуют людей, потому что новые слова бросаются в глаза. И они кажутся вульгарными. Взрослому не нравится то, как говорит молодежь, при этом взрослые забывают, что они сами были молодыми и говорили не так, как родители.

Незнакомое слово может раздражать. А если еще это слово - иностранное, то оно часто непонятно. И человек расстраивается. Ведь это его родной язык. Появляется естественная реакция отторжения - мол, язык засорили какими-то чужими, непонятными, ненужными словами.

Ведь язык - это что-то очень важное и интимное для человека. Человек усваивает язык, начиная с младенчества, вместе с жизнью. Познавая мир, он одновременно познает и язык. Язык неотделим от его сущности, от его индивидуальности. Поэтому они воспринимают покушение на родной язык как покушение на их сущность и на их самоидентификацию. Поэтому люди очень нервно реагируют. Особенно это характерно для русского языка, потому что русская культура вообще очень литературоцентрична, в русской культуре русская художественная литература занимает центральное место.

Вредят ли избыточные заимствования или обогащают язык?

Владимир Пахомов: По отношению к иностранным словам языки ведут себя по-разному: одни закрываются от заимствований, другие их охотно принимают.

Когда хотят запретить иностранные слова, часто кивают на другие страны: вот, мол, они берегут свои языки. Но это все очень индивидуально.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Главное, что угрожает языку, - когда им перестают пользоваться во всех сферах жизни

Русский язык всегда, во все эпохи, был открыт для иностранных слов, такова его особенность. Еще в древнерусскую эпоху слова к нам приходили в большом количестве со всех сторон - из скандинавских языков, западноевропейских, тюркских (хлеб, тетрадь, ябеда, грамота, ямщик, лошадь - это все не исконно русские слова, а иноязычные). Просто в определенные эпохи бывают всплески заимствований и периоды затишья. На рубеже веков мы пережили очередной всплеск, а сейчас темп заимствований снизился. Таких всплесков в истории русского языка было много, самый известный пример - эпоха Петра I.

Заимствования, конечно, обогащают язык, хотя когда их много, кажется, что от русского языка ничего не осталось.

Это вызывает вполне обоснованную тревогу за родной язык. Но не будем забывать, что языку нужно время на "инвентаризацию".

Мы в супермаркете тоже можем набрать много всего в тележку - и то, что очень нужно, и то, без чего вполне можно обойтись. Потом рассортируем. Вот и язык - что нужно, оставит, от лишнего избавится. Заимствованные слова помогают нам точнее обозначать реалии окружающего мира.

Очевидно же, что "фитнес" - совсем не то же самое, что физкультура, а "гендер" - это не просто пол, а пол в контексте специфических социально-экономических проблем, социальный пол, "чизкейк" - вовсе не запеканка. Очень часто иноязычное слово закрепляется в тех случаях, когда по-русски есть только неоднословные наименования. Сказать "стайер" удобнее и быстрее, чем "бегун на длинные дистанции", а "логин" - хорошая замена сочетанию "учетное имя пользователя". Возможность экономии языковых средств очень важна для языка.

Язык решает сам

Когда мы говорим о заимствованиях, то часто спешим решить за язык - мол, слово А, конечно, нужно, кто спорит, а вот слово Б - явно лишнее, ведь в русском языке есть слово В. Но решить, что действительно нужно языку, а что просто прилипло к ботинкам по дороге, - задача для нас, его носителей, непосильная.

Многие слова появляются в языке, потому что появляются новые идеи и реалии. Так, с развитием технологий появилась необходимость в заимствовании новых слов, например "гаджет" или "девайс". Почему некоторые области жизни до сих пор отражены в русском языке не столь хорошо, например, новые семейные связи (связи вне брака, например), или сексуальная жизнь? Остается ли язык достаточно консервативным в различных областях жизни?

Владимир Пахомов: Язык отражает то, что есть в окружающем нас мире, и причины отсутствия слов для обозначения тех или иных реалий, связанных с семейной жизнью, сексуальными отношениями, половой идентификацией, надо искать не в самом языке.

Например, совместная жизнь вне брака не была прежде так распространена и уж точно не одобрялась в обществе, поэтому не было и соответствующего слова, было разве что грубоватое "сожитель".

Как только понадобилось как-то обозначить новую реальность, причем нейтральным термином, язык выкрутился, придумав новое значение давно существовавшему понятию "гражданский брак".

Раньше оно означало официальный брак без венчания в церкви, теперь - совместную жизнь вне брака. Но, например, слово брак толкуется в словарях как "семейный союз мужчины и женщины".

Язык не музей, а средство коммуникации

Ирина Левонтина: Дело не в том, откуда слово взялось, дело в том, насколько тонко язык может передать все оттенки смысла и все оттенки чувств.

Язык - это ведь не музей, в котором выставлены слова, на которые мы все любуемся. Язык - это в первую очередь средство общения, средство передачи смыслов. Жизнь меняется, язык должен этому соответствовать. Хорошо, если на языке можно обсуждать новую, изменившуюся реальность.

Без новых слов, пришедших в русский язык после 90-х годов, было бы невозможно обсуждать новую действительность. Таких тонких различий очень много. Меняется система ценностей, а с ней меняются и наши представления о том, что хорошо, что плохо.

Очень часто можно слышать сейчас, что предлог используется порой не по назначению (например, в "переговоры по газу"). Какова вероятность, что подобное употребление станет нормой в будущем?

Владимир Пахомов: Это тоже очень сложно предсказать. Но можно опираться на уже известные нам примеры из прошлого. Замена конструкций с одним предлогом конструкциями с другим - не редкость. И тот же самый предлог "по" во многих привычных нам сочетаниях был далеко не всегда.

Лингвист Максим Кронгауз приводит очень интересный пример: в начале XX века говорили не "позвонить по телефону", а "позвонить в телефон".

Телефон - огромный аппарат, совершенно не похожий на современные мобильники, - воспринимался как вместилище звуков. Поэтому звук и направляли в телефон, ведь предлог "в" связан с представлением о замкнутом пространстве. Когда телефон стал восприниматься не как техническая новинка, а как средство связи, устоялось употребление "позвонить по телефону". Так что, если вариант будет все чаще употребляться, в том числе в речи грамотных, образованных людей, его, конечно, надо будет признавать нормативным.

Заимствуют ли другие языки у русского? Почему это происходит реже, чем наоборот? Какой иностранный язык оказал наиболее сильное влияние на русский?

Владимир Пахомов: Конечно, русский язык не только принимает новые слова, но и делится своими словами с другими языками. Движение это в основном идет не на Запад, а на Восток. В языках Средней Азии очень много заимствований из русского.

Автор фото, Светлана Холявчук/ТАСС

Подпись к фото,

Акция "Тотальный диктант" проводится с 2004 года

В разные эпохи на русский язык оказывали влияние разные языки: в древнерусскую эпоху греческий, в XIX веке - французский. Сейчас, конечно, наиболее велико влияние английского языка.

Какие из новых на сегодняшний день слов останутся, а какие уйдут? Какими критериями должно обладать новое слово или понятие, чтобы оно вошло в русский язык? Есть ли официальный реестр? Оксфордский словарь, например, фиксирует новые слова, а есть ли такое с русским языком?

Владимир Пахомов: Практически это предсказать невозможно. Мы можем ожидать, что слово закрепится в языке, а оно возьмет и исчезнет. Или может воспринимать слово как однодневку, а оно освоится и прочно войдет в литературный язык. Очевидно, что слово останется, если останутся обозначаемые им предмет или явление.

Например, если дальнейшее развитие технологий полностью исключит возможность интернет-мошенничества, мы забудем слово "фишинг". Если на смену смартфонам, способным выполнять функции планшетов, придут какие-то новые устройства, из языка уйдет, даже не успев толком закрепиться, слово "фаблет". И так далее. И, конечно, больше шансов остаться у тех слов, которые заменяют длинные описательные конструкции. "Бильдредактор" вместо "заведующий отделом иллюстраций", конечно, имеет все шансы остаться в языке.

В словари новые слова всегда попадают с большим опозданием. Этому есть причина: традиция отечественной лексикографии - составление нормативных словарей. То есть словарь не просто фиксирует слово, а дает рекомендацию - как его писать, произносить. Но для того чтобы устоялось написание и произношение, слово должно освоиться в языке, а это процесс небыстрый. Вот словари и запаздывают.

Западная традиция другая, там главная задача - описывать язык, а не указывать, как надо говорить и писать. Поэтому Оксфордский словарь новые слова фиксирует гораздо чаще, чем российские издания. Хотя, например, в этом году вышел в свет "Словарь новейших иностранных слов" Шагаловой, где даны самые последние заимствования. Этот словарь как раз нацелен на то, чтобы в первую очередь рассказать о новых словах. Но официального "пункта регистрации" новых слов в русском языке не существует.

Как и почему меняются нормы языка? Под воздействием изменившейся действительности (появляются новые понятия, появляется и слово), а еще за счет чего? Приведите, пожалуйста, примеры

Владимир Пахомов: Конечно, меняющийся мир влияет на язык и приводит к изменениям в нем, ведь главная задача языка - не сохранить любой ценой свои нормы, а обеспечить говорящим на нем возможность успешной коммуникации.

И если для этого нормы должны поменяться, они изменятся. Факторов изменения норм очень много. На норму литературного языка влияют в том числе диалекты, на русские слова влияют иноязычные, на письменную речь влияет устная, и наоборот.

Например, произношение акушер возникло из-за того, что это слово писали без ё, а ведь раньше говорили акушёр. Написание повлияло на произношение. Кроме того, изменение нормы - это всегда очень долгий процесс.

Мы все время должны помнить, что мы свидетели лишь короткого этапа в многовековой истории языка, и многие процессы, происходящие на наших глазах, начались не сегодня и даже не вчера. Почему, например, говорят пять килограмм баклажан вместо пять килограммов баклажанов? Легче всего ответить: "Потому что все сейчас неграмотные и правил не знают".

Но давайте вспомним, что русскому языку не 30 лет и не 300, а гораздо больше.

Конкуренция окончаний в разных падежных формах (договоры - договора, в цехе - в цеху, килограммов - килограмм) - результат того, что в древнерусском языке было шесть типов склонения существительных, а потом эта система разрушилась и превратилась в современную из трех типов. Окончаний для трех склонений нужно меньше, чем для шести, вот окончания и конкурируют, одни вытесняют другие.

Это началось много столетий назад и закончится через много столетий. В каких-то словах этот процесс уже завершился (говорили нет сапогов, стали говорить нет сапог), в каких-то происходит на наших глазах (килограммов - килограмм), в каких-то только начнется в будущем.

Ирина Левонтина: Язык - сложный объект. Как и все живое, язык меняется, не меняются только мертвые языки. Меняется язык под воздействием окружающей действительности. Появилось новое понятие, появится и новое слово ("компьютер", "импичмент").

Но в языке происходят и внутренние, невидимые процессы, которые мы не всегда можем понять. Например, процесс "штоковская ретракция" - много веков назад в некоторых сербских диалектах место ударения постепенно сдвинулось на один слог вперед.

В русском языке также происходят внутренние процессы, изменения, которые нельзя объяснить внеязыковыми причинами. Например, сейчас очень популярно говорить "то что", вместо "что". "Я рад, то что вы пришли".

Как повлиял на русский язык интернет?

Владимир Пахомов: Главное изменение, произошедшее благодаря интернету, - у нас появилась новая форма существования русского языка, которую лингвисты называют письменной разговорной речью.

Раньше были речь устная - спонтанная, неподготовленная, и речь письменная - выверенная, продуманная, скорректированная.

С распространением интернета и мобильной связи появилось нечто новое: мы стали очень много писать, но то, как мы пишем, очень похоже на речь устную. В бойкой переписке в мессенджерах и соцсетях мы не всегда используем большие буквы и знаки препинания, лихо сокращаем слова, передаем интонацию с помощью смайликов. Это гибрид письменной и устной речи. И здесь можно только восхититься возможностями русского языка, который так быстро отреагировал на изменившийся мир и выработал новую форму общения - эту самую письменную разговорную речь.

Ирина Левонтина: Все процессы в языке стали происходить быстрее. В XIX веке на то, чтобы слово вошло в обиход, уходили месяцы и годы. А сейчас с новыми технологиями это происходит почти мгновенно. Многие слова проходят полный цикл развития за считанные недели или месяцы. То, что раньше занимало десятилетия, может занять теперь несколько месяцев.

Надо ли пытаться защищать язык институционально, законодательно, на государственном уровне? Как, например, это делают во Франции

Владимир Пахомов: Если мы употребляем слово защитить, то должны понимать: от кого или от чего защищать? На русский язык никто не нападает. Обычно под "защитой языка" понимают какие-то ограничения на использование иноязычных слов, слов нелитературных и так далее. Но вмешиваться в естественные языковые процессы, такие как изменение норм языка, заимствование слов и т. д., нельзя ни в коем случае.

А вот чем государство может помочь языку - это создавать максимум условий для изучения языка внутри страны и за ее пределами, для распространения знаний о русском языке среди взрослой аудитории, среди тех, кто давно закончил школу. Чтобы академические словари издавались тиражом не 800 экземпляров, а 80 000. Чтобы федеральные телеканалы в прайм-тайм ставили не бесконечные ток-шоу, где все стараются перекричать друг друга, или бандитские сериалы, а передачи о русском языке и лекции лингвистов. Иными словами, поддерживать русский язык надо не карательными механизмами (что-то запретить, кого-то оштрафовать), а просветительскими. Не порицать и высмеивать, а рассказывать, как правильно говорить и писать.

Ирина Левонтина: Попытки насильственно ограничить языковые процессы в большинстве своем ни к чему не приводят и терпят крах. Происходит борьба, и в этой борьбе заимствованных слов с существующими у каждого своя судьба. Мы, например, говорим не воздухоплавание, а авиация, но тем не менее - летчик, а не авиатор.

Что угрожает русскому языку?

Владимир Пахомов: Самому языку ничего не угрожает. Язык - как систему - невозможно испортить или оздоровить, ухудшить или улучшить. Когда мы говорим о разных негативных тенденциях или ошибках, мы не должны смешивать язык и речь.

Автор фото, Alexander Shcherbak/TASS

Подпись к фото,

Ни угрозами, ни законами на язык повлиять нельзя. А вот уделяя ему больше времени в образовательных рамках, можно

А вот культуре нашей речи, на мой взгляд, угрожает чрезвычайно высокий уровень агрессии в общении. О чем бы мы ни спорили (в том числе и о самом языке), мы очень плохо умеем слушать и слышать собеседника. Не умеем вчитываться в текст, плохо понимаем смысл сказанного или написанного. Выдергиваем какие-то ключевые слова, на их основе создаем собственное впечатление о том, что нам сказали, и с этим собственным впечатлением начинаем яростно спорить.

Вот такое разобщение вместо общения, на мой взгляд, сейчас главная проблема говорящих по-русски. А вовсе не то, что кофе становится среднего рода.

Ирина Левонтина: Языку угрожают не слова - ни жаргонные, ни иностранные. Плохо для языка, когда им пользуются мало или не во всех сферах. На родном языке не пишут сейчас научные труды, и это печально.

Орфоэпические нормы

Орфоэпические нормы охватывают устную речь, устанавливая литературное произношение, и тем самым способствуют более быстрому и легкому взаимопониманию говорящих. Напротив, нарушение в речи произносительных норм отвлекает от ее содержания и в результате мешает языковому общению.

         Следует запомнить слова, вызывающие в речевой практике затруднения:

         Произносите с [о]

                Блеклый, даренный, желчь, затекший, наемник, никчемный, новорожденный, одноименный, острие, свекла, платежеспособный, принесший, переведенный, щелка.

         Наряду с этим имеются многочисленные факты сохранения [э].

         Произносите с [э]

         Атлет, афера, блеф, бытие, забредший, леска, наперченный, одновременный, одноплеменный, опека, оседлый, отцветший, преемник, разновременный, склеп, современный, хребет, шлем.

        

         Следующий орфоэпический аспект связан с произношением согласных. В этой связи важнейшими являются нормы:

          - употребления [чн-шн] и [чт-шт];

          - употребления мягких/твердых согласных перед [э] (орфографческой е).

         В современной устной литературной речи сочетание [чн] вытеснило сочетание [шн]. Поэтому нормативный произносительный вариант совпадает с орфографическим.

         Произносите как [чн]

         Алчный, башмачный, беспечный, беспроволочный, будничный, булавочный, бутылочный, войлочный, галстучный, закадычный, закусочный, игрушечный, маскировочный, молочный, молочник, мучной, посадочный, табачный, фабричный.

         Однако в некоторых словах на месте орфографического сочетания чн сохранилась старая норма произношения – [шн]

         Произносите как [чн]

         Девичник, конечно, нарочно, очечник, скворечник, скучно, прачечная, пустячный.

         Кроме того, сочетание чн рекомендуется произносить как [шн] в женских отчествах на – ична.

         Произносите как [шн]

                Ильинична, Кузьминична, Никитична, Фоминична.

         Слова булочная, копеечный, порядочный произносится вариативно: було[чн]ая и бул[ош]ная, копе[чн]ый и копе[шн]ая, порядо[чн]ый и поряд[ош]ный.

         Сочетание чт в соответствии с современными нормами произносится как [шт] в слове что и производных о него: ничто, чтобы, кое-что, что-то, что-нибудь; что-ли, что-либо, потому что.

         Исключением является слово нечто [чт].

         Во всех остальных случаях орфографическое чт совпадает с произношением: мачта, мечта, ничтожный, почта, почти.

         Следующее правило употребления согласных звуков связано с тенденцией произношения согласных перед [э], обозначающегося на письме буквой е, от твердого согласного к мягкому. Речь идет о заимствованных словах, большая часть которых под влиянием исконно русских слов произносится со смягченным согласным.

         Произносите мягко

         Ака[д̕̕̕ э]мия, ба[рʼэ]льеф, брю[нʼэ]т, [дʼэ]градация, [дʼэ]дукция, [дʼэ]када, [дʼэ]кан, [дʼэ]канат, [дʼэ]кламировать, [дʼэ]кларировать, [дʼэ]корация, [дʼэ]мобилизация, [дʼэ]мон, [дʼэ]п[рʼэ]ссия, [дʼэ]спотия, [дʼэ]фект, [дʼэ]фис, конг[рʼэ]сс, к[рʼэ]м, конк[рʼэ]тно, ко[фʼэ], [лʼэ]ди, му[зʼэ]й, О[дʼэ]сса, па[тʼэ]нт, пио[нʼэ]р, п[рʼэ]сса, [рʼэ]йтинг, [рʼэ]йс, [рʼэ]квием, [рʼэ]льс, [рʼэфʼэ]ри, [сʼэ]ссия, [тʼэ]ма, [тʼэ]нор, [тʼэ]рмин, [тʼэ]ррритория, [тʼэ]ррорист, ши[нʼэ]ль, юриспру[дʼэ]нция, эф[фʼэ]кт.

         Другая группа иноязычной лексики нередко сохраняет твердое произношение перед [э], как в языке, из которого она заимствована.

         А[дэ]кватный, ан[тэ]нна, анти[тэ]за, а[тэ]изм, биз[нэ]с, бифш[тэ]кс, бу[тэ]рброд, ге[нэ]зис, [дэтэ]ктив, [дэ]нди, [дэ]факто, [дэ]филе, [дэ]юре, диспан[сэ]р, ин[тэ]грал, ин[тэ]нсивно, ин[тэ]рвью, ка[пэ]лла, каба[рэ], кара[тэ], каш[нэ], ко[дэ]кс, компью[тэ]р, кри[тэ]рий, ло[тэ]рея, майо[нэ]з, о[тэ]ль, пар[тэ]р, сви[тэ]р, [сэ]рвис, [тэ]зис, [тэ]мбр, [тэ]н[дэ]нция, [тэ]рмос, [тэ]ст, фо[нэ]ма, ша[тэ]н, шос[сэ], экс[тэ]рн, эс[тэ]т.

         Не смягчается согласный перед [э] и в иностранных собственных именах: [Дэ]карт, С[тэ]ндаль, Шо[пэ]н, «Юмани[тэ]», Воль[тэ]р.

         Третья группа допускает два варианта произношения:

         бассейн – ба[сʼэ]йн и ба[сэ]йн, гангстер – гангс[тʼе]р и гангс[тэ]р, дезодорант – [дʼэ]зодорант и [дэ]зодорант, консенсус – кон[сʼэ]cус и кон[cэ]нсус, нейлон – [нʼэ]йлон и [нэ]йлон, темп – [тʼэ]мп и [тэ]мп.

         Одна из причин такого явления заключается прежде всего в степени «русифицированности» заимствованных слов: чем больше слово осваивается русским языком, тем вероятнее вариант смягчения согласных перед [э].

         Следует обратить внимание на произношение (и, как следствие, написание) ряда слов, звуковой состав которых нередко искажается.

        

Правильно

Неправильно

Антрепренер

Антерпренер

Броня

Бронь

Будущий

Будующий

Бюллетень

Биллютень

Виолончель

Вилоончель

Грейпфрут

Грейфрукт

Дерматин

Дермантин

Дикобраз

Дикообраз

Дуршлаг

Друшлаг

Жаждущий

Жаждующий

Индивидуум

Индивидум

Интриган

Интригант

Инцидент

Инциндент

Компетентный

Компентентный

Конкурентоспособность

Конкурентноспособность

Констатировать

Константировать

Ландшафт

Ланшафт

Мундштук

Мунштук

Нюанс

Ньюанс

Перспектива

Переспектива

Почерк

Подчерк

Прецедент

Прецендент

Пуловер

Полувер

Скрупулезный

Скурпулезный

Флюорография

Флюрография

Литература:

Р.К. Боженкова, Н.А. Боженкова. / Русский язык и культура речи. М., 2004. С. 230-234.

10. Нормативность литературного произношения. Основные орфоэпические правил; СРЛЯ, их вариативность,: 5fan_ru — LiveJournal

5fan_ru (5fan_ru) wrote,
5fan_ru
5fan_ru
Category: Орфоэпия — это совокупность правил, устанавливающих нормализованное произношение. Рус. орфоэпия вкл-т в себя правила произнош-я отд. звуков в определенных фонетич. позициях или их сочетаний с другими звуками, а также произношения звуков в тех или иных грамматических формах, в группах слов или в отдельных словах, если эти правила имеют свои особенности.
НОРМАТИВНОСТЬ ЛИТЕРАТУРНОГО ПРОИЗНОШЕНИЯ
В одних случаях фонологическая система диктует только одну возможность произношения, так как только эта возможность разрешена данной системой. Иная реализация, иное произношение будет нарушением законов фонологической системы, что может привести или к полному разрушению взаимопонимания (например, неразличение твердых — мягких согласных и произношение или только твердых, или только мягких), или, во всяком случае, к нарушению внутренних связей и отношений элементов фонологической системы (например, различение глухих—звонких согласных в любой фонетической позиции). В этих случаях, таким образом, фонологическая система и закономерности ее реализации диктуют литературные нормы, и именно поэтому такие нормы имеют объективный характер. Это не значит, конечно, что любой носитель русского языка, для которого он является родным, усваивает такие нормы вместе с языком: носители различных русских диалектов вместе с языком усваивают и нормы своего диалекта, которые объективно, по характеру диалектной фонологической системы, могут отличаться от литературных норм; да и в устной речи русского городского населения нередки отклонения от объективных литературных норм. Поэтому внимание к соблюдению таких норм должно быть самое пристальное, ибо их нарушение является нарушением законов фонологической системы литературного языка.
В др. случаях фонологическая система разрешает не 1, а 2 или неск. возможностей ее реализации, т. е. несколько вариантов произношения. В таких условиях одна возможность признается общественной языковой практикой литературно правильной, нормативной, а другая (другие) — или оценивается как вариант литературной нормы, или выводится за пределы нормативности, определяясь как нелитературное произношение.
Нпр,,произношение б/уд поз. четкого глас. (как под ударением). Фонологическая система допускает произношение и этих гласных. Правило произношения [шт] в словах что и чтобы есть не объективно диктуемая фонологической системой норма, а норма, установленная общественной языковой практикой. Влияние орфографии на произношение в свое время вызвало появление у некоторых носителей литературного языка произношения [ч'то], [ч'тобы], что первоначально расценивалось как нарушение литературной нормы, а в наши дни признается вариантом литературного произношения. Следовательно, в отличие от объективных норм произношения, диктуемых фонологической системой и потому очень устойчивых, нормы, устанавливаемые обществом, могут меняться на протяжении развития языка, причем эти изменения происходят иногда за относительно короткий промежуток времени.
ДИНАМИЧНОСТЬ ОРФОЭПИЧЕСКИХ НОРМ
Нормы литературного произношения — это и устойчивое, и развивающееся явление, они направлены как в прошлое, так и в будущее языка. Это значит, что в каждый данный момент в этих нормах есть то, что связывает сегодняшнее произношение с произношением, свойственным прошлым эпохам развития литературного языка, и есть то, что возникает как новое в произношении под действием живой устной практики носителей языка, как результат действия внутренних законов развития языковой системы. Современное русское литературное произношение начало складываться еще в XVIII в. на основе устной речи Москвы как центра русского государства, на основе так называемого московского просторечия, образовавшегося на базе северных и южных русских говоров (в нормах московского просторечия укрепилось, с одной стороны, северное произношение [г] взрывного образования и южное аканье, неразличение в безударных слогах гласных [а] и [о]). К XIX в. старомосковское произношение сложилось во всех своих основных чертах и, как образцовое, распространило свое влияние на произношение населения других крупных культурных центров. Совр. лит. произношение, в своих определяющих чертах продолжающее сохранять старомосковские нормы, в целом ряде моментов уже отошло от этих норм и продолжает изменяться.
Обучение единым правилам орфоэпии облегчается при единстве норм произношения носителей яз.
ЕДИНСТВО НОРМ ЛИТЕРАТУРНОГО ПРОИЗНОШЕНИЯ
Таким образом, нормы русского литературного прсизношения — это устойчивое и динамически развивающееся явление; они опираются на законы функционирования фонологической системы языка и на общественно выработанные и традиционно принятые правила, которые подвергаются изменениям в процессе развития устной литературной речи в результате влияния на эту речь различных факторов языкового развития. Эти изменения первоначально носят характер колебания норм, но если такие изменения не противоречат фонологической системе и приобретают широкое распространение, они приводят к возникновению вариантов литературной нормы, а затем — и, возможно, к укоренению новой нормы произношения, культивирование их СМИ.
ОСНОВНЫЕ ОРФОЭПИЧЕСКИЕ ПРАВИЛА СРЛЯ.
ПРОИЗНОШЕНИЕ БЕЗУДАРНЫХ ГЛАСНЫХ
Русский литературный язык характеризуется явлением, которое называется аканьем. Суть аканья заключается в том, что в безударных слогах гласные неверхнего подъема [а], [о], [е] не различаются и в соответствии с ними произносится один звук.
ПРОИЗНОШЕНИЕ СОГЛАСНЫХ
По нормам РЛЯ 2 основных ряда согласных — ряд парных глухих-звонких и ряд парных твердых-мягких — строятся на том, что глухие-звонкие и твердые-мягкие обязательно различаются в определенных позициях: парные глухие-звонкие перед всеми гласными, перед сонорными, [в], [в'], [j], а парные твердые-мягкие перед всеми гласными, кроме [е]
ПРОИЗНОШЕНИЕ СОГЛАСНЫХ ПЕРЕД СОГЛАСНЫМИ
Сложную картину в русской орфоэпии создает произношение согласных перед мягкими согласными и нормы этого произношения.В СРЯ тенденция к ассимилятивному смягчению согласных перед мягкими соглас. ослабла, и многие соглас. в положении перед мягкими сохраняют твердость или испытывают очень незначительное смягчение.
ПРОИЗНОШЕНИЕ НЕКОТОРЫХ СОЧЕТАНИЙ СОГЛАСНЫХ
В числе правил рус. лит. орфоэпии есть и такие, кот. касаются произношения опр. сочетаний согл.. Эти правила сложились также в старомосковском произношении и к нашему времени подверглись изменениям.
Произношение сочетания чн. По старомосковским нормам орфографическое сочетание чн должно произноситься как [шн]: коне'[шн]о, ску[шп]о, жоло'[шн]ьш, яи[тя]ица, бу'ло[шп]ая и т. д. Этому правилу не подчинялись слова, образованные от слов, имеющих в своем составе [ч'} (например, дачный от дача, ночной от ночь и т. п.), и слова книжного характера (например, точный, научный и т. п.). В процессе развития языка под влиянием орфографии произношение [шн] стало вытесняться произношением [ч'н], и в настоящее время [шн] сохраняется только в некоторых словах, В ряде слов допускается двоякое произношение: б/ло[ч'н]ая и було[ш]ная, причем предпочтение отдается произношению [ч'н].
  • Условия предоставления международного банковского кредита

    Международный Валютный Фонд (International Monetary Fund, IMF) был учрежден на международной валютно-финансовой конференции ООН (1-22 июля 1944г.) в…

  • Компетентностная деловая игра

    Компетентностная деловая игра – это информационная система, целью которой является получение определенного уровня профессиональных компетенций в…

  • Проектировка web-приложения

    Проектировка web-приложения Чтобы спроектировать web-приложение нужно сначала определить его первоначальную цель и область решаемых задач. Создать…

Photo

Hint http://pics.livejournal.com/igrick/pic/000r1edq

В чем особенность русской литературы XIX века?

Странная особенность русской литературы состоит в том, что первый роман, появившийся на народном языке, был не оригинальным произведением, а переводом с французского - и только в XVIII веке. Это было по крайней мере через 200 лет после того, как остальная часть Европы отложила свои церковные языки: Данте восхвалял «красноречие народного языка» в начале 14 века; Дю Белле предложил «Защиту и иллюстрацию французского языка» в 16-м; а языки с гораздо меньшим количеством носителей - голландский, португальский, польский - имели обширную и выдающуюся литературу, тогда как все русские были разбросаны по средневековым эпосам и религиозным произведениям, написанным на церковном языке, церковнославянском.

Бенджамин Мозер Кредит ... Иллюстрация Р. Кикуо Джонсона

Даже в конце XIX века русский язык, как известно читателям Толстого, все еще пах болотом и тундрой. Шикарные люди говорили по-французски, и отношение французского к русскому в русском романе XIX века предлагает неудобную метафору для общества в целом: элегантный иностранный язык, натянутый, как блестящая мембрана, на «настоящий» язык народа. Поскольку классические колоннады Санкт-Петербурга никогда не скрывали безлюдного болота, на котором они были построены, язык Декарта никогда не вытеснял галлюцинации утопий, которыми были наполнены сны славянских святых.

Французы были цивилизацией; Русский, его недовольство. За поколение до Фрейда Достоевский - фаворит Фрейда - изображал людей как существ, чье безумие, похоть и ужас сдерживались только самой тонкой вуалью. Деревенский идиот увещевает великолепного царя; красивая принцесса, вернувшаяся из Баден-Бадена, хихикая, проходит мимо предсказывающей ведьмы. В стране, которая не знала Возрождения, суеверная средневековая деревня с ее раскатами грома и предчувствиями неизбежно затопила галльский дворец.В переулке за особняком таится Россия Достоевского и Пушкина, материализация ид.

Опыт русских писателей перекликается с их национальной историей, но нет ничего особенно национального в вулканических страстях, которые угрожают прорваться через тщательно ухоженные поверхности каждой человеческой жизни. То, что они исследовали глубины, не означало, что великие русские пренебрегали своими блестящими поверхностями, чей блеск Фаберже делает их неотразимо романтичными и заставляет нас почувствовать пафос их разрушения.

Когда наступит это разрушение, поверхность - наследие картезианского формализма - будет сдерживать демонов. Если столетие назад французский язык казался оборванцем, то видение гуманной культуры, символом которой он был, теперь приносило утешение, каким бы скудным оно ни было. На фоне сталинского террора нет ничего более застенчиво классического, чем стихи Ахматовой, писавшей сонеты в блокадном Ленинграде; Цветаевой, которая с тоской, настойчиво смотрела на Грецию; или Мандельштама, который, в уникальном для истории литературы случае, покончил с собой одой.Если Достоевский настаивал на непреходящей реальности иррационального, поэты 20-го века описывали - но отказывались отражать - хаос, поглощающий их, и цеплялись за форму как за жизненно важную ложь.

Иосиф Бродский писал, что Россия сочетает «комплексы высшей нации» с «великим комплексом неполноценности маленькой страны». В стране, столь опоздавшей на пир европейской цивилизации, ее менталитет делает самую большую страну мира странно провинциальной. Но его малость и размер предлагают очевидную метафору крайностей человеческой психики.«Меня можно вести только по контрасту», - написала Цветаева. В восьми часовых поясах, раскинувшихся между галереями Эрмитажа и замерзшими карьерами Магадана, есть достаточно контраст. Осознание этой непреодолимой дистанции делает русские книги в их величайших проявлениях отражением всей человеческой жизни и предполагает, что старое клише «русская душа» может потерять прилагательное.

Русская литература | Британника

Русская литература , совокупность письменных произведений на русском языке, начиная с христианизации Киевской Руси в конце X века.

Британская викторина

Еще одна викторина по русской литературе

Кто написал «Мертвые души»? Какой персонаж является главным героем в «Преступлении и наказании»? Проверьте свои знания о русской литературе с помощью этой викторины.

Необычная форма истории русской литературы вызвала множество споров.Три крупных и внезапных разрыва делят его на четыре периода - допетровский (или древнерусский), имперский, послереволюционный и постсоветский. Реформы Петра I (годы правления 1682–1725), стремительно вестернизировавшего страну, привели к настолько резкому разрыву с прошлым, что в XIX веке было принято утверждать, что русская литература зародилась всего за столетие до этого. Самый влиятельный критик XIX века Виссарион Белинский даже предложил точный год (1739), когда началась русская литература, тем самым отрицая статус литературы для всех допетровских произведений.Русская революция 1917 года и большевистский переворот позже в том же году создали еще один серьезный разрыв, в конечном итоге превратив «официальную» русскую литературу в политическую пропаганду коммунистического государства. Наконец, приход к власти Михаила Горбачева в 1985 году и распад СССР в 1991 году ознаменовали еще один драматический прорыв. Что важно в этой модели, так это то, что перерывы были скорее внезапными, чем постепенными, и что они были продуктом политических сил, внешних по отношению к самой истории литературы.

Самым знаменитым периодом русской литературы был XIX век, который за удивительно короткий срок создал некоторые из бесспорных шедевров мировой литературы. Часто отмечается, что подавляющее большинство русских произведений мирового значения создано при жизни одного человека - Льва Толстого (1828–1910). Действительно, многие из них были написаны в течение двух десятилетий, 1860-х и 1870-х годов, периода, который, возможно, никогда не был превзойден ни одной культурой благодаря явному сосредоточенному литературному блеску.

Русская литература, особенно имперского и послереволюционного периодов, имеет в качестве определяющих характеристик глубокий интерес к философским проблемам, постоянное самосознание своего отношения к культурам Запада и сильную тенденцию к формальным нововведениям и нарушение принятых общепринятых норм. Сочетание формального радикализма и увлечения абстрактными философскими проблемами создает узнаваемую ауру русской классики.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишитесь сейчас

Древнерусская литература (10–17 вв.)

Традиционный термин «древнерусская литература» анахроничен по нескольким причинам. Авторы произведений, написанных в это время, очевидно, не считали себя «старыми русскими» или предшественниками Толстого. Более того, термин, который представляет точку зрения современных ученых, стремящихся проследить происхождение более поздних русских произведений, затемняет тот факт, что восточнославянские народы (земель, которые тогда назывались Русью) являются предками украинцев и белорусов, а также современный русский народ.Произведения древнейшего (киевского) периода также привели к появлению современной украинской и белорусской литературы. В-третьих, литературным языком, установленным в Киевской Руси, был церковнославянский язык, который, несмотря на постепенное увеличение количества местных восточнославянских вариантов, связал культуру с более широким сообществом, известным как Slavia orthodoxa , то есть с восточно-православными южными славянами Балканы. В отличие от настоящего, это более крупное сообщество преобладало над «нацией» в современном понимании этого термина. В-четвертых, некоторые задаются вопросом, можно ли эти тексты должным образом называть литературными, если под этим термином подразумеваются произведения, предназначенные для выполнения преимущественно эстетической функции, поскольку эти сочинения обычно писались для церковных или утилитарных целей.

Десять русских романов, которые нужно прочитать, чтобы стать лучше

Книжных рекомендаций пользовались популярностью среди наших читателей, обучающихся на протяжении всей жизни, мыслей с лужайки, и этот переиздание статьи Энди Кауфмана из информационного бюллетеня дает больше заголовков, которые можно добавить в свой список для чтения. Г-н Кауфман - преподаватель кафедры славянских языков и литературы в Колледже и Высшей школе искусств и наук Университета Вирджинии. Он является автором книги Дайте войне и миру шанс: толстовская мудрость в смутные времена (2015) и создателем университетского класса «Книги за решеткой: жизнь, литература и лидерство».

Поделитесь, пожалуйста, своими мыслями о книжных рекомендациях!

Десять русских романов, которые нужно прочитать, чтобы стать лучше

Эндрю Д. Кауфман – 15 августа 2018 г.

По мере того, как президент Трамп и Владимир Путин общаются на фоне политических потрясений внутри страны, серьезных обвинений в российском вмешательстве в выборы 2016 года и общего ощущения социального недомогания в обеих странах, американцам и россиянам есть о чем подумать в наши дни.

Обе страны поступили бы хорошо, если бы вышли за рамки своих идеологических разногласий и последовали примеру поколений читателей, которые в смутные времена обращались к русским литературным шедеврам за утешением, пониманием и вдохновением. Фактически, учитывая нынешнее состояние мира, всем нам было бы полезно последовать этому примеру.

Русская лит-классика

Все перечисленные ниже десять художественных произведений являются признанными классиками русской литературы. За исключением, возможно, книги Улицкой «« Похороны », опубликованной совсем недавно, все эти книги выдержали испытание временем.Что их объединяет, так это великолепные истории, художественное мастерство и оригинальность, а также способность вовлекать читателей в глубокие личные размышления о наиболее важных жизненных вопросах. Эти книги заставят вас думать, чувствовать и расти как человеческое существо.

«Сначала прочтите лучшие книги, - однажды предупредил Генри Дэвид Торо, - иначе у вас вообще не будет возможности их прочитать».

Итак, вот они, некоторые из лучших русских книг, которые я предлагаю вам сначала прочитать:

Евгений Онегин (1833) Александра Пушкина
В этом малоизвестном шедевре русской фантастики Александр Пушкин сочетает в себе увлекательную историю любви, энциклопедию русской жизни начала XIX века и одну из самых остроумных социальных сатир всех времен. написано.И делает он это исключительно в стихах! Этот роман в стихах, одновременно игривый и серьезный, ироничный и страстный, является отправной точкой для большинства учебных курсов по современной русской литературе, потому что в нем Пушкин создает шаблон почти для всех тем, типов персонажей и литературных приемов, которые появятся в будущем. Русские писатели будут опираться на это. Не случайно Пушкина часто называют отцом современной русской литературы, а «Евгений Онегин» считается его наиболее представительным произведением.

Герой нашего времени (1840) Михаила Лермонтова
Часто называемый «первым психологическим романом России». Герой нашего времени рассказывает историю Печорина, молодого, харизматичного, распутного бунтаря без дело, которое восхищает и тревожит читателей более полутора веков. Роман состоит из пяти взаимосвязанных историй, которые проникают в сложную душу Печорина с разных точек зрения.В результате получился незабываемый портрет первого антигероя русской литературы, который оставляет на своем пути след разрушения, даже если он очаровывает и очаровывает как персонажей, так и читателей.

Отцы и дети (1862) Ивана Тургенева
Этот глубоко проникновенный поэтический роман тонко отражает социальные и семейные конфликты, возникшие в начале 1860-х годов, во время великих социальных потрясений в России.Книга вызвала журналистскую бурю своим ярким изображением Базарова, стального и страстного молодого нигилиста, который сегодня так же узнаваем, как и во времена Тургенева.

Война и мир (1869) Льва Толстого
Эта эпическая сказка, которую критики часто называют величайшим романом из когда-либо написанных, прослеживает судьбы пяти аристократических семей, переживших войну России с Наполеоном в начале XIX века. 19 век.«Война и мир» - это множество вещей: история любви, семейная сага и военный роман, но по своей сути это книга о людях, пытающихся найти свою опору в разрушенном мире, и о людях, пытающихся создать осмысленную жизнь для своих людей. себя в стране, раздираемой войной, социальными переменами и духовной неразберихой. Эпос Толстого - одновременно настойчивый нравственный компас и воспевание глубокой радости жизни - также является русской классикой нашего времени.

Братья Карамазовы (1880) Федора Достоевского
В этой эмоционально и философски насыщенной истории об отцеубийстве и семейном соперничестве Достоевский исследует так же глубоко, как любой русский писатель, темы веры, зла и смысла.Роман описывает разные мировоззрения трех братьев Карамазовых - монаха Алеши, чувственного Дмитрия и интеллигентного Ивана, а также их распутного отца, чье загадочное убийство и его расследование становятся центром захватывающей последней трети романа. Роман.

Доктор Живаго (1959) Бориса Пастернака
Этот исторический роман, вдохновленный Войной и миром , рассказывает историю поэта-врача Юрия Живаго, который изо всех сил пытается найти свое место, свою профессию и свой художественный голос. в суматохе русской революции.« Доктор Живаго » - шедевр запоминающейся прозы, столь же красивый, как и российская сельская местность, который он изображает, отправляет читателей в путешествие любви, боли и искупления через одни из самых суровых лет 20-го века.

«Тихий Дон» (1959) Михаил Шолохов
Этот эпический исторический роман, который часто сравнивают с «Война и мир» , прослеживает судьбу типичной казачьей семьи в течение бурного десятилетнего периода, начиная с незадолго до н. Э. от начала Первой мировой войны до кровавой гражданской войны, последовавшей за русской революцией 1917 года.Российская история начала 20 века оживает в хорошо развитых и общительных персонажах Шолохова, которым приходится бороться не только с осажденным обществом, но и с злополучными романами, семейными распрями и тайным прошлым, которое все еще преследует настоящее.

Жизнь и судьба (1960) Василий Гроссман
Этот обширный эпос делает для советского общества середины 20 века то же, что Война и мир сделали для России 19 века: он переплетается с историей об эпохальном событии, ужасающей осаде Сталинграда. во время Второй мировой войны, с частными историями персонажей из всех слоев общества, жизнь которых жестоко вырвана силами войны, террора и советского тоталитаризма.

Один день из жизни Ивана Денисовича (1962) Александра Солженицына
Этот короткий, душераздирающий, но странно обнадеживающий шедевр рассказывает историю одного дня из жизни обычного заключенного советского трудового лагеря. были десятки миллионов в Советском Союзе. Основанная на личном опыте Солженицына как одного из этих заключенных, эта книга подлинна, полна богатых деталей и лишена сентиментальности, что усиливает ее мощное эмоциональное воздействие.

Похороны (2002) Людмилы Улицкой
Этот англоязычный дебют одного из самых известных романистов современной России описывает странные и трогательные взаимодействия между ярким составом русских эмигрантов, живущих в Нью-Йорке, которые присутствуют на смертном одре Алик, неудачливый, но любимый художником. Причудливая и острая, «Похоронная вечеринка» исследует два самых больших «проклятых вопроса» русской литературы: как жить? Как умереть? - как они разыгрываются в крошечной душной квартире на Манхэттене в начале 90-х.

великих произведений русской литературы, которые должен прочитать каждый

Есть определенные книги, которые всегда входят в списки «книг, которые вы должны прочитать» и тому подобное, и обычно это две книги: старые и сложные. В конце концов, новый популярный бестселлер этой недели часто легко читать по той простой причине, что он является частью текущего духа времени - вам не нужно очень много работать, чтобы получить ссылки и понять отношения более или менее интуитивно.Даже самые амбициозные книги на полках магазинов сейчас достаточно легко «достать», потому что есть знакомые аспекты стиля и идей, такие тонкие вещи, которые делают что-то свежим и актуальным.

Книги в списках «обязательных к прочтению», как правило, не только глубокие и сложные литературные произведения, но и более старые произведения, выдержавшие испытание временем по той очевидной причине, что они лучше, чем 99% опубликованных книг. Но некоторые из этих книг не просто сложны и трудны, они очень, очень длинные .Будем откровенны: когда вы начинаете описывать книги как сложные, сложные и длинные , вы, вероятно, имеете в виду русскую литературу.

Мы живем в мире, где «Война и мир» часто используется как общее сокращение для чрезвычайно длинного романа «», в конце концов - вам не нужно на самом деле читать книгу, чтобы получить ссылку. И все же, вы должны прочитать книгу. Русская литература издавна была одной из самых богатых и интересных ветвей литературного древа, вот уже два столетия она снабжает мир невероятными фантастическими романами - и продолжает это делать.Потому что, хотя этот список русской литературы, которую необходимо прочитать, включает в себя множество классических произведений 19 -го -го века, есть также примеры из 20-го, -го, -го и 21-го, -го, века - и все это книги, которые вы действительно , действительно следует читать .

"Братья Карамазовы" Федора Достоевского

Споры о том, какой роман является величайшим из романов Достоевского, могут доходить до безумия, но «Братья Карамазовы» всегда в ходу.Это сложно? Да, в этом обширном рассказе об убийстве и похоти много нитей и тонких связей, но ... это рассказ об убийстве и похоти . Это очень весело, о чем часто забывают, когда люди обсуждают удивительный способ, которым Достоевский сочетает философские темы с некоторыми из лучших персонажей, которые когда-либо появлялись на странице.

"День опричника" Владимира Сорокина

Западные читатели часто неправильно понимают то, как прошлое влияет на настоящее в России; это нация, которая может проследить многие из своих нынешних взглядов, проблем и культуры на столетия до времен царей и крепостных.Роман Сорокина рассказывает о правительственном чиновнике, который пережил день стандартного террора и отчаяния в будущем, в котором была восстановлена ​​Российская империя, - концепция, которая находит отклик у современных россиян.

«Преступление и наказание», Достоевский Федор

« другая невероятная классика » Достоевского - это глубокое исследование российского общества, которое остается удивительно своевременным и вечно гениальным. Достоевский намеревался исследовать то, что он считал присущей России жестокостью, рассказывая историю человека, который совершает убийство просто потому, что он считает это своей судьбой, а затем медленно сходит с ума от чувства вины.Спустя более века это все еще остается сильным впечатлением от чтения.

"Сонная жизнь Суханова" Ольги Грушиной

Роман Грушина не привлекает такого же внимания, как, скажем, «1984», но он так же ужасен тем, как описывает, каково жить в условиях антиутопической диктатуры. Суханов, когда-то восходящий художник, отказывается от своих амбиций, чтобы следовать линии коммунистической партии и выжить. В 1985 году, старик, который выжил благодаря невидимости и строгому соблюдению правил, его жизнь - это пустая оболочка, лишенная смысла - призрачное существование, где он не может вспомнить чье-либо имя, потому что это просто не имеет значения.

"Анна Каренина" Льва Толстого

Роман Толстого о романтических и политических связях трех пар, начиная с его вечнозеленой вступительной строки о счастливых и несчастливых семьях, остается удивительно свежим и современным. Отчасти это связано с универсальными темами социальных изменений и тем, как люди реагируют на меняющиеся ожидания - то, что всегда будет иметь значение для людей любой эпохи. И отчасти это связано с тем, что роман сосредоточен на сердечных делах.Какой бы аспект ни привлекал вас, этот насыщенный, но красивый роман стоит изучить.

"Время: Ночь" Людмилы Петрушевской

Эта насыщенная и яркая история представлена ​​в виде дневника или журнала, найденного после смерти Анны Андриановны, в котором подробно описывается ее все более мрачная и отчаянная борьба за сплочение своей семьи и ее поддержку, несмотря на их некомпетентность, невежество и отсутствие амбиций. Это история современной России, которая сначала удручает, а потом становится только хуже, но по пути проливает свет на некоторые фундаментальные истины о семье и самопожертвовании.

"Война и мир" Льва Толстого

Невозможно обсуждать русскую литературу, не упомянув шедевр Толстого. Современные читатели часто забывают (или никогда не знают), что этот роман был взрывоопасным событием в литературе, экспериментальным произведением, которое разрушило многие прежние правила относительно того, что было, а что не было романом, что было или не было разрешено . Вы можете подумать, что эта история, действие которой происходит во время и после наполеоновской войны - войны, в которой Москва была так близка к захвату французского диктатора - является примером скучной старой литературы, но вы не могли бы ошибиться больше.Это по-прежнему вдохновляюще изобретательная книга, которая с тех пор оказала влияние почти на каждый крупный роман, написанный с тех пор.

"Слинкс" Татьяны Толстой

Если вы думаете, что русская литература - это сплошные бальные залы 19-го века и старомодные речевые образы, вы не слишком пристально смотрите. Действие эпического фантастического произведения Толстой происходит в будущем после того, как «Взрыв» уничтожил почти все - и превратил небольшое количество выживших в бессмертных, единственных, кто помнит мир раньше.Это увлекательная и мощная работа идей, которая освещает не только то, как россияне видят будущее, но и то, как они видят настоящее.

"Смерть Ивана Ильича" Льва Толстого

Есть что-то первобытное и универсальное в этой истории успешного и уважаемого государственного чиновника, который начинает испытывать необъяснимую боль и постепенно осознает, что умирает. Неустрашимый взгляд Толстого следует за Иваном Ильичом на его пути от легкого раздражения к беспокойству, к отрицанию и, наконец, к принятию, не понимая, почему это с ним происходит.Такие истории останутся с вами навсегда.

"Мертвые души" Николая Гоголя

Если вы хотите понять русскую культуру в каком-либо смысле, вы можете начать здесь. История Гоголя касается чиновника поздней царской эпохи, которому было поручено путешествовать из имения в поместье, исследуя мертвых крепостных (души титула), которые до сих пор значатся в документах. Обеспокоенный тем, что Гоголь считал окончательным упадком российской жизни в то время (всего за несколько десятилетий до революции, разрушившей статус-кво), здесь много чернильного юмора и откровенный взгляд на то, какой была жизнь в России раньше. современность.

Мастер и Маргарита, Михаил Булгаков

Подумайте вот о чем: Булгаков знал, что за написание этой книги его могут арестовать и казнить, но все равно написал ее. В ужасе и отчаянии он сжег оригинал, а затем воссоздал его. Когда он был наконец опубликован, он был настолько отредактирован и подвергнут цензуре, что едва ли походил на настоящую работу. И все же, несмотря на пугающие и клаустрофобные обстоятельства его создания, «Мастер и Маргарита» - это мрачно-комичное гениальное произведение, из тех книг, где Сатана - главный герой, но все, что вы помните, - это говорящий кот.

"Отцы и дети" Ивана Тургенева

Как и многие произведения русской литературы, роман Тургенева посвящен меняющимся временам в России и расширяющейся пропасти между поколениями, да, отцов и сыновей. Это также книга, которая выдвинула концепцию нигилизма на передний план, поскольку в ней прослеживается путь более молодых персонажей от резкого отказа от традиционной морали и религиозных концепций до более зрелого рассмотрения их возможной ценности.

"Евгений Онегин" Александра Пушкина

На самом деле стихотворение, но удивительно сложное и длинное, «Евгений Онегин» предлагает мрачный взгляд на то, как общество производит чудовищ, вознаграждая их за жестокость и эгоизм.Хотя сложная схема рифм (и тот факт, что это вообще стихотворение) может поначалу отталкивать, Пушкин мастерски справляется с этим. Если вы дадите истории половину шанса, вы быстро забудете о формальных странностях и погрузитесь в историю скучающего аристократа в начале 19, века, чья эгоцентризм заставляет его терять любовь всей своей жизни.

Михаил Александрович Шолохов «Тихий Дон».

Россия, как и большинство империй, была страной, состоящей из множества различных этнических и расовых групп, но самая известная русская литература происходит из более однородной демографической группы.Уже одно это делает этот роман, получивший Нобелевскую премию по литературе в 1965 году, обязательным к прочтению; рассказывая историю казаков, призванных воевать в Первую мировую войну, а затем и в революцию, он предлагает сторонним взглядам как на захватывающий, так и на познавательный взгляд.

«Обломов» Иван Гончаров

Жгучее обвинение аристократии России 19 годов, главный герой настолько ленив, что едва выбирается из постели, прежде чем вы уже хорошо читаете книгу. Веселый и наполненный умными наблюдениями, самым ярким аспектом Обломова является его полное отсутствие характерной дуги - Обломов хочет, чтобы ничего не делал, и считает бездействие триумфом самореализации.Вы не прочтете другого такого романа.

"Лолита" Владимира Набокова

Все знакомы с основным сюжетом этой книги, которую до сих пор часто считают порнографической или, по крайней мере, морально несостоятельной. Что захватывает в этой истории о педофиле и безумных шагах, на которые он идет, чтобы завладеть молодой девушкой, которую он называет Лолита, так это то, как она дает представление о том, как россияне видели остальной мир, особенно Америку, и в то же время блестящий роман, неудобный сюжет которого вызывает резонанс и беспокоит именно потому, что легко представить, что это происходит на самом деле.

"Дядя Ваня" Антона Чехова

Пьеса, а не роман, а ведь читать чеховского «Дядю Ваню» почти так же хорошо, как смотреть его спектакль. История о пожилом мужчине и его молодой очаровательной второй жене, которые посетили сельскую ферму, которая их поддерживает (с тайным намерением продать ее и выдать титульного зятя, управляющего имением), на первый взгляд, обычна. и даже в стиле мыльной оперы. Исследование личностей и тщеславия приводит к неудавшейся попытке убийства и печальному, задумчивому финалу, который объясняет, почему эту пьесу продолжают ставить, адаптировать и ссылаться на нее сегодня.

"Мать" Максима Горького

Как говорится, ретроспективный взгляд - 20/20. В 1905 году в России произошло восстание и попытка революции, но они не увенчались успехом, хотя вынудили царя пойти на компромисс по ряду вопросов и тем самым подготовили почву для падения ослабленной империи. Горький исследует те хрупкие годы перед концом монархии с точки зрения тех, кто поддерживал революцию, не зная, к чему она их приведет, потому что никто из нас в данный момент не может знать, к чему ведут наши действия.

"Доктор Живаго" Бориса Пастернака

Роман Пастернака, который иногда считают исключением, представляет собой две вещи одновременно: завораживающую историю любви на поистине эпическом историческом фоне и проницательный и хорошо наблюдаемый взгляд на русскую революцию со стороны. Проницательный и объективный образ Пастернака в изображении различных сил, развязанных в России в 1917 году, настолько встревожил власти того времени, что роман пришлось тайно вывезти из США.С.С.Р. для того, чтобы быть опубликованным, и остается сегодня как прекрасно написанной историей, так и захватывающим взглядом на мир, который меняется прямо на глазах у людей.

11 фактов о Набокове, которых вы не знали

Первая страница набоковской «Лолиты» | © Laura / Flickr

Имя Набокова во многом связано со скандальным романом « Лолита». После публикации он был запрещен в ряде стран, уменьшен некоторыми критиками и одобрен другими. Тем не менее, это сенсация.Но книга часто затмевает человека за страницей, великого американо-русского писателя Владимира Набокова.

В своих биографических работах он описывает себя как «американский писатель, родившийся в России, получивший образование в Англии, где я изучал французскую литературу до переезда в Германию на пятнадцать лет». И это только один факт из его увлекательной жизни. Вот еще 11 фактов о Набокове, которых вы не знали.

Да, летающие. Все началось с того, что мальчиком он начал ловить бабочек в загородном доме своей семьи.Его коллекция может похвастаться впечатляющим собранием из 4000 видов бабочек. Более того, 20 из них были его собственными открытиями, позже названными в честь героев романов Набокова. Когда Набоков переехал в США в 1940 году, он проработал семь лет в Музее сравнительной зоологии Гарвардского университета, изучая и рассекая бабочек. За время своей карьеры энтомолога он опубликовал ряд научных статей о бабочках. Теперь, после его смерти, коллекция разошлась по миру в США, Швейцарии и России.

AA349656 Cucina 304 460 300 3592 5430 RGB

Синестезия - это неврологическое состояние, когда одно сенсорное переживание непроизвольно приводит к другому, например, вы можете слышать или обонять цвета. Одним из примеров того, как проявляется синестезия Набокова, является связывание букв алфавита с цветами, что он обнаружил в раннем возрасте. В семье Набокова синестетом был не только он, но и его мать и сын. Это не психологическое заболевание, но влияет на восприятие мира, поэтому неудивительно, что многие известные синестеты были художниками.

Набоков был требовательным писателем, который уделял много внимания литературным качествам своих романов, новаторской игре слов, использованию языка. .Он был не из тех, кто соглашается на второе место. Исходя из этих убеждений, последним желанием Набокова было, чтобы его последний роман, The Original of Laura , был сожжен после его смерти, поскольку он не был завершен. Его жена Вера не выполнила его желания и сохранила его, а затем попросила сына сжечь его после ее смерти. К счастью для читателей, их сын не послушался последнего желания родителей и опубликовал роман через 32 года после смерти Набокова.

AA349658 Cucina 455 305 300 5370 3608 RGB

Набоков родился в богатой петербургской дворянской семье.Его отец был юристом и политиком, одним из лидеров Конституционно-демократической партии. Его мать была из семьи Рукавишниковых, которые сделали свое состояние на золотодобыче. Семья жила в особняке на Большой Морской улице в Санкт-Петербурге, где Набоков провел первые 18 лет своей жизни. Их дом сейчас преобразован в музей писателя.

Набоков был вынужден переезжать из разных стран на протяжении всей своей жизни. Семья Набоковых решила эмигрировать, когда он был довольно молод.Когда в 1917 году разразилась русская революция, семья переехала в Крым, чтобы дождаться, пока политические проблемы утихнут. Но они этого не сделали, и семья навсегда уехала из России. Семья переехала в Германию, а Набоков завершил образование в Кембриджском университете. Затем он также присоединился к ним в Берлине и женился. Перед Второй мировой войной, по мере роста антисемитского движения, семья переехала во Францию, а затем в США, где Набоковым было предоставлено гражданство. Его последним домом была Швейцария, где Набоков умер в 1977 году.

Памятник Набокову в Монтрё, Швейцария | © Wikimedia Commons

Набоков очень серьезно относился к этому увлечению и страстно играл на протяжении всей своей жизни. Он начал много времени составлять шахматные задачи в молодом возрасте, но потом долго молчал, что он всего лишь игрок, а не композитор. Позже, в 1970-х, он снова начал составлять шахматные задачи и публиковать их в журнале The Problemist . 18 его задач позже были опубликованы в книге Стихи и задачи .

Поскольку он родился в высшем обществе, использование нескольких языков было обычной практикой. Он научился читать по-английски раньше, чем научился читать по-русски. Таким образом, с юных лет Набоков говорил на английском, французском и русском языках. Набоков сказал бы о себе: «Моя голова говорит по-английски, мое сердце говорит по-русски, а мое ухо говорит по-французски». Хотя сначала он начал писать по-русски, после иммиграции Набоков перешел на английский. Он был единственным русским писателем, который мог писать по-английски так же хорошо, как и на своем родном языке.Набоков сам переводил некоторые из своих работ, но вместо того, чтобы делать дословный перевод, он переписывал, чтобы приспособиться к языку. Так было с его скандальным романом « Лолита».

Набоков в Риме работает над сценарием своего романа «Лолита» | © Wikimedia Commons

Премия ПЕН-клуба / Набокова за достижения в области международной литературы присуждает 50 000 долларов писателю, родившемуся или проживающему за пределами США, чьи работы были написаны или переведены на английский язык. Эти произведения призваны «[вызвать] в какой-то мере блестящую разносторонность Набокова и его приверженность литературе как поиску глубочайшей истины и высочайшего удовольствия».Премия проводится при поддержке Литературного фонда Владимира Набокова, основанного сыном Набокова Дмитрием.

Наш обмен сообщениями невозможно представить без смайлика: простая комбинация двоеточия, дефиса и закрывающей скобки, которая добавляет положительных эмоций к любому обычному сообщению. Мало кто из нас представляет, что идея использовать улыбку принадлежит Владимиру Набокову. В интервью 1969 года Набоков упомянул, что письменному языку нужен символ, который представлял бы улыбку, чтобы графически отображать эмоции. Однако он так и не реализовал свою идею, только в 1982 году смайлик впервые появился на доске объявлений университета Мелон Карнеги.

AA349655 Cucina 300 445 300 3544 5253 RGB

Набоков оказался не только талантливым литературным творцом, но и глубоко понимал литературное прошлое мира. В 1940-50-е годы Набоков читал курс русской литературы в переводе в Корнельском университете. После его смерти с помощью жены и сына его лекции были опубликованы на английском языке. Среди них лекций по русской литературе, и лекций о Дон Кихоте.

Было бы жаль не использовать лингвистические навыки Набокова с пользой, но, к счастью, он это сделал.Одной из его первых крупных переводческих работ был перевод Алиса в стране чудес на русский язык. Затем он внес большой вклад в перевод русской литературы на английский язык. Среди его переводов много стихотворений Пушкина, Лермонтова и Тутчева, которые он опубликовал в совместной книге « Три русских поэта». Перевел Герой нашего времени, большой роман Лермонтова, русский эпос 15 века «Сказание о полку Игореве » и монументальное произведение Пушкина «Евгений Онегин » с обширными комментариями.

AA306505 Cucina 285 435 300 3372 5143 Scala di grigio

Перевод и политика в русской литературе

Примечание редактора: более ранняя версия этого эссе была опубликована без сопроводительных сносок, которые с тех пор автор добавил, чтобы прояснить и расширить некоторые вопросы, поднятые в разговоре с другими переводчиками и членами литературного сообщества.


Распространенной метафорой транслятора является асимптота, кривая, которая стремится к бесконечности и в то же время стремится к нулю.Это никогда не получается. Это уместно, учитывая, что переводчики должны как можно точнее согласовывать не только части речи, но и идиомы, что требует знания культур обоих языков. Чем более далеки эти культуры от общих ценностей, таких как политика, тем сложнее задача переводчика, даже до того, как он сосредоточится на более отдельных аспектах данной работы.

В русской литературе эта проблема не дает покоя переводчикам, по крайней мере, с начала советской эпохи.Во время холодной войны ценности официальной советской культуры (атеизм, коммунизм) часто диаметрально противопоставлялись ценностям американской культуры. Это означало, что то, что могло быть подвергнуто цензуре в Советском Союзе, не только было разрешено, но и отмечалось в Соединенных Штатах (и это явление, вероятно, часто обращалось вспять в Советском Союзе).

Это одна из причин, по которой несложно найти произведение русской литературы с пробелами между оригиналом и более поздним изданием. Это происходит не только с переводом.Даже в современном русскоязычном издании романа « Двенадцать стульев » 1928 года советских писателей Ильи Ильфа и Евгения Петрова (Москва, Акт Издательство, 2008 г.) из оригинальной рукописи имеются обширные исключения. Правда, некоторые из этих исключений, возможно, в конечном итоге были сделаны в пользу более краткого романа. Однако некоторые изображения, такие как подхалимские советские граждане и коррумпированные институты в Советском Союзе 1 , могли потенциально смутить советское общество.Все это поднимает вопрос о том, были ли эти исключения результатом художественного редактирования или политической цензуры, возможно, даже самоцензуры.

Но часто такие пробелы появляются только тогда, когда они заполняются для английского перевода. В случае «Двенадцать стульев » недостающие части были обнаружены в английском переводе романа Анны О. Фишер (Northwestern University Press) 2011 года. В предисловии к этому переводу Александра Ильф, дочь соавтора, объясняет, что эти бывшие исключения теперь «предлагаются американскому читателю», даже до того, как читатель оригинального русского языка сможет их увидеть (по крайней мере, в том русскоязычном издании 2008 г. ). 2

Еще более наглядный пример пересечения политики и перевода - это еще более политически противоречивое произведение русской литературы Доктор Живаго , исторический роман о русской революции Бориса Пастернака. Документы, рассекреченные в 2014 году, показывают, что в 1958 году ЦРУ тайно организовало западную публикацию русского оригинала романа Пастернака. Они также организовали перевод романа на разные иностранные языки.Одна из причин этого заключалась в том, что работа, критикующая советский режим, могла быть предоставлена ​​комитету, ответственному за присуждение Нобелевской премии по литературе. Секретная публикация, перевод и распространение ЦРУ Доктора Живаго сработали. Позже в том же году Пастернак получил премию - огромную победу Запада в холодной войне.

Это произошло в то время, когда славянские факультеты американских университетов процветали в финансовом отношении. И большая часть этих денег, несомненно, была направлена ​​на переводческие проекты.Затем, когда в 1991 году распался Советский Союз, деньги, поступающие в славянские ведомства, иссякли в одночасье. Это финансирование и последующее выделение средств предполагает, конечно, что у перевода может быть политическая повестка дня, по крайней мере, с русского на английский.

Но чья это повестка дня? Через двенадцать лет после победы Пастернака Александр Солженицын получил Нобелевскую премию, скорее всего, из-за критики в его работе советского тоталитаризма, что привело к его изгнанию из Советского Союза в 1974 году. Он эмигрировал в США, где в 1978 году поступил в Гарвард. В университете он произнес речь на восходящем и падающем русском языке, рядом с которой переводчик читал по-английски через динамик, столь же громкий, как у Солженицына.Пылкий русский язык Солженицына, дублированный иронической монотонностью переводчика, критикует секуляризм и пошлость американского общества. Несмотря на полемику времен холодной войны, которая привела его в Соединенные Штаты, антисоветская риторика Солженицына не обязательно подразумевала прозападную позицию.

После возвращения Солженицына в Россию в 1994 году он критиковал руководство Бориса Ельцина, несмотря на то, что с коммунизмом официально пришел конец. Позже он хвалил Владимира Путина. Диссидентство пожилого писателя вылилось в националистическую гордость за Россию, чего, по его мнению, Путин достиг.

Это не было двусмысленностью. Это было связано с тем, как Солженицын отличал советскую культуру от русской культуры. Сверхгосударство Советский Союз состояло из представителей самых разных национальностей и народов, и советские диссиденты заменили верность этому государству различными идеологиями. Легализм, слишком жесткий коммунизм для партии, христианство, сионизм и другие этнические идентичности и национализм стали причинами диссидентов. Советский Союз пал, но эти политические причины остались, а некоторые до сих пор имеют отношение к политическим событиям сегодняшнего дня, например, конфликту на востоке Украины.

Возможно, из-за этого конфликта, а также из-за действий России в Сирии внимание к славянским факультетам в университетах снова возросло. Но кто такие сегодняшние Пастернаки и Солженицыны? Последний, вероятно, был бы против любых попыток использовать его работу - как ЦРУ использовало Доктор Живаго - для подрыва нынешнего режима у власти в России, который поддерживал Солженицын. Но западные читатели - по крайней мере, те, кто симпатизирует диссидентам на постсоветском Востоке - могут не так легко провести различие, которое Солженицын проводил между советской и российской культурой.

Одним из таких читателей является французский кинорежиссер и писатель Эммануэль Каррер. В предисловии к Limonov (Farrar, Straus and Giroux, 2014, перевод Джона Ламберта), биографии российского писателя-политика Эдуарда Лимонова, Каррер пишет о ностальгической ярости своего субъекта после распада Советского Союза: поворот к причуде с крахом коммунизма. Все были в восторге, кроме [Лимонова], и он, похоже, больше не шутил, когда сказал, что Горбачеву следует расстрелять.Лимонов, как и Солженицын, покинул Советский Союз в 1974 году и, как и Солженицын, вернулся через двадцать лет. Он даже провел часть своего времени в Америке. Разница между этими «диссидентами» (кавычки для Лимонова) в том, что Лимонов был добровольным изгнанием, и его национализм принял совершенно иную форму, чем отступление Солженицына в традиции. Именно этот «причудливый» парадокс Каррер пытается понять в книге Limonov .

На первый взгляд, тема

Каррера может показаться просто более радикальной версией Солженицына.После распада Советского Союза Лимонов, как будто связанный своего рода славянско-православной солидарностью, присоединился к сербским боевикам в югославских войнах. Югославские войны были в некотором смысле пережитком полемики холодной войны между Западом и советским Востоком. Однако слово «балканизация» - его корень, конечно же, происходит от Балканского полуострова, где произошли войны - иллюстрирует более сложную сложность этого конфликта. В книге Limonov Каррер пишет о нетрадиционных западных людях, которые встали на сторону, противоположную большинству западных жителей в этом конфликте, с западными правительствами, поддерживающими католических хорватов и мусульманских боснийцев, в отличие от некоторых постсоветских государств, таких как Россия (сторона Лимонова), поддерживающих Православные сербы-христиане. 3 Эти нетрадиционные жители Запада, некоторые из них французы (то есть католики по национальности) и знакомые с Лимоновым, встали здесь на сторону православных христиан, больше против боснийских мусульман, чем за своих собратьев-католиков (хорватов). В югославских войнах балканизация привела к появлению более чем двух сторон, а полемика холодной войны стала более сложной и многогранной.

Именно в этот момент в Limonov Каррер рискует и заявляет, что, поскольку должен выбрать сторону, единственный универсальный принцип - выбрать сторону, которая слабее, - в данном случае назвать боснийцев жертвами. сербских агрессоров, которым был предан Лимонов.В своем обсуждении югославских войн Каррер заявляет, что, когда он позже посмотрел документальную видеозапись, на которой Лимонов вместе с сербскими боевиками стреляет из пистолета над осажденным Сараево, он отказался писать Лимонов более чем на год. Действия Лимонова в Сараево выходили далеко за рамки призыва к расстрелу Горбачева. Хотя Каррер пишет, что Лимонов не стрелял ни по кому конкретно, он очень легко мог кого-нибудь ранить или даже убить.

Это наиболее проницательная и важная часть книги Limonov , поскольку она намекает на то, что автор чувствовал, что его описание жизни Лимонова каким-то образом сделало его соучастником моральных нарушений Лимонова.Именно здесь Каррер глубже вникает в проблемы, с которыми он сталкивается в этой биографии. А поскольку собственный конфликт Каррера в данный момент очень сложен, этот раздел Limonov лучше всего исследует парадокс его предмета.

Но Каррер останавливается. Книга была опубликована, так что мы знаем, что он снова начал свой проект. Однако его первоначальное нежелание выбирать сторону, похоже, превратилось в желание соединить двух сторон. Разбившись на вопрос, стоит ли рассказывать историю Лимонова, возможно, Каррер снова решил выбрать более слабую сторону и продолжить писать Limonov .Скорее всего, никто другой этого не сделает. Вот что делает Limonov таким важным для разговора о политике и переводах: Каррер попытался «перенести» - перевод - русского культурного и исторического деятеля Лимонова с его измученной жизнью русской политикой и национализмом. Западная аудитория, имеющая историческое понимание политических событий, в которых принимал участие Лимонов, очень чужды аудитории Лимонова.

Возможно, можно даже рассматривать Limonov как попытку перевода историографии.Более чем однажды в частях Limonov , которые предшествуют повествованию о югославских войнах, Каррер ожидает негативной реакции со стороны своего западного читателя и пытается спорить от имени Лимонова. Процитировав His Butler’s Story , мемуары, в которых Лимонов пишет об отказе сочувствовать мальчику, умирающему от рака, Каррер комментирует:

Какой засранец! Стивен [Грей, богатый житель Нью-Йорка, которому служил Лимонов, герой His Butler’s Story ] думает, и я думаю то же самое, и, без сомнения, вы тоже, читатель.Но я также думаю, что если бы что-нибудь можно было сделать, чтобы спасти маленького мальчика, особенно если бы это было что-то тяжелое или опасное, Эдуард попытался бы это сделать первым и отдал бы все, что у него было.

Но случилось не то и не то, что писал Лимонов. Таким образом, эта защита кажется показательной. Обеспокоен ли Каррер тем, что читатель может отказаться от Лимонова здесь или, что еще более вероятно, позже, когда он или она увидят в Лимонове военного преступника? Или Каррер хочет бросить вызов собственному моральному мировоззрению читателя, точно так же, как его бросили вызов при написании Лимонов ?

Отрицательная способность книги - которую сам Каррер должен был использовать для продолжения ее написания и которые, как он, должно быть, понимал и читатель, может понадобиться читателю, - может объяснить, почему Limonov упоминается в маркетинге как «вымышленная биография» или « псевдобиография »и названа художественной литературой в США.S., а также в Великобритании и Франции. Создается впечатление, что издатели оригинала и его перевода хотят отрицать историчность. Во-первых, этот гибридный жанр созвучен литературному творчеству Лимонова. Субъект Лимонов сам написал несколько мемуаров, которые он называет «автобиографическими романами». Этот термин предлагает захватывающие рассказы о жизни Лимонова, писателя, который превратился из лохмотьев в богатство, в жанре «страннее вымысла».

Но Лимонов тоже политик и использовал свои мемуары, как и любой политик, для мифологизации своей личности.В 1994 году он стал соучредителем Национал-большевистской партии России. Лимонов укрепил свою политическую карьеру, помогая превратить собственное прошлое в культ личности. Но мемуары наверняка отпугнули и некоторых соотечественников Лимонова-националистов. На первом этапе добровольного изгнания, когда он провел 1975-1980 в Нью-Йорке, Лимонов был вовлечен в любовные связи с мужчинами. Опять же, как и в случае с позицией Солженицына в отношении Ельцина, западный читатель может спросить, почему эмигрант в Нью-Йорк, как и многие другие русские эмигранты, не должен был быть счастлив после распада Советского Союза? Почему этот бисексуальный панк придерживается националистической линии?

Эдуард Лимонов 2011 - Родриго Фернандес

Одной из характеристик, которая отличает Лимонова от Солженицына, является его гиперсексуальность и гомосексуальность, которые явно описаны в Limonov , иногда с ошибкой, как будто Каррер извиняется за объективацию Лимоновым своих сексуальных партнеров обоих полов.Первый мужчина, с которым Лимонов занимался сексом в Нью-Йорке, был чернокожим и бездомным, что Каррер подчеркивает (возможно, как это сделал Лимонов в этой конкретной сцене своих мемуаров), как бы показывая терпимую и добрую сторону своего предмета. Позже, в Лимонов , Каррер квалифицирует роман с несовершеннолетней девушкой: «Я знаю, как жестоко наша эпоха осуждает любовь пожилого мужчины к молодой плоти. Но что поделаешь, вот как оно есть ». Каррер оставляет все как есть.

Это подходит к концу книги, и в этот момент кажется, что Каррер слишком надолго откладывал суждения.Он прошел полный круг от своего вступления, в котором он перечислил поклонников Лимонова, список, который заставляет западного читателя задуматься о диссидентах. Убитая журналистка-расследователь Анна Политковская защищала нацболов (сомнительное прозвище национал-большевиков) после того, как они разыграли несколько шалостей в администрации президента. По словам Каррера, даже Елена Боннер, вдова известного диссидента Андрея Сахарова, воспевала партию Лимонова.

Упоминая этих почитателей, Каррер переводит политику, которая имеет смысл, на Политковскую и Боннэр, героинь-диссидентов на Западе.Как будто он использует их поддержку Лимонова как оправдание своего вывода (или его отсутствия) о мистике Лимонова. Каррер, кажется, хочет понять то, что делают Политковская и Боннер, а не просто уволить Лимонова, как многие западные люди, из-за его национализма. И все же Каррер не может не быть жителем Запада, и контекст, который он навязывает даже самым нестандартным из нас. Именно это вызвало опасения, которые делают страницы Limonov , посвященные югославским войнам и борьбе Каррера со своим предметом, наиболее человечными и честными.

В конце, Каррер, кажется, решил пойти по среднему пути, поскольку цитата в начале Лимонов подразумевает:

«У того, кто хочет вернуть Советский Союз, нет мозгов. Тот, кто не упускает этого, не имеет сердца ».

Однако эта цитата принадлежит Путину, которым немного сложнее восхищаться, чем Лимонову, даже для тех, кто отказывается осуждать столько страниц, сколько Каррер часто делает. В конце книги Каррер изобразил Лимонова как своего рода потенциального Путина, вместо того чтобы в дальнейшем сравнивать его с Солженицыным.Пытаясь понять Лимонова и, возможно, извиниться за него, Каррер рискует сделать то же самое для самого Путина, как, возможно, сделал Солженицын.

И, как и Путин, очень ясно, на чьей стороне себя Лимонов. Каррер признает, что его объект, вероятно, вызвал бы у западной аудитории Limonov не более чем пренебрежение. Русскоязычные читатели мемуаров Лимонова могут не рассматривать парадокс Limonov как парадокс. Но можно надеяться, что, точно так же, как он определяет парадокс львиного осуждения Солженицыным Советского Союза и последующей похвалы в адрес Путина, читатель Limonov обнаружит аналогичный парадокс и все же сможет избежать морального релятивизма.Этот «перевод» может больше говорить о своем западном авторе и даже о своей западной аудитории, чем об аудитории оригинальных мемуаров Лимонова, которые он переваривает.

Другой писатель и нацбол, упомянутый в Лимонов , о котором Каррер никогда не говорит двусмысленно со своим восхищением, - это Захар Прилепин. Его роман Sankya , переведенный на английский Марией Гусевой, Джеффом Паркером и Алиной Рябоволовой (Dzanc Books, 2014), похоже, отвечает на ранее поставленный вопрос о том, кто такие сегодня Пастернаки, Солженицыны и даже Лимоновы.Судя по похвале Каррера, Прилепин мог бы показаться наследником-диссидентом, как это в общих чертах представляет его главный герой Санкья.

Этот роман еще больше подчеркивает разницу между двумя аудиториями оригинала произведения и его перевода. В России Захар Прилепин очень популярен, особенно после того, как Sankya , первоначально пьеса под названием «Головорезы», дебютировала в 2006 году. Главный герой романа, Санкья, является членом антиправительственной, шалости-провокаторской партии, что переводится как « Отцы-основатели. 4 Отцы-основатели безошибочно похожи на национал-большевиков. Юные русские читатели могут особенно оценить сцену, когда Санкья должен перевезти гроб своего отца из его родной сельской деревни еще дальше в палки. Их наемный водитель катапультирует Санкью, его мать и единственного друга отца. В конце концов они идут пешком, толкая гроб по мерзлой земле. Подобно зимнему, «Русский As I Lay Dying », эта глава - лучшая метафора романа, описывающая положение русских людей поколения Санкьи, вынужденных нести травму своих советских предков, которые испытали такую ​​внезапную и радикальную перемену в своей жизни. прежний образ жизни.

Друг отца Санки - Безлетов. По-русски его имя можно интерпретировать как «без лет» или «неопытный, зеленый». В другой сцене Безлетов спорит с молодым радикалом Санкья и не может убедить его смягчить свой подход к политическим изменениям. Такой провал, как подозревает читатель, связан с отсутствием прямого действия Безлетова. Обсуждения, аргументы и нюансы представляют слабость. Для Санкья разговоры дешевы. В романе его имени интроспекция представляет собой неспособность сказать все как есть, быть откровенным и явным.Подавление эмоций - одно из его величайших навыков. И это работает. Позже, арестованный, Санкья оказался достаточно стойким, чтобы сопротивляться во время допроса двумя агентами ФСБ (акроним от агентства государственной безопасности, современного КГБ). Он все еще ребенок, и Прилепин позволяет нам увидеть, как он настраивается после того, как один следователь только что пригрозил его истязать. Санкья просит в туалет, и, что удивительно, его отпускают. Там он очищает свой разум от любых человеческих страхов и сомнений.

Когда он выходит, следователи нападают на него, и он попадает в больницу с другим персонажем, который слишком много говорит, Львом.Санкья сразу узнает во Льве еврея. Как и Безлетов, Лев спорит, но не противостоит никому. Санкья считает, что у него старомодные политические взгляды, одна из которых - страх скрытого антисемитизма в стране, которую он называет своим домом. На что Санкья отвечает, что все российские антисемиты, за редким исключением, сами являются русскими евреями. Однако Льва это не оскорбляет и даже не удивляет. Он знает культуру России, как свою собственную. Он спрашивает, а что, если «вся страна состоит из сумасшедших и неудачников?» 5 Санкья уклоняется от вопроса, затем он отвечает следующим образом:

«Проблема в другом», - сказал Саша [Санкья], решив закончить начатую мысль.«То, о чем мы говорим, совершенно поверхностно, даже принудительно, - здесь Саша почти сказал, что навязано вами , - и мы должны просто забыть об этом».

Выделенное курсивом слово «вы» совершенно очевидно. Это могло относиться лично к Льву, как это делал ранее Санкья. Только раньше Санкья использовал русское неофициальное имя you, ti . В русском оригинале это «ты» - русское формальное и / или множественное число vi . Поскольку, основываясь на этом ранее - , трудно представить, что Санкья сейчас ведет формальную беседу со Львом, это «вы» должно относиться ко многим людям, целой группе, такой как, в соответствии с темой разговора, евреям.

Согласно Санкья, евреи составляют остаток российских антисемитов. И они, - те, кто «заставил» разговор. В этом смысле антисемитизм - это просто изобретение самих евреев, якобы для того, чтобы вызвать сочувствие или подвергнуть критике там, где это неуместно. Эта и предшествующая ей мысль характеризует Санкью как полноценного антисемита. То, что он прикусывает язык, еще раз подтверждает эту характеристику: даже он не может сказать такое перед евреем Львом.

Если бы Санкья сказал это множественное число «ты», Лев, так хорошо зная своих соотечественников, все равно отмахнулся бы от него, как мог бы поступить и русский читатель. 6 Однако здесь важно отметить, что, как и в случае с Limonov , английский перевод Sankya включает одобрение Прилепина в виде короткого предисловия известного российского юриста-диссидента Алексея Навального. Это предисловие политического деятеля, а не писателя или критика, предполагает определенную политическую позицию книги.Удобно ли переводчику в таком случае скрыть антисемитизм главного героя? Или, по крайней мере, не переводить так, чтобы это было так ясно, как в русском оригинале? Возможно, как и Каррер, переводчики Sankya предпочли на мгновение воздержаться от суждений. Или, может быть, это придирки, и читатель не сочтет антисемитизм Санкьи значительным. Однако читатель, интересующийся русскими диссидентами - особенно тот, кого смущает пуританство Солженицына и разочаровывается национализмом Лимонова, - может почувствовать себя оскорбленным тем, что кажется неконтролируемым антисемитизмом, политическим третьим рельсом в американской культуре.Он может чувствовать себя виноватым, сочувствуя этому главному герою, если он продолжит читать.

Из-за опровержения или недосмотра читатель этого перевода просто не может получить четкое представление об этом антисемитском персонаже как о прогрессивном диссиденте. Если цель чтения перевода состоит в том, чтобы узнать культуру, из которой происходит оригинал, разве мы не должны понимать его целиком, так сказать, без всяких проблем? Разве мы не должны позволить постсоветским людям и их политике говорить сами за себя? Возможно, как и в случае с Limonov , английский перевод Sankya больше говорит об американской или англоязычной аудитории, чем русский перевод оригинала.Возможно, проблема кроется в потребности западной аудитории в героях, которых, как и вымышленных персонажей, не существует. Политическая поддержка Навального также является признаком подлинности. Но единственный способ сделать перевод подлинным - это передать все характеристики Санкьи. Он может даже извиниться за него, показывая, что, как антигерой, у него есть недостатки, которые делают его более человечным, то есть более универсальным. Это может лучше показать, как его общество исказило Санкью.Однако нынешний перевод, преднамеренный или нет, ставит под сомнение самодовольство западного общества. Насколько далеко зайдет политическая поддержка его инакомыслия при игнорировании плохих характеристик Санкьи? И разве это невежество не умаляет самодовольства того, кто может его поддержать?

Фигура диссидента, несмотря на все его человеческие недостатки, является предметом другой недавно переведенной книги Людмилы Улицкой « Большая зеленая палатка » (Farrar, Straus and Giroux, 2015).Этот перевод не выглядит столь политизированным, как Sankya . Возможно, это просто потому, что его персонажи - из ушедшей советской эпохи. Но The Big Green Tent изображает реальных людей рядом с вымышленными персонажами. В какой-то момент на странице появляется стихотворение, написанное Лимоновым, а соредакторы самиздатского литературного журнала обсуждают, какие стихи публиковать. Они не называют имени писателя, который на тот момент (67–74) еще не стал политиком. Однако вполне вероятно, что некоторые читатели догадаются, кто это поэт, когда персонажи просто называют его «молодым парнем из Харькова».”

Как и в случае с мемуарами Лимонова (и, как читатель может предположить, романом Прилепина), использование реальных исторических фигур - или рассказа, очень сильно основанного на реальности, - предполагает, что у самой писательницы есть хотя бы что-то вроде политической повестки дня. Но повестка дня Улицкой кажется более многогранной, чем у Прилепина. Большая зеленая палатка входит и выходит из многих жизней, связанных и не связанных друг с другом. Монтаж обильный. Вместо сюжетной последовательности повествование часто продвигается характеристиками.Это важно для ораторского стиля Улицкой, как если бы старый, переживший Советский Союз, сидел за общим кухонным столом, залитым горячим чаем, на почти 600 страниц. Голос повествования переплетается с внутренними голосами многих персонажей.

Эта полифония резко контрастирует с монолитной перспективой Sankya . Это усложняет националистическое обобщение того, что все граждане страны, диссиденты или нет, думают и действуют одинаково. И это касается и форм советского политического диссидентства.

По этой причине Полли Гэннон, переводчик англоязычной версии The Big Green Tent , должно быть, пришлось изменить свой подход к переводу этого романа с его разнообразным тоном. Этот тон представляет гораздо больший потенциал для обфускации, например, при переводе Sankya . Улицкая надеется изобразить разнообразие точек зрения, и перевод должен отражать политический смысл ее работы. Гэннон выбирает, насколько сильно она изменяет текст в своем переводе.Она должна изменить ритм и размер поэта-персонажа Улицкой, Михи, чтобы перевести в романе сравнение поэзии вымышленной Михи с поэзией настоящего поэта Иосифа Бродского. По словам рассказчика, позже Бродский опрокинул жесткий ритм русской поэтической условности.

Однако, когда дело доходит до более политического изображения, Ганнон оставляет эпитет «алжирка» для женщины, которая провела время в «Акмолинском лагере для жен изменников Родины». Аббревиатура в английском переводе не соответствует названию лагеря.Читатель может задаться вопросом, откуда взялся этот эпитет. По-русски лагерь называется Акмолинский лагерь для Жён Изменников Родины . Отсюда и произошли русские аббревиатуры A, L, ZH (одна буква кириллицы), I и R. Эти буквы, за которыми следует суффикс женского рода, образуют слово alzhirovka , русское слово для алжирской женщины. Если бы Гэннон попытался сделать эпитет из английского перевода названия лагеря, ACWTH, эффект был бы утерян. Это было бы отрезано от истории.Алжирцы до 1960-х годов были колонизированным народом, исторически проигравшим в мировой политике. Вероятно, это был подтекст (возможно, переданный через юмор виселицы) эпитета «алжирка» по отношению к этим советским женщинам, виновным только в браке с «предателями». Потерять эту историю в переводе - значит потерять ее политический смысл, который, безусловно, влияет на мнение читателя о судьбе этих персонажей.

В этом смысле The Big Green Tent отличается от Sankya .Отцы-основатели Прилепина ссорятся с иммигрантами из Средней Азии, а диссиденты в романе Улицкой публикуют самиздатские статьи, в которых обсуждаются преследования татар, депортированных из Крыма советским правительством после Второй мировой войны. Эти диссидентские персонажи, несмотря на свои собственные проблемы, солидарны с теми, кто подвергается угнетению в контексте, выходящем за рамки их собственного. Различные формы инакомыслия, перечисленные ранее в этом эссе, возникли из предложения The Big Green Tent . Несмотря на специфику и детализацию романа, существует универсальная тема сопротивления гегемонистским институтам.Когда персонаж по имени Ольга вызывается на Лубянку, печально известный штаб КГБ, на допрос, она размышляет о штаб-квартире ФБР.

«Я задаю вопросы здесь; Вы отвечаете. Вы, кажется, считаете себя очень умным и проницательным, Ольга Афанасьевна ». Он улыбнулся, показав свои большие зубы, и на мгновение Ольгу охватил что-то вроде ужаса. Внезапно она почувствовала себя обнаженной, уязвимой для укуса или иглы, мягкой, как моллюск без панциря. В тот же момент она поняла, что ей нужно восстановить самообладание, и попросила сходить в туалет.

Александров позвонил по телефону, и вошла тяжелая женщина с большой крупой, затем повела ее по коридору с непредсказуемыми поворотами и поворотами к туалету. Квадраты газетной бумаги свисали с гвоздя в стене. Присев на корточки над унитазом, который был чистым, но без сиденья, она начала думать: Интересно, как выглядят ванные комнаты в ФБР? Затем она громко рассмеялась, напугав своего компаньона.

Эта сцена может лишить западного читателя представления о допросе в КГБ.Хотя здесь есть угроза, невиновность Ольги выражается не в ее неповиновении, а в ее блуждающем уме. У следователя большие зубы, но у сопровождающего большой «круп» (буквально прилагательное «толстопедый» на русском языке). Ольге даже удается рассмеяться. КГБ, конечно, использует Ольгу, чтобы подойти к Илье, чей допрос - совсем другая, менее прихотливая ситуация. «Банальность зла» западные люди могут ассоциировать с КГБ и, возможно, с одним из его бывших агентов, Путиным, имеет другую цель.Указывать современному читателю на идеологические проблемы КГБ было бы странно, анахронично. Великий идеологический конфликт здесь тонко встроен в психологию сцены и кажется недоступным как для Александрова, так и для Ольги. Это часть большего изображения. Небольшое изменение в переводе здесь могло бы резко повлиять на политический смысл этой сцены, не говоря уже, конечно, о других элементах смысла сцены. Например, переводчик с повесткой дня мог изменить тон, чтобы приспособить к более зловещему изображению КГБ, в то же время возмущаясь или даже скрывая сравнение с ФБР.

Тонкость - ключ к тому, как Улицкая формирует своих персонажей, слишком человечных в своих недостатках. Большая зеленая палатка показывает, как тонко идеологии, такие как национализм, воздействуют на людей, даже на героев. Как выразился Бродский: «Так устроена жизнь, что то, что мы считаем Злом, способно присутствовать достаточно повсеместно хотя бы потому, что оно имеет тенденцию появляться в облике добра». Хотя Бродский, вероятно, имел в виду это высказывание как полемическое, оно имеет и другое значение в отношении того, насколько тонко различие между злом и добром.Бродский сказал это по-английски - так, для западной, в основном американской, аудитории. Может быть, можно сделать вывод, что единственный способ справиться с политикой в ​​литературе - это попытаться дать как можно более эквивалентную интерпретацию? Но очерчивание внешнеполитической повестки дня также может выявить отечественный перевод.

«Так устроена жизнь, что то, что мы считаем Злом, способно к довольно повсеместному присутствию хотя бы потому, что оно имеет тенденцию проявляться в облике добра».

Было бы интересно прочитать перевод его цитаты на родном русском языке Бродского.Кто бы ни сделал этот перевод, он также сыграл бы неснижаемую роль в политике этой речи. Это еще более верно в отношении произведения литературного искусства. Переводчик должен в определенном смысле выступать в роли критика оригинала. Однако такая критическая точка зрения не должна изменять текст без надобности, а вместо этого должна представлять его более всесторонне, со всеми парадоксами и иронией текста. Верно ли это, даже если сам первоначальный автор не уловил этой иронии? Еще одна возможность для критического приема дается в речи Солженицына 1978 года, когда его объяснение того, как человеческая слабость позволяет происходить ужасам, происходит прямо перед его наказанием Соединенных Штатов за слишком быстрое прекращение войны во Вьетнаме, все в монотонном английском переводе.

Сегодня война во Вьетнаме считается исторической ошибкой. Но в 1978 году положительное мнение Солженицына об этом было более распространенным. Точно так же в Большой зеленый шатер диссиденты копии Архипелаг ГУЛАГ являются самиздатом. Сегодня следователи ФСБ в Sankya не только будут допущены и легко смогут читать The Gulag Archipelago , но они также могут найти некоторое родство с поддержкой Солженицыным современного российского государства.Век информации сделал самиздат излишним, поскольку большая часть русской литературы доступна в Интернете (при условии, что она не подвергается цензуре). Делает ли это менее сложными современных диссидентов, таких как Санкья, потому что у них есть худшее оправдание, чтобы не читать историю?

Такая ситуация требует пристального внимания переводчика, чья работа (аналогичная работе политического аналитика) необходима из-за ее редкой способности понимать оба языка, обе культуры. Но это понимание должно также включать способность переводить политику оригинала в нечто понятное - даже если не обязательно приемлемое - для аудитории перевода.Разве мы, американские читатели, не достаточно ответственны, чтобы различать хорошую и плохую политику?

Какова цель одной культуры трансляции другой? Казалось бы, одна из причин, по которой славянские ведомства процветают во время политических кризисов, заключается в том, чтобы мы могли лучше понять культуры постсоветского Востока. Другая причина, однако, может быть чем-то более близким к мотивам ЦРУ в переводе Доктора Живаго.

Даже если понимание является основной причиной, мы, как культура, не прилагаем усилий.Как отметил бывший постоянный секретарь Шведской академии, мы все равно читаем в основном себя, а не переводы русских писателей. Разве мы не должны позволить постсоветским людям и их политике говорить сами за себя? Стоит ли вообще указывать на разницу между политическими значениями и переводами Limonov , Sankya и The Big Green Tent , если их мало кто будет читать? Возможно, мы никогда не поймем политику и людей постсоветского мира в нашей новостной ленте так часто в наши дни, потому что мы не читаем литературу самого постсоветского мира.

И снова мы подходим к другой асимптоте, касающейся читательской аудитории перевода. Что, если 3% книг, издаваемых в нашей стране, которые являются переводами, упадут до 2%, затем 1% и, наконец, упадут до нуля? Что это будет значить с точки зрения нашей собственной политики? Скорее всего, ничего хорошего.


1. Подобные изображения также появляются в русскоязычном издании, что затрудняет определение причины этих исключений.
2. После публикации этого эссе Энн О.Фишер связалась со мной, чтобы объяснить, что ее перевод основан на обширном русском издании, опубликованном в 2001 г. московским издательством «Текст». Она подозревает, что издание Закона 2008 года основано на издании «Двенадцать стульев » 1962 года, которое она определяет как версию с наибольшим количеством исключений ».
3. Эта разбивка является прискорбным сокращением просто для целей данного эссе. , и я признаю, что в конфликт были вовлечены многие другие народы, но исключены из этого объяснения.№
4. В ответ на утверждения о том, что Санкья не является антисемитом, важно отметить, что в оригинале «Отцами-основателями» являются Союз Созидающих . Хотя переводчики нашли хороший эквивалент аллитерации русского названия группы, FF не имеет той же коннотации, что и SS, особенно в европейском контексте ».
5. Здесь Санкья отвечает на вопрос Льва, говоря: что среди евреев меньше «неудачников», но больше «сумасшедших», как если бы евреи, как группа, добились большего успеха, чем следовало бы, пропорционально, и что у них более радикальные идеи.Исторически сложилось так, что оба эти утверждения часто исходят от антисемитов ».
6. Санкья действительно использует vi один раз, прежде чем использовать ti несколько раз. В русском языке vi появляется «неожиданно» ( неожиданно ), в момент, когда Санкья, похоже, стал нетерпеливым по отношению к Льву. В английском переводе отсутствует рендеринг русского Саша, неожиданно переведенного на « vi ». Зачем Прилепин это написал? На какой нюанс беседы он указал, заставив Санкью включить этот переключатель, о котором он позже почти говорит? ↩


Курсы - Русский - Lewis & Clark

101, 102 Начало русского

Содержание: Основы русского языка через устную речь, аудирование, чтение, письмо.Базовый словарный запас и грамматические конструкции, практикуемые в устной и письменной форме. Правильное произношение и использование в практической беседе и простое сочинение. Аспекты традиционной и современной русской культуры и быта.

Необходимое условие: Нет. Принимать нужно последовательно.

Преподавано: Ежегодно, 4 семестровых кредита каждый.

201 Средний русский

Содержание: Активные языковые навыки и повторение и продолжение грамматики.Рассказы читаем и обсуждаем. Написание сочинений с использованием новой лексики и структуры. Традиционная и современная русская культура.

Необходимое условие: Русский 102 или эквивалент.

Обучено: Ежегодно, 4 семестровых кредита.

202 Средний Русский

Содержание: Активные языковые навыки и повторение и продолжение грамматики.Чтение рассказов для обсуждения в классе и сочинений для внедрения новой лексики и структуры. Традиционная и современная русская культура представлена ​​в контексте изучения языков.

Пререквизит: Русский 201.

Обучено: Ежегодно, 4 семестровых кредита.

230 Введение в русскую переводческую литературу

Содержание: Знакомство с величайшими писателями и мыслителями русской литературы, включая Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского, Чехова, Бунина, Пастернака, Булгакова, Ахматову.Тщательный текстовый анализ; литературные конструкции и формы; тематическое наполнение. Взаимосвязь стиля и структуры. Темы, жанры, исторический контекст, социальные и этические вопросы. Преподается на английском языке; знание русского языка или литературы не требуется.

Необходимое условие: Нет.

Обучено: Альтернативные курсы, 4 семестровых кредита. Могут быть взяты в кредит дважды, если тема отличается.

251 Русский разговор

Содержание: Практика разговорного русского языка по избранным темам. Развитие навыков разговорной речи и аудирования путем расширения словарного запаса и развития разговорных навыков с помощью таких мероприятий, как дискуссии, короткие презентации, интерактивные игры, сценки.

Необходимое условие: Русский 201 или согласие преподавателя.

Обучено: Ежегодно, 2 семестровых кредита. Можно брать дважды в кредит, в кредит - нет.

252 Русский разговор

Содержание: Практика разговорного русского языка по избранным темам. Повышение уровня владения языком за счет расширения словарного запаса, использования идиом и правильной грамматики. Темы, основанные на текущих событиях и интересе студентов.

Необходимое условие: Русский 201 или согласие преподавателя.

Обучено: Ежегодно, 2 семестровых кредита. Можно брать дважды в кредит, в кредит - нет.

290 Темы русской литературы и культуры в переводе

Содержание: Основные аспекты или периоды русской литературы и культуры.Темы меняются из года в год. Преподавание на английском языке: знание русского языка или литературы не требуется. Предыдущие темы: литература и кино ХХ века, сказки, женщины в литературе и культуре, современное общество и культура, русский смех в литературе и кино.

Необходимое условие: Нет.

Обучено: Альтернативные курсы, 4 семестровых кредита. С согласия инструктора может быть зачитан дважды.

330 Чтение и разговор на русском языке

Содержание: Развитие навыков чтения и речи на уровне выше среднего. Введение в язык русской прессы. Изучение методов и стратегий чтения, расширение словарного запаса и улучшение способности обсуждать социальные и культурные проблемы современного общества. Темы могут включать образование, искусство, религию, преступность, экономику, экологию, гендерные роли и другие социальные вопросы.

Необходимое условие: Русский 202 или эквивалент.

Обучено: Ежегодно, 4 семестровых кредита.

351 Русское сочинение и разговорный

Содержание: Развитие устных и письменных коммуникативных навыков посредством чтения, обсуждения и сочинения на материалах, отобранных из русской литературы и культуры.Упор на развитие навыков устного и письменного русского языка с правильной грамматикой, синтаксисом и стилем.

Необходимое условие: Русский 202 или эквивалент.

Обучено: Ежегодно, 4 семестровых кредита.

420 Дополнительная литература на русском языке: художественная и документальная литература

Содержание: Расширенные чтения русской художественной и документальной литературы для ознакомления студентов с рядом литературных и журналистских стилей.Чтения включают в себя короткие произведения российских авторов и материалы современных СМИ о российском обществе и культуре. Расширение словарного запаса и работа над стилем и синтаксисом в описательных, критических и творческих упражнениях по письму. Прикладное использование библиотеки и русскоязычных интернет-ресурсов для исследовательских и переводческих проектов. Содержание меняется из года в год.

Необходимое условие: Русский язык 351 или согласие преподавателя.

Обучено: Ежегодно, 4 семестровых кредита.Можно дважды брать в кредит.

444 Российский Практикум

Содержание: Самостоятельная работа под руководством преподавателей над проектом, связанным с русской общиной. Учащиеся, изучающие русский язык с продвинутым уровнем владения языком, могут также вести учащихся начального и среднего звена к обсуждению русской культуры.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *